Игрушки - Нил Макмагон

Когда Лизбет приехала в огромный сверкающий дворец, где находилась штаб-квартира Агентства перемен, атмосфера здесь больше напоминала праздник, чем деловое совещание. В главном конференц-зале собралось десятка два высокопоставленных чиновников, смаковавших дорогие вина и коктейли. Гости возбужденно беседовали между собой, предвкушая наступление Дня 7–4.

Джакс Мур встретил Лизбет у дверей и отвел в сторону.

— Какие новости о Хэйзе? — спросил он, держа в руках незажженную сигару.

— Все идет, как мы и рассчитывали, Джакс. Хэйз думает, что вернулся в свой прежний мир. Он считает, что попал в больницу после того, как подрался с тем скунсом на мотоцикле. О Европе никаких воспоминаний. Ему смутно запомнились только какие-то голоса, называвшие его человеком, но я быстро его успокоила.

На морщинистом лице Мура появилась широкая улыбка.

— Представляю — как!

Лизбет лукаво улыбнулась в ответ:

— Тебе не нужно ничего представлять, верно?

— Ты исполнила свой долг. Отличная работа. Президент Джаклин будет счастлив, — кивнул Джакс Мур. — Теперь мы отправим его к сестрице, и когда один убьет другого — не важно, кто кого, — мы победим.

Лизбет продолжала улыбаться, но в ее взгляде мелькнула чуть заметная горечь.

— Конечно, победим. Последние тридцать лет элиты выигрывали все сражения. Разве может быть иначе?

Мур не заметил легкой тени, скользнувшей по ее лицу.

— Сегодня ты — герой дня, — продолжал он. — Так что давай раздобудем тебе выпивку и увенчаем тебя лаврами. Надо достойно встретить День семь-четыре.

Он щелкнул пальцами, и проворный робот-официант подал на подносе бокал превосходного мартини. Джакс Мур повернулся к остальным гостям. Разговоры стихли, и все выжидающе взглянули на него.

— Думаю, вам известно, что обычно Агентство не проводит брифинги в виде вечеринки с коктейлями, — начал он и подождал, когда стихнут смешки. — Но теперь особый случай. Сегодня у нас вечер сюрпризов, хотя сюрпризы предназначены не для нас. Когда наступит День семь-четыре, для людей это станет самым большим шоком за всю их чертову историю. Друзья мои, всего через восемьдесят часов человеческая раса полностью исчезнет с лица земли. Величайшая угроза миру перестанет существовать. Да будет так!

— Мы долго ждали этого дня, — добавила Лизбет. — Слишком долго.

Гости взволнованно загудели: для сухих и сдержанных элитов это был почти невероятный всплеск эмоций.

— Кроме того, я хочу сообщить, что успехом грядущего события мы во многом обязаны этой очаровательной даме, — заключил Мур и дружески обнял ее за плечи. — Я поднимаю тост за Лизбет Бейкер — ослепительную звезду этого вечера. Никто не сделал так много для победы, как она!

В зале дружно звякнули бокалы, и все наперебой бросились поздравлять Лизбет.

В ответ она грациозно подняла свой бокал и одарила всех еще одной обаятельной улыбкой. Но через пару минут Лизбет незаметно отделилась от толпы и нашла спокойный уголок, чтобы побыть наедине с собой. Радость долгожданного триумфа омрачалась неприятной мыслью, которая разъедала ее изнутри. Основой ее жизни был всегда холодный разум, и она презирала тех, кто позволял себе любые сантименты. Но что делать, если они поселились в тебе самой?

Ей было плевать, если эти тошнотворные людишки исчезнут с поверхности планеты. Для нее они были все равно что насекомые, если не хуже: чем скорее они перестанут существовать, тем будет лучше для всех, даже для них самих.

Ее беспокоила совсем другая проблема, и этой проблемой был Хэйз.

Когда она узнала, что он человек, то, разумеется, пришла в ярость. Именно она придумала, как превратить мужа в пешку в войне против собственных сородичей, а потом вычистить все эти события из его памяти. Еще несколько часов, и он умрет: любящий отец и муж, истинный герой, человек, который сделал ее жизнь такой увлекательной и яркой. Ее уже начинала разъедать горечь потери, и никакой интеллект ничего не мог с этим поделать. Она все еще любила его — вот в чем была проблема.

«Кончай это, Лизбет! — сказала она себе с яростью. — Хэйз всего лишь презренный человечишка».

Когда она направилась назад к гостям, кто-то похлопал ее сзади по плечу. Она обернулась и увидела бывшего друга и партнера Хэйза, верзилу Макгилла. Тут курил сигару, как и его наставник Джакс Мур.

— Как тебе секс со скунсом? — осведомился Макгилл, открыто пялясь на ее бюст.

Наверное, слегка перебрал на вечеринке.

— Хэйз должен быть счастлив и спокоен до тех пор, пока от него есть польза, — холодно ответила Лизбет. — То есть до Дня семь-четыре. Я всего лишь исполняю свой профессиональный долг.

— Ладно, но скажи мне, когда захочешь чего-то поострее — с другим профи.

«Лучше я пересплю с бабуином», — вертелось у нее на языке, и сравнение было очень верным. Хотя… разве это не станет лучшей местью мужу, который нанес ей такой предательский удар?

— Что ж, вдовушкам всегда нужно утешение, — ответила она и в первый раз за вечер улыбнулась от души.

Теперь она снова была сама собой: разумной, уверенной, а если нужно — беспощадной.

— Я буду рядом, — пообещал Макгилл и добавил: — В конце концов, я тоже должен выполнить свой профессиональный долг. Мы ведь элиты, верно?

Она весело рассмеялась и тоже закурила сигару.