Наказание жизнью - Анна Минаева

– И ты не остановил её? – Если бы не палица, что сохраняла равновесие, Мартон бы кинулся на него.

– Я и предположить не мог, что она сбегает, – развёл руками Гилиам.

– Она что-то сказала? Что-то что указывало бы на её вину в смерти моего брата?

– Сказала только, что слышала речь патрульных. Но о чём они говорили, смолчала.

– Да не могла девчонка убить Ферта Конви! Что за глупости? – Азард накручивал на палец кончики седых волос, собранных в хвост. – Тут что-то другое.

– И ты туда же, Азард? Тоже будешь защищать охотников?

– Я не охотников защищаю, а здравый смысл. Поговори с командирами пехоты. Я уверен, что под градусом у них язык развяжется.

Гилиам устало смотрел на Мартона. Он упустил охотника, в котором проснулись способности.

Велд Конви быстрым шагом направлялся к одному из костров. При виде баннерета разговоры поутихли.

– Кто из вас Джамас?

– Я, мастер. – От костра отошёл высокий мужчина с широким лбом.

– Если ты ответишь правдиво на мои вопросы, то получишь флягу дорогого вина.

Глаза мужика алчно блеснули.

– Когда ты видел моего брата в последний раз?

– Дык, тем вечером, когда та полоумная баба Патану кисть отпанахала.

– Где сейчас Патан?

– С того вечера я его не видел, – развёл руками Джамас.

– Почему не доложили о пропаже? – посуровел баннерет.

Мужик опустил глаза и не смог дать вразумительного ответа.

Велд Конви обречённо вздохнул и направился к шатру главнокомандующего. Мальчишка, которому он должен был доложить о происшествии, был младше его почти вдвое. О чём думал Йосфрин?

– Третий, – высказал мысли подчинённого Гилиам.

– И никаких зацепок. Мы не можем сдвинуть лагерь, пока не вернём моего брата.

– В этом я с тобой согласен. Но нам также необходимо отыскать охотницу и командира отряда пехоты.

– Ты ставишь их жизнь на одну линию с моим братом. Не зарывайся!

– Для меня все подчинённые равны. Будь на моём месте кто-то другой, отряд бы уже давно отправился дальше, не обращая внимания на потери и записав их в журнал погибших.

Велду нечего было ответить. Тут Гилиам был прав. Только из-за одного человеколюбия полководец задерживается на несколько дней на одном месте.

В шатёр без предупреждения ворвался мужчина. Волосы растрёпаны, из-под кольчуги торчит грязная рубаха, голенище правого сапога сползло:

– Я хочу доложить мастеру Гилиаму о том, что видел баннерета Ферта Конви сегодня утром. И он просил передать его брату, чтобы не искал его. Он направился обратно к батюшке с матушкой. Сказал, что война не его ремесло.

– Почему ты явился только сейчас? – Главнокомандующий почти рычал.

– Мастер Ферт любезно поделился со мной своими запасами вина, – стыдливо опустил глаза воин. – Я только сейчас проснулся.

– Беспредел! – взмахнул руками полководец. – Велд, твой брат мог так поступить?

– Нет, – покачал головой мужчина. – Этот солдат или лжёт, или принял кого-то не того за моего брата.

– Но я лично провёл его до Рощи, – оправдывался воин.

– Что? – В этот раз баннерет и полководец выдохнули одновременно.

– Он просил показать ему путь.

– Гилиам, мне нужны люди и несколько охотников. Я отправляюсь проверить слова этого человека. Если он лжёт, разреши мне прирезать его на месте.

– Разрешаю, – махнул рукой главнокомандующий, наблюдая за тем, как бледнеет гонец. – У тебя есть два дня. Если не вернёшься сам или с братом, я снимаю лагерь.

– Спасибо, мастер Гилиам, – чинно склонил голову Велд Конви и вытащил за шкирку воина, принёсшего новость, на улицу.