Осколки пламени - Екатерина Флат

У Вадима мы договорились собраться к семи вечера. А до этого времени я была предоставлена самой себе. Андрей оказался занят, мы лишь по телефону поговорили. Девчонки все еще зависали в Башне с Наташей, теперь уже с помощью Хранителя пытаясь выяснить, какой такой силой могут обладать наши таинственные противники. Вот и осталась я совсем одна. Домой идти не хотелось, да и вообще никуда не хотелось. Я просто бродила по улицам, пока и это мне не надоело. В итоге во дворе незнакомого дома присела на пустующую лавочку и бездумно разглядывала пасмурное небо.

Не будь я столь погруженной в свои невеселые мысли, то этого странного типа заметила уже давно. Но во время пути я особо прохожих не разглядывала и не придала значения тому, что один и тот же мелькает чересчур уж часто. Толком я обратила на него внимание только тогда, когда он мелкими перебежками от дерева к дереву появился во дворе, где я сидела.

Роста парень был невысокого, худощавый. Объемная толстовка защитной расцветки то ли принадлежала кому-то другому, то ли ее обладатель при покупке промахнулся на несколько размеров. Казалось, при желании он вообще мог пару раз в нее завернуться. Оттого и капюшон изрядно наползал парню на лицо, скрадывая видимость. Правда, тут больше постарались громадные солнцезащитные очки, совершенно неуместные в столь пасмурный день. Вот бедняга и спотыкался чуть ли не через шаг, пару раз даже едва не шлепнувшись. И довершали картину классические брюки с идеально ровными стрелками и начищенные до блеска остроносые туфли, что добавляло образу еще больше несуразности и даже комичности. Конечно, странный вид для жителя большого города не был чем-то из ряда вон, но этот незнакомец вдобавок и вел себя подозрительно.

Пометавшись по двору, не слишком умело изображая прогулку от подъезда к подъезду, незнакомец наконец-то угнездился на другом краю скамейки, где я сидела. Через минуту неестественно кашлянул. Потом еще раз. Будто бы воздухом подавился. Я едва сдержала смешок. Все это напоминало сцену из глупой комедии про шпионов-неудачников. Потом, видно, решив, что кашель – затея бестолковая, парень начал насвистывать нечто, начинавшееся как «Марсельеза» и постепенно преобразившееся в «Жили у бабуси два веселых гуся». Меня так и подмывало спросить, что же этому типу надо, но я пока молчала.

– Кхм… – наконец, все же выдал он неестественно пискляво. – Какая сегодня погода, не находите? Тучки, осень, грачи почти улетели, а воробьи улетать не собираются… – и тут же добавил сбивчивым шепотом: – Лагинова, смерти моей, что ли, хочешь, не смотри на меня, в другую сторону смотри.

Теперь уже я подавилась воздухом. Ничегошеньки не понимая, отвернулась от незнакомца и будто бы у самой себя поинтересовалась:

– А вы вообще кто?

– Будем считать, что доброжелатель, – у парня вырвался нервный смешок. – Но лучше это не афишировать, а то из доброжелателя для одних я махом превращусь в предателя для других. Ну что ты опять на меня уставилась? Делай вид, что меня здесь нет.

– Слушай, либо объясни мне все нормально, либо я пошла, – мое терпение кончилось, но я все же снова отвела взгляд.

– Я не буду многословным, – тихо пробурчал он. – Просто совет дам. Заныкайся куда-нибудь. Вообще лучше на время в другой мир свали. У тебя есть в лучшем случае пара дней.

– Пара дней до чего? – я напряглась.

– До того момента, как Руслан выяснит, что без тебя с талисманами ему не совладать. Нет, я, конечно, на его стороне. Но боюсь, ситуация складывается таким образом, что для него будет проще тебя прихлопнуть, чем пойти на какое-либо соглашение. Так что, если жить охота, исчезни, хотя бы на время. Может, на неделю – две. А лучше на месяц. Есть ведь надежда, что заморачиваться с твоими поисками Руслану надоест, и он найдет какой-нибудь другой выход. Надеюсь, ты меня поняла. И, само собой, про разговор этот никому, – он резко встал и поспешил прочь, ни разу не оглянувшись.

Так и хотелось ошалело пробормотать: «Что это вообще было?», но вместо этого вырвалось само собой озарение:

– Орлов… Вовка…

Пусть я этим сотоварищем Руслана ни разу не интересовалась, да и законспирировался он сейчас неслабо, но все же остался вполне узнаваем. Неудивительно, что бедняга спотыкался на каждом шагу, без привычных внушительных очков-то. Вряд ли эти солнцезащитные могли похвастаться нужными диоптриями. Мне уже даже казалось, странным, что я сразу Вовку не узнала. Но куда страннее было его предупреждение.

Руслан намерен сделать что-то с талисманами. Получается, кроме моего, он еще как минимум один хочет загробастать. Но при чем тут я вообще? И неужели вправду Полянский вздумает меня убивать? Нет, испугаться-то я не испугалась, но теперь запуталась еще больше.

К Вадиму я пришла раньше всех. У меня уже просто терпение кончилось. Хотелось поскорее встретиться со всесильными Паладинами и услышать от них ответы на все-все свои вопросы. Ну или хотя удостовериться в том, что эти легендарные воины махом разберутся с Русланом и его подозрительной шайкой.

– А ты чего, одна, что ли? – удивился Вадим, впуская меня в квартиру.

– Остальные потом подтянутся. – Я спешно разулась.

– Ну проходи давай, – маг кивнул на дверь зала.

И в это мгновение из кухни раздалось вопрошающее:

– Слушай, Антано, у тебя что, даже каких-нибудь сушек захудалых нет? А чай пить с чем? Опять, что ли, с пельменями?

– У меня вообще-то была еще банка сгущенки, – сварливо отозвался Вадим, направляясь на кухню, – но ты ее самолично вчера прикончил.

Я же так и замерла в прихожей, обратившись в слух.

– Не банка, а полбанки, – парировал неизвестный собеседник Парфенова. – Это несравнимо разные вещи.

Голос казался мне дико знакомым. И не удержавшись, я тихонечко на цыпочках покралась следом за Вадимом.

А на кухне меня ждало очередное откровение. С крайне расстроенным видом Олег проверял содержимое контейнеров в кухонном шкафу и ворчал:

– Блин, да я даже согласен на какую-нибудь зубодробительную карамельку… Не могу я так чай пить! У тебя, что, даже сахара нет? – в искреннем возмущении Юркин старший брат воззрился на Вадима и наконец заметил стоящую столбом в дверях меня. – О, Карина, привет! Ты представляешь, какая несправедливость, есть нечего!

Ко мне кое-как вернулся дар речи.

– Олег, – пролепетала я ошалело, – ты что тут делаешь?

– В частности ищу печенье, а в целом пришла пора, так сказать, выйти из тени, – он мило улыбнулся и чуть виновато добавил: – Карин, ну не смотри на меня так, пожалуйста. Я, конечно, понимаю, ты немного удивлена…

– Удивлена? – перебила я. – Да я вообще не понимаю, что тут происходит!

Ответ Олега оказался из разряда очередного контрольного в голову.

– Тогда представлюсь официально, – он торжественно приложил руку к груди. – Палладин Равновесия, последний представитель ордена Порядка. В миру известен как Савин Олег Игоревич. Так понятнее?