Герцогиня-служанка - Кира Рамис

– Нет, ты только подумай, насколько она сильна! Не отдам! Никакие храмовники её не получат. Будет моей женой, и точка, – глаза наместника горели, он даже был рад, что получил заряд бодрости утром. Военная муштра, как ни странно, ему всегда нравилась. Он любил содержать своё тело в форме. – Ух, моя будущая жёнушка!

– Дарион, ты чего так разошёлся? – переодевшийся генерал, а он умел это делать в считанные минуты, давно сидел на диванчике в покоях друга и наблюдал, как тот, одеваясь, строит планы.

– Ты ещё не понял, что произошло утром? Кто поверит в какое-то наказание? Это Аннабель показывала мне свою магическую силу, заигрывала со мной. Кнут, смотри-ка, – хохотнул тот.

– Но она не желает замуж, её призвание – служить Богу, – возразил Тай.

– Пропасть такому дару? Да ты только представь, какие дети у нас будут! Моя магия плюс её, да это получится взрывная смесь. Мои наследники по магическому праву смогут претендовать на трон, несмотря на то, что я третий внебрачный сын императора. Я стану герцогом, и в этом мне поможет госпожа Генриетта.

– Ты о мачехе? – с сомнением произнёс Тайгриан. Он ещё при первой встрече понял, что Генриетта из платья готова выпрыгнуть, только бы её родная дочь заняла место наследной герцогини. – Сомневаюсь, что у неё будет желание тебе помогать.

– Будет, очень даже будет. Она сейчас бедна как мышь, я заплачу за её согласие и дочерям подберу достойных женихов. Вот хотя бы ты!

– О, нет! – генерал отмахнулся. – Не впутывай меня в свои игры. Желаешь жениться – женись. Уговаривай мачеху девушки, иди наперекор желанию Аннабель, откупайся от храмовников. Мне не одна из её дочерей не приглянулась, да и вообще я не спешу под венец… Дарион, но она же некрасива.

– Ты про Аннабель? Ты плохо к ней присмотрелся, если смыть косметику, с помощью мага удалить бородавку, то будет съедобна.

– С долей меркантильности ты подходишь к любви. Договорные браки редко бывают счастливыми.

– Кому нужна эта любовь, главное, чтобы жена меня любила и во всём слушалась, – посмотрев в зеркало, наместник произнёс:

– Идем, поговорим с госпожой Генриеттой о судьбе её падчерицы.

А вот разговор со вдовой не удался. Она категорически была против всякого предложения Дариаона, чем только злила и распаляла того.

– Да как вы не понимаете, госпожа Генриетта, я предлагаю вам огромное имение, земли и деньги в обмен на согласие. Вы не желаете, чтобы Аннабель была счастлива?

– Она сделала свой выбор, – на своём стояла женщина, – и уезжает!

– Сейчас же привести сюда госпожу Аннабель! – выкрикнул теряющий терпение Дарион. – Я лично с ней поговорю. А если она и вы не согласитесь по-хорошему, то я обращусь к императору, от которого получил приказ жениться на герцогине.

Глаза вдовы заблестели. Она знала, кто такой Дарион и кем он приходится императору, и лишь поэтому она приложит все усилия, чтобы её дочь приблизилась к несметным богатствам, почестям и столичной жизни, а уж с ней и она, Генриетта, станет счастливой. Женщина сделала шаг назад, притворившись, что уступает.

– Хорошо, спросите её. Шусти, ты слышал приказ. Выполняй!

В большом зале в этот ранний час присутствовали лишь госпожа Генриетта, Дарион и Тайгриан.

Девушка ворвалась в зал, словно запыхавшийся ураган.

Генерал усмехнулся. Как же нелепо выглядит наследница. На ней было вновь розовое пышное платье, а вот в остальном она была не такой, как в прошлый раз. Волосы уложены наспех, раскрас на лице не такой боевой, вот только большая тёмная бородавка на своём месте.

– Господа, извините за опоздание, вы меня хотели видеть?

И тут генерала словно током пронзило. Этот голос, эти глаза! И самое главное, что в прошлый раз бородавка сидела с другой стороны носа и чуть повыше.

– Белла? – тихо прошептал молодой человек, поднимая глаза на счастливую мачеху и понимая, что именно она ведёт какую-то игру.

– Милая Аннабель, как я рад, что вы пришли. Должен вас пожурить за утреннюю шалость, – Дарион быстро подошёл к девушке и взял её за руку, генерала кольнула ревность. Он и так не мог прийти в себя от догадки, а тут ещё лучший друг пытается силой женить на себе ту, что пришлась по сердцу Таю.