Хранитель Мечей. Война мага. Том 4. Конец игры. Часть 2 - Ник Перумов

– Достаточно, – резко бросил Фесс. – Кто-то сражается с хозяевами этого милого местечка, помимо нас. И притом очень хорошо. Окажем ли мы помощь этим нежданным союзникам – или пойдём дальше, вглубь?

– Ты никуда не пойдёшь… – начала было Клара, однако некромант рассмеялся ей прямо в лицо, несмотря на недовольную гримасу Сфайрата. Аэсоннэ предупредительно заворчала, показывая боевой чародейке внушительные клыки.

– Не стоит, Клара, – покачал головой некромант. – Мы оба явились сюда с одной целью. Вот только пути к ней совершенно разные. Мне больше не нужны эти Мечи. Я ошибался, уповая на них. Надеяться можно только на себя. Мы сами – страшное оружие, превыше всех и всяческих артефактов. И разве ты не понимаешь, что спускаться по этой лестнице ты можешь бесконечно? Или у тебя хватит смелости броситься в провал? Или надеешься, что здесь сработает заклятье левитации? Эта пирамида не имеет дна, Клара. Там, внизу, – он ткнул пальцем, – только новые и новые этажи. Может, населённые, может, безлюдные. Это неважно. Главное – ты не достигнешь дна. А достигнув, ничего не сможешь там сделать.

– Мечи… – начала Клара, однако Фесс уверенно перебил волшебницу:

– Мечи дают лишь то, что мы готовы им отдать сами. Тебе придётся броситься в пропасть, да и то без особой надежды, что попадёшь куда нужно.

– А ты? – зло сощурилась Клара. – Ты, мальчишка, сумеешь оказаться именно там, где надо? И сделать то, что требуется?

– Да, – спокойно кивнул Фесс. – Мы окажемся. Вот вместе с ней.

Аэсоннэ склонила изящную шею, выразительно взглянула янтарными глазищами прямо в лицо Кларе, и чародейка невольно попятилась.

– Тогда я пойду с тобой, – решила волшебница.

– Нет. Тебе придётся прикрывать нас. Потому что, чувствую, та битва, – Фесс кивнул в сторону кипящего пламенем облака над южной стороной опрокинутой пирамиды, – рано или поздно закончится. Сильно подозреваю, тому, кто бы в ней ни победил, наше самоуправство придётся не по вкусу. Вроде того, как тебе не пришлось по вкусу моё.

– Ерунда! – вспылила Клара, однако Сфайрат осторожно коснулся её плеча.

– Некромант прав.

Чародейка отдёрнулась, чуть ли не отскочила. Теперь её разъярённый взгляд впился в дракона-Аветуса.

– Ты, ты, ты… – прошипела она, не находя слов.

…Остальные драконы садились поблизости, только жадные до боя Менгли, Флейвелл и Редрон заливали пламенем ярусы пониже. Смысла это особого не имело – если пирамида и впрямь уходит в бесконечность.

Сфайрат и Клара заспорили вполголоса, взгляд волшебницы метал молнии; дракон же говорил мягко, спокойно, словно и не отличался никогда прескверным и вспыльчивым характером.

Безымянная осторожно помогла спуститься Рыси-неупокоенной; та двигалась безвольно, словно мягкая тряпичная кукла.

Спутники Клары, передовые ряды орков, изумлённо воззрились на странную пару.

– Ты нашла, что искала, Безымянная?

– Нет, – глухо ответило деревянное существо. – Здесь всё ещё слишком много порядка. Глубже, надо ещё глубже!

– Ну, за этим дело не станет, – заметил Чаргос, тоже опустившийся и принявший человеческий облик. – Только надо поспешить. Скоро силачи намнут друг другу бока и вспомнят о добыче полегче.

– Хотел бы я знать, кто там сражается… – обронила Тави.

