Королева теней - Сара Маас

Перед глазами Шаола все поплыло. Он вдруг снова оказался в стеклянном замке, который долго считал своим родным домом. Что-то ударилось о мраморный пол и покатилось. Воздух наполнился красным туманом. Дорин пронзительно закричал…

Клятвопреступник. Лжец. Предатель. Все это относилось к Шаолу, но Дорина он не обманывал и не предавал. Своему истинному королю он был верен всегда.

– Нужно разрушить часовую башню в саду, – едва слышно произнес Шаол. Аэлина повернулась к нему. – И тогда магия вернется. Заговор держится на трех башнях. Все они построены из Камня Вэрда. Достаточно сломать одну, и заговор рухнет.

Аэлина невольно оглянулась на стеклянный замок.

– Спасибо, – прошептала она.

– Я делаю это ради Дорина.

Его слова могли показаться ей жестокими и эгоистичными, но он говорил правду.

– Учти: король завтра будет ждать твоего появления, – продолжал Шаол. – Вдруг он наплюет на все условности и противопоставит твоей магии собственную? Дорин пытался ему сопротивляться…

Аэлина вглядывалась в черепицу крыши, словно на ней был написан порядок завтрашних праздничных церемоний. Их она помнила наизусть.

– А ведь он может расставить ловушки, – сказала она, перемежая слова ругательствами. – На меня. На Эдиона. Если начертать знаки Вэрда на полу или на дверях, мы с Эдионом окажемся запертыми и лишенными сил. Когда-то я таким же образом заперла в библиотеке ту тварь.

Аэлина бормотала ругательства. Все оказывалось сложнее, чем она думала.

– Брулло нам говорил: Эдиона из тюрьмы в зал поведут самые верные королю гвардейцы, – сообщила Несарина. – Весь путь может быть защищен заклинаниями. Если король наложил чары…

– Если он замахнулся на игру по-крупному. А менять планы уже слишком поздно, – вздохнула Аэлина. – Будь у меня те книги, я бы поискала в них защиту для себя и Эдиона. Что-то вроде заклинаний. Завтра я никак не сумею пробраться в свои прежние покои. Там, наверное, все потом перетряхнули.

– Книг там уже нет, – сказал Шаол. Аэлина вопросительно посмотрела на него. – Я их оттуда забрал, когда покидал замок.

Аэлина выпятила губы. Она одобряла его действия… но как неохотно.

– У нас мало времени, – сказала она, намереваясь спуститься с крыши. – Первого мы спасти не смогли. Но осталось еще двое. По-моему, эти флажки выглядят слишком однообразно. Разукрасим-ка их валгской кровью.

Несарина осталась на крыше. Аэлина переместилась на другую. Шаол и не предполагал, что она способна двигаться с такой быстротой. Он тоже спустился и, проталкиваясь сквозь толпу зрителей, поспешил к эшафоту. По другую сторону уже собрались трое его бойцов. Все было готово к атаке.

Часы пробили шесть. Шаол стоял на месте. Пробираясь к эшафоту, он мельком взглянул в узкий переулок, что начинался от площади. Там он заметил еще двоих из своего отряда. Караульные уволокли с эшафота обезглавленное тело первой жертвы и приготовились к новой казни. Обреченный громко плакал, умоляя солдат пощадить его. Как и первого, его эфесами мечей заставили встать на колени. Прямо в лужу крови его собрата по несчастью.

Палач занес топор.

Через мгновение ему в горло вонзился кинжал, метко брошенный Аэлиной Галатинией.

Хлынула черная кровь, забрызгав нижние флажки. Валгская кровь. Караульные даже не успели крикнуть. С другой стороны полетели стрелы Несарины. В основном это делалось, чтобы отвлечь внимание от Шаола и его бойцов. Они бросились к эшафоту, наталкиваясь на испуганно разбегающихся зрителей. Несарина и Аэлина дали новый залп. К этому времени Шаол уже вскочил на скользкий от крови эшафот. Схватив обоих приговоренных, он буквально столкнул их вниз и заорал:

– Бегите со всех ног!

Мятежники сражались с караульными. Приговоренные застыли. Шаолу пришлось чуть ли не волоком дотащить их до входа в переулок и передать в руки своих.

Дальнейший путь освобожденных лежал к берегу Авери, где Шаол заблаговременно позаботился о лодке.

Где-то через час Несарина встретила его на выходе из гавани. Она была густо забрызгана темной кровью.

– Что там было?

– Всегдашний ад, – ответила Несарина, поглядывая на воду реки, красную от заходящего солнца. – Ты как?

– Обошлось без царапин. А ты?

– Мы тоже. Обе.

Шаол ощутил укол стыда. У него бы духу не хватило спросить об Аэлине. Он мысленно поблагодарил Несарину.

– Ты сейчас куда? – спросил он.

– Умоюсь, переоденусь и пойду туда, где жил казненный. Надо сообщить его семье.

Это было непреложное правило, каким бы жутким оно ни казалось. Отчасти мятежники заботились и о себе. Зная, что некоторых жертв им удается освободить, семьи арестованных начинали искать встреч с мятежниками и сами попадали в тюрьму как пособники врагов короля. Уж лучше горькая весть о гибели близкого человека, чем туманные и опасные надежды на его спасение.

– Тебе не обязательно идти туда самой. Пошлю кого-нибудь из своих.

– Я служу в городской гвардии. Мое появление более уместно, – сухо напомнила ему Несарина. – И потом, не ты ли недавно говорил, что ухажеры не обивают пороги дома моего отца? Чем еще мне заняться в длинный вечер?

– Завтра – ответственный день, – напомнил Шаол, мысленно ругая себя за ту фразу об ухажерах.

Какой же он был дурак! Он привык к невозмутимости Несарины. Но это только внешнее. Почему-то лишь сейчас он впервые подумал о том, что его слова могут ее задевать и даже ранить.

– Шаол, мне прекрасно жилось, пока ты не появился, – устало, с оттенком скуки произнесла она. – Я знаю свои обязанности. И пределы своих возможностей тоже знаю. До завтра.

– Но почему тебе нужно самой идти к родственникам казненного?

Темные глаза Несарины смотрели не на него, а на реку.

– Это мне напоминает, что́ я потеряю, если меня схватят. Или если мы потерпим поражение.

Стемнело. Аэлина перебиралась с крыши на крышу. Она знала, что караульные не оставили попыток ее поймать. С момента сорванной казни прошло уже несколько часов, но она до сих пор не решалась спуститься на землю. Она знала, как разъярены караульные. Еще бы: кучка мятежников дерзко напала на них и буквально из-под носа утащила двоих приговоренных.

Все это она слышала снизу. Приключение на площади помешало ей еще раз проверить пути движения отрядов караульных в черных мундирах. Вчера ей удалось выяснить, что один путь пролегал вдоль пристаней, затем в тени трущобных улиц, где были сосредоточены таверны и публичные дома. Оттуда они сворачивали в сторону Тенюшника, но старались держаться от него на почтительном расстоянии. Аэлину интересовало, повлиял ли на их маршрут хаос, порожденный событиями на площади. Интересовали дыры, в которых они прятались. Улицы, остававшиеся вне сферы их внимания.