Избранница древнего - Морвейн Ветер

– Я уже послал письмо, – сказал он, облизывая губы. – Послы приедут со дня на день.

– Сюда? – Ивон подняла брови.

– Само собой.

– Что за послы? – спросила я, оборачиваясь к Дану.

– Ну, я предположил, что более всех недовольны Цепешем те, кого он недавно завоевал. То есть эльфы. Они же вхожи ко двору – постоянные посольства его поблажка тем, кто больше не имеет собственных королей.

– Эльфы? – переспросила я. Всё остальное меня мало волновало, потому что было понятно и так.

– Да…

– Неужто ты преодолел свою ненависть к дроу? – усмехнулась Ивон, тоже прикладываясь к вину. Она пила из бутылки, и явно ничуть этого не стеснялась.

– Если бы я и заставил себя послать к ним гонца, то его бы сварили в кипящем масле, а мне вернули одну только голову. Так что, естественно, нет. Я долго выбирал между солнечными и лунными, но среди солнечных я не знаю никого. Да и они не знают меня. Поэтому я решил, что ты сможешь помочь мне наладить контакт со своим народом, Риа.

Сердце ухнуло и замерло.

– Со своим… народом? – медленно повторила я. – А других идей у тебя нет?

– Чем плоха эта?

Я встала. Подошла к столику, на котором стояло несколько бутылок вина. Наполнила один из пустых кубков и залпом осушила. При этом две пары глаз внимательно следили за каждым моим движением.

– Дан, можно я посплю? Мне надоела ваша болтовня о политике.

– Конечно, – в голосе Данага слышалось отчётливое удивление.

Это был, наверное, первый раз, когда я так легко оставляла его наедине с Ивон, но мне было плевать. Одной перспективы общения с кем-то из аристократии лунного королевства – а может, и из дома Волка – хватило, чтобы испортить мне настроение.

Я поднялась в спальню и замерла у окна, не зажигая света. Парк Ивон был до колик похож на парк в летней усадьбе отца. Странно, что я не замечала этого раньше. Только скульптуры там были не из мрамора, а из обсидиана, и изображали не людей и легендарных героев, а чудовищ, пришедших из-за Врат. Тому парку было много сотен лет. Полагаю, не отец придумал этот мрачный пейзаж, и даже не отец моего отца. Но все они, эльфийские короли, принимали его как великую честь и хранили до конца своих дней.

Данаг появился, когда часы уже пробили полночь. Я всё ещё стояла, вспоминая малозначимые эпизоды из юности и пытаясь понять: хотела бы я увидеть тот парк снова? Ответа у меня не было. Я обнаружила, что Данаг рядом, лишь когда его руки легли мне на плечи, и тут же инстинктивно вздрогнула. Однако, рук он не убрал, только прижал меня к себе и тихонько произнёс:

– Однажды невнимательность погубит тебя.

– Плевать, – я пожала плечами. – Я не планирую жить вечно.

– Да. Ты вообще не планируешь. Наверное, это я в тебе и люблю.

Я усмехнулась, но расслабить плечи так и не смогла.

– Ты всё ещё ничего не знаешь обо мне, Дан. Ивон по-своему права. Всё, что происходит между нами – минутная страсть. Там, в тюрьме, мы стали друг для друга светом в ночи. Потому что всё вокруг было гадко и вызывало лишь тошноту. А теперь? Думаешь, у нас есть будущее? Ты станешь наместником, а кем буду я? Твоим развлечением?

– У миньона вполне ясный статус в семье, – сказал Дан, но почему-то говорил он негромко и будто бы неуверенно.

– Что это – миньон? У нас нет такого. Я понимаю – глава дома. Понимаю айэм главы – та, кто делит постель и хранит очаг. Понимаю найве – та, кто принадлежит и служит телом и душой. Что такое миньон? Я не могу понять.

Данаг долго молчал.

– Я не хотел бы искать название этому в вашем языке. Я вообще не хочу давать название тому, что происходит между нами.

– Но тебе придётся это сделать. Когда-нибудь.

– Когда придёт время.

Он замолчал, прислонившись лбом к моему затылку, и продолжил лишь через несколько минут, когда я немного успокоилась и снова погрузилась в неприятные мысли.

– Тебя ведь не это расстроило.

– Нет… Не это. Но это… Я думаю об этом всё время. Ты не знаешь меня. Тогда, как ты можешь… Пусть не любить… Но, скажем, желать меня?

– Не знаю, – Данаг не шевельнулся. – Я просто не могу без тебя. И мне плевать, что это значит.

– Без меня… – я покачала головой. – Но тебе не пришло в голову спросить, хочу ли увидеть сородичей я.

– Вот в чём дело, – Данаг вздохнул у меня за спиной. – Ты обиделась, что я всё решил один?

– Да чёрт с тобой, – я не выдержала и вывернулась из его рук. – Дан, мне плевать, как и что ты решаешь. Я… Я просто не хочу.

Я развернулась и поймала его взгляд. Задумчивый и грустный, как всегда. Почему-то все аргументы вдруг вылетели из головы, и я поняла, что не смогу возразить больше не слова. Если он хочет этой встречи – я помогу. Даже если он не спросит меня ни о чём.

– Ты боишься, – сказал Дан так же тихо. – Чего?

– Я не боюсь.

Данаг шагнул ко мне и снова взял за руку.

– Ты обвиняешь меня в том, что я не знаю тебя, но разве ты рассказываешь мне о себе?

Я усмехнулась и дёрнулась, вырывая руку, но у меня ничего не вышло.

– Знаешь… Как-то не удобно вставлять эльфийские байки в промежутках между вашими жаркими спорами о политике Империи.

– Врёшь, – я вздрогнула. Не сомневаюсь, в этот миг он видел меня насквозь.

– Опять твои вампирские штучки?

– Нет. Я никогда не применял их к тебе, и никогда не применю.

Я вздохнула, потому что, по большому счёту, знала, что он снова прав.

– Если ты боишься встречи с родичами, то мой тебе совет – ты должна с ними встретиться. Не оставляй страхи у себя в тылу. Иначе они выпрыгнут из-за спины в самый неподходящий момент.

– Именно это они и делают сейчас, – заметила я, но вырваться больше не пыталась.

– Риа, ты справишься.

Я подняла бровь.

– К тому же, их визит продлится недолго, – добавил он. – Ты просто подскажешь мне, как вести с ними разговор.

– А язык?

– Я знаю язык лунных. Конечно, не так, как родной. Так что тебе будет куда проще заметить подвохи в их обещаниях. Но ты можешь не общаться с ними сама. Можешь даже не выходить, хотя так нам будет труднее.

– Нет уж, – мрачно ответила я. – Лунные так лунные. Прятаться я не стану. Только скажи: по крайней мере, из дома Волка там никого не будет?

Данаг посмотрел на меня с некоторым любопытством.

– Почему тебя волнуют именно они?

– Ты же знаешь, это королевский дом. Они… Скажем так, самые заносчивые. Да и интриганы ещё те.

– Я подумал так же. Поэтому послал письмо не им.