Холодные дни - Джим Батчер

– Молли, – сказал я, когда она закончила.

Она остановилась, по-прежнему не глядя мне в лицо.

– Прости. Извини, что мне пришлось просить тебя помочь мне… делать то, что я делал. Что не заставил тебя остаться дома – подальше от Чичен-Ицы. Нельзя было подвергать тебя всему этому. Ты еще не была готова.

– Серьезно? – тихо сказала Молли. – Но… в те времена я сама не принимала «нет» в качестве ответа. Ни один из нас в ту ночь не сделал разумного выбора.

– Возможно. Но лишь один из нас был наставником, – сказал я. – Мне следовало всерьез задуматься над тем, что происходит.

Молли покачала головой:

– Гарри, это уже позади. О’кей? Сделано. Кончено. Все в прошлом. Пусть там и остается.

– А ты уверена, что хочешь всего этого?

– Да.

– Хорошо. – Я взял бумажное полотенце и промокнул несколько ручейков перекиси, которые, пузырясь, стекали вниз по животу. – В порядке. Теперь все, что мне нужно – чистая рубашка.

Молли кивнула на одну из дубовых дверей:

– Там. Два комода и стенной шкаф. Ничего шикарного, размер твой.

Я заморгал от удивления:

– Э-э… Что?

Она фыркнула и закатила глаза:

– Гарри… Проснись. Я знала, что ты жив. Это значило, что ты вернешься. Леа сказала, чтобы я оставила это у себя, так что я выделила местечко, которое тебя дожидалось. – Она быстрым шагом прошла на кухню, открыла один из ящиков и вернулась с маленьким медным ключом. – Держи. Это откроет двери и проведет тебя через охрану свартальвов и мои обереги.

Нахмурившись, я взял ключ.

– Кгм…

– Я не предлагаю тебе делить со мной постель, Гарри, – сухо сказала Молли. – Просто… Поживешь, пока не встанешь на ноги. Или… или до тех пор, пока ты в городе, и тебе понадобится место, чтобы перекантоваться.

– Думаешь, я не смогу сам о себе позаботиться?

– Нет, конечно, – сказала Молли. – Но… знаешь ли? Возможно, я подумала… чтобы тебе не пришлось?… – Она неуверенно взглянула на меня. – Когда я нуждалась в тебе, ты был рядом. Я решила, что теперь настал мой черед.

Я отвернулся, борясь с нахлынувшими чувствами. Девчушка организовала это жилище, заключила соглашение с очень осторожной и подозрительной расой сверхъестественных существ, обставила для меня комнату, да еще и подобрала гардероб. За каких-то несколько недель? При том, что до этого она бóльшую часть года жила в обносках на улице?

– Я поражен, Кузнечик, – сказал я. – Серьезно.

– Это еще не самая поразительная часть, – сказала она. – Но не думаю, что у нас есть время откровенничать, учитывая, какая работенка тебе предстоит.

– Давай переживем Хэллоуин, – сказал я, – и, может быть, тогда мы сможем сесть и потолковать по душам. Молли, тебе не стоило делать все это для меня.

– Самомнение зашкаливает? – спросила девушка, и в ее взгляде промелькнула прежняя, резкая и язвительная Молли. – Я обустраивала это место для себя, Гарри. Всю свою жизнь я провела в одном доме. А жизнь на улице не была… не была тем опытом, что помог бы мне обрести себя. Мне требовалось что-то… Что-то…

Она нахмурилась.

– Что-то свое? – предположил я.

– Что-то стабильное, – поправила она. – Тихое. И, да, свое. Это не значит, что тебе здесь не рады. Всегда – когда тебе понадобится.

– Думаю, одежду эту ты подбирала тоже не для меня?

– Может, я начала встречаться с баскетбольной командой, – ответила Молли, сверкнув глазами. – Почем ты знаешь?

– Просто знаю