– А тут и гадать нечего, – обернулся к ней предводитель крылатых Хранителей. – Бьётся тут один наш маг, прозвищем Эвенгар Салладорский. Давний прихвостень Западной Тьмы, как мы подозреваем…

– И не только, – вставил Фесс.

– И не только, – согласился дракон. – А вот его противники…

– Силой они не обделены, – заметила мельинская воительница.

– Но не те, что сражались на Боргильдовом поле, – вдруг произнесла Райна. – Не Молодые Боги. Не Ямерт и иже с ним.

Фесс наморщил лоб – в этом предмете он разбирался скверно. Но Чаргос слова Райны явно понял как следует.

– Надо идти дальше, вниз. Вернее, лететь. Нам, драконам. А вам, орки…

Зеленокожие удальцы капитана Уртханга не теряли времени даром – вышибли несколько ближайших дверей, зашарили по комнатам. Возвращались не с пустыми руками – местные обитатели знали толк в роскоши.

Фесс поморщился, но останавливать орков не стал.

– А им надо уходить, – докончила за него Клара, повернувшись к мрачному Уртхангу. – Здесь нет чести, капитан. Ни чести, ни доблести. Только полчища безмозглых зомби. Сейчас нам повезло, мы получили передышку; надолго ли? Кицум… он поддержал меня, иначе наш щит просто бы смели. Отсюда надо уходить. Всем. Или наверх, к кораблям… или вниз. Храбрецам-оркам там точно делать нечего.

– Я не… – горячо заспорил было орочий капитан, однако его с поистине архипрелатским достоинством остановил отец Этлау:

– Сын мой. – «Это кто ещё такой?» – громким шёпотом осведомилась Тави. – Ты и твои воины уже совершили все подвиги, какие только может потребовать от вас орочья честь. Вы стянули на себя мертвяков, благодаря чему они и попали под истребительное драконье пламя. Ваша доблесть останется жить в веках, пока стоят Волчьи острова. Уйти сейчас, целыми и с добычей – не трусость, но мудрость…

Его речи прервал очередной раскат грома, опрокинутая пирамида содрогнулась, казалось, до самого недостижимого основания. Медленно раскалываясь на куски, окутанные облаками едкой каменной пыли, рушились скалы вокруг Утонувшего Краба, чуть не к самым небесам взметнулся гейзер, вода, смешанная с паром. Глубокий раскол пролёг по морскому дну, океан ринулся в проломину, добираясь до глубинных слоёв. На восток и на запад устремились волны высотой с самый высокий из аркинских шпилей; они натворят немало бед, достигнув суши.

Споры пресеклись. Замерев, все смотрели на медленно поднимающееся облако дыма и пара, совершенно скрывшее южную оконечность острова. В ход там шла магия, не сопоставимая с той, какой владели та же Клара или Фесс.

Разумеется, если не брать в расчёт Алмазный и Деревянный Мечи.

* * *

Познавший Тьму давно разучился испытывать настоящий страх. Даже оказавшись вместе с Ракотом и Гелеррой в замке-западне, он его не ощущал. Настоящего, подсердечного страха, когда перехватывает горло и подгибаются ноги, как бы ты ни пытался выпрямиться.

Сейчас Новый Бог, один из двух некоронованных владык безбрежного Упорядоченного, испытывал именно такой страх и ничего не мог с собой поделать.

Хаген и лучшие из подмастерьев едва держались всемером против какого-то смертного мага, медленно отступали, отбиваясь, как могли, да так, что рана на теле Эвиала становилась всё глубже.

Они пытались отрезать мятежного чародея от заполненной Древними сущностями пропасти – напрасно, он не поддался на уловки. Пытались опрокинуть грубой силой – чародей выставлял непробиваемые щиты, ловко отводил заклятья, подставлял под них шары с пленниками. От каменного свода пещеры уже давно ничего не осталось, трескались, крошились и рушились окрестные скалы, пылали деревья, в глубокие трещины врывалась вода. Разломы угрожающе потянулись к самой опрокинутой пирамиде.