Колдуны и капуста - Андрей Уланов

Сон, это был всего лишь сон, а я сейчас лежу в кровати на втором этаже уютного дома шотландца Роберта — владельца пары миль здешнего побережья, любезно предоставившего несколько комнат в своем родовом замке экипажу яхты, за вычетом, как обычно, мистера Спаркса, и небольшую бухточку для самой «Принцессы Иллики».

— Крис!

И уже через час-другой я смогу узреть старую добрую и наверняка ухмыляющуюся рожу Малыша Уина. Местный дальнозорец вчера сказал, что его кеч меньше чем в полусотне миль от острова. Острова, да... Остров — это часть суши, окруженная водой... бр-р-р...

Пожалуй, в отношении воды я скоро стану солидарен с гномами. Ортодоксальными, разумеется, а не такими психами, как Малыш. По мнению истинных гномов, самое подходящее место для воды — это аквариум. Маленький такой аквариум... а в нем рыбы... мокрые... нет, аквариум тоже не подходит. Интересно, а есть ли среди этих ортодоксальных гномов еще более реакционные личности, низводящие размеры приемлемого сосуда... ну, скажем, до пипетки?

— Кри-ис!

Кажется, меня кто-то зовет. Впрочем, это еще не повод просыпаться, вылезать из постели... в конце концов, я уже давно не мальчишка, подпрыгивающий по утрам от привычного маминого «Кристофер Герберт-Микка Ханко!». И никакая...

— Люби-мый! Я иду!

Ой-йо... троллье дерьмо — я ведь женат!

Все же я успел в самый последний миг скатиться с кровати, и струя ледяной, от одного запаха зубы ноют, воды впустую оросила подушку. Не вся, правда, — остаток кружки Бренда выплеснула за кровать, но меня и там уже не было. Я успел закатиться под кровать, ужом прополз вперед и, словно гоблин из засады, вскочил со стороны изголовья.

— Я не сплю! Я не сплю!

— Ты пропустил завтрак, — укоризненно сообщила мне миссис Ханко. — Надеюсь, однако, — сухо добавила она, — что не позже чем через пять минут мы все-таки увидим тебя внизу, одетого и чисто выбритого. Ты ведь не хочешь расстроить наших гостеприимных хозяев, не так ли, любимый?

— Можно подумать, — проклятье, какая сволочь завязала штанины морским узлом? — что Николай не сумеет сделать совершенно незаметным отсутствие хоть четырех меня.

— Четыре минуты двадцать пять секунд.

Так-то. И это все — Бренда, моя Бренда, черт в юбке... которую она почти никогда не носит. Бренда свысока-плевавшая-почти-на-весь-мир и в особенности — на мнение окружающих о том, как пристало выглядеть молодой женщине и чем ей подобает заниматься. Дерзкая, самоуверенная, упрямая, как тысяча ослов... нет, как тысяча гномов! Авантюристка чертова... любимая... моя жена! Ай Кгх... порезался-таки...

Мое появление внизу, как я и предсказывал, осталось незамеченным — наши гостеприимные хозяева, затаив дыхание, внимали очередному монологу графа. Русский был воистину неисчерпаемым источником всяких историй, легенд и просто анекдотов. Впрочем, прожив или, вернее, просуществовав век-другой, волей-неволей обзаведешься подобны багажом.

— ...но господин губернатор, как и следовало ожидать, мнил себя умнее всех и потому просто-напросто послал туда урядника с десятком казаков...

Эту историю я слышал и даже помнил... помнил, до ее конца оставалось не так уж много.

— ...а когда дорога наконец просохла и исправник смог добраться до деревни, от оборотня уже почти ничего не осталось. Кусок шкуры в одной избе, полхвоста на шапке у мельника — вот и все трофеи, которыми несчастный Виталий Афанасьевич смог порадовать свое грозное начальство. Генерал-аншеф, понятное дело, страшно разгневался — осерчал — и приказал всех виновных перепороть-с! Приказ сей был принят к исполнению, исходящий номер такой-то, и все как полагается — но! Расквартированный в городке полк, из которого надлежало выделить команду для совершения экзекуции, отбыл на маневры, а когда вернулся, вновь зарядили дожди, и тракт на Глубокое Раздолье вновь превратился в нечто совершенно непроходимое. В итоге дело само собой отложилось до зимы, однако еще до первого снега в городок прибыл... — Рысьев сделал многозначительную паузу, — новый губернатор. Ознакомившись среди прочего оставленного ему предшественником наследства с сим делом, изволил долго смеяться. Отсмеявшись же, приказал произвести следующие действия: во-первых, Виталия Афанасьева, как лицо наиболее во всей истории — если, разумеется, не считать загрызенных и господина иностранного купца, хотя последний, по совести говоря, сам накликал на себя лихо — пострадавшее, произвести в следующий чин досрочно. Второе: деревне Глубокое Раздолье списать недоимок за три года. И третье: все имеющиеся по делу документы из канцелярии изъять и предать огню, что и было проделано на сей раз без всяких проволочек. Вот, собственно, и вся история. Прошу прощения, что занял ваше внимание на столь долгое время — вы ведь, как я помню, собирались в Апиа сразу после завтрака, да и нам как бы пора...

— Ну что вы, граф, нам было невероятно интересно выслушать вас. Клянусь, если я о чем и сожалею, так это о том, что нам приходится расставаться и, следовательно, нашим чудесным вечерним беседам не суждено продолжиться.

— Еще раз спасибо за ваше шотландское гостеприимство, Роберт, — сказал я. — Было очень приятно познакомиться с вами... с очаровательной миссис Фанни... и, разумеется, вашими детьми. Надеюсь, мы ни в чем...

— Ну что вы, джентльмены, что вы, — перебил меня хозяин дома. — Повторюсь — ваше пребывание здесь было весьма приятным для нас... и познавательным. Эти истории мистера Рысьева... особенно про затерянный остров, полный пиратских кладов... а также ваши, миссис Ханко.

— Бренда. Для вас, Роберт, просто Бренда.

— Боюсь, — виновато вздохнул Роберт, — вам уже не удастся приучить меня к подобному обращению.

— Кстати, Роберт, — улыбнулся я, припомнив, каким именно способом мой собеседник зарабатывает свой хлеб насущный. — Не хотите использовать эти байки как сюжет для будущей книги?

— А ведь и в самом деле, Робби-Лу, — поддержала меня стоящая рядом с мужем хозяйка. — Вспомни, Ллойд уже давно просил тебя написать что-нибудь приключенческое.

— Право, не знаю, — озадаченно пробормотав Роберт. — Я ведь еще и не брался толком за большую форму...

— А у тебя ведь уже даже карта есть! — продолжала наседать хозяйка.

— Карта? — переспросил я.

— Так, баловство, минутное увлечение, — пожал плечами хозяин. — Наблюдал за мальчишкой и сам увлекся. «Холм Подзорной Трубы», «Остров Скелета» — ну разве кто-нибудь согласится опубликовать книгу с подобными географическими изысками?

— А что, мне нравится, — неожиданно сказал Николай. — Создает, знаете ли, эдакую атмосферу, стиль... только надо еще подобрать персонажей поколоритней и, главное, придумать соответствующее духу название. Например, «Тайна пиратского клада» или, скажем, «Наследство проклятого капитана».

— Нет-нет, что вы, — возмутился Роберт. — Право же, это несерьезно. Книгу с таким названием уж точно никто не захочет даже взять с полки.