Избранница древнего - Морвейн Ветер

Данаг чуть приобнял меня за талию, поднял в воздух и отпустил уже над кроватью.

– Отвали, – я подняла руки в защитном жесте, когда он склонился надо мной, но он лишь чуть отодвинул меня в сторону и улёгся на бок слева от меня, опираясь на локоть одной руки и чуть придерживая за живот другой. Он будто опасался, что я попытаюсь сбежать, и я решила его не разубеждать.

– Риа, я серьёзно. Давай, выкладывай, что всё это значит. Как тебе вообще пришло в голову, что я отдам тебя заезжему эльфу? И почему ты до сих пор не сказала мне, кто ты?

– Ты не спрашивал, – буркнула я, пытаясь отвернуться к другой стене, но Данаг удержал меня на месте. – А это важно?

– Ну… это любопытно. Хотя и не делает твоё поведение понятнее.

– Во-первых, – я вздохнула и повернула голову так чтобы видеть его. – Я больше не принцесса. Потому что у лунных нету ни короля, ни королевства. И это не то, что я хотела бы обсуждать с вампиром.

Данаг промолчал, ожидая продолжения.

– Во-вторых, я дочь младшего из двух братьев, и если ты тоже решил использовать меня для захвата власти на руинах наших домов, то у тебя ничего не выйдет. У Вельда всегда будет приоритетное право на престол. И если даже вы убьёте Тирвейнена, то дядя Вельд, скорее всего, оторвёт вам уши. Кстати, ты и сам мог бы догадаться, что мы родня, иначе на кой-чёрт ему вытаскивать меня из тюрьмы?

– Родня – может быть. Потому я и заинтересовался, когда ты заговорила о доме Волка. Но я не думал, что ты – дочь короля.

Я пожала плечами.

– Сюрприз.

Данаг едва заметно усмехнулся, и даже глаза его, казалось, на миг просветлели.

– Ты прелесть, – он быстро наклонился и коснулся губами моего носа, заставляя меня покраснеть. – А теперь перейдём к главному. Почему ты сомневаешься во мне?

Я закусила губу и снова отвернулась. Потом медленно пожала плечами.

– Я не сомневаюсь. Просто мне это кажется… логичным. Ты должен вернуть себе статус в Империи. И с чего бы тебе споткнуться о меня?

– Так сделал твой отец? Поэтому ты ушла?

– Ну… В общем, да. Ему нужно было укрепить союз с домом Танор. Отдать кого-то из младших членов семьи в качестве залога – обычная практика, когда речь идёт о политике.

Данаг положил руку мне на щёку и заставил повернуться к нему лицом.

– Я стар, Риа, – сказал он. – Политика приходит и уходит. Она была всегда и будет всегда. А близких у меня нет. Только Ивон. У моих обращённых собственные семьи, но я никогда не появляюсь там, и не прошу представлять мне новых детей. Тому есть свои причины, уходящие корнями в далёкое прошлое. Но если забыть о древних клятвах… Если представить на миг, что у меня могла бы быть семья… Я никогда бы не отдал близкого человека в обмен на что бы то ни было. Ты права, я мог бы сказать, что решать тебе. Но я не хочу знать, что ты решишь. Если ты откажешься, то я буду разочарован. А если согласишься – потеряю тебя. Так что ты права, я всё решил за тебя. Ты остаёшься со мной. А Илмаринен… Или возьмёт ту плату, которую я готов дать, или пусть катится к чёрту. Не родился ещё тот бессмертный, что будет диктовать мне свои условия. Впрочем, – он усмехнулся и поцеловал меня – внезапно и быстро. – Может и родилась. Но это точно не посол.

Мне было нечего сказать. Я просто уткнулась носом ему в ключицу.

– Извини, – пробормотала я.

– Не надо больше ничего от меня скрывать. Мне интересно всё, что связано с тобой. А титул… Чёрт с ним. Знаешь, в конечном счете, это, наверное, просто игра. Я мог бы остаться в доме Ивон навечно, но я умру от скуки, и ты вместе со мной. Это ничем не лучше тюрьмы. Но мне было бы лучше с тобой в камере под рудниками, чем одному в моём дворце в Гленаргосте. Кто-то мудрый давным-давно сказал: «Победа, которую не с кем разделить – это поражение». Как по мне, он был чертовски прав.

Я усмехнулась и подняла на него взгляд.

– Поэтому у тебя всегда такие грустные глаза?

– У меня? – Данаг запнулся, и на лице его появилось недоумение. – Может быть. Но мы говорим не обо мне.

– Ты так думаешь?

Не дав ему ответить, я тоже поймала его губы поцелуем и повалила на спину.

– Ты проиграл, Древний, – сообщила я, наваливаясь на него всем телом.

– Как скажете, ваше высочество. Сдаюсь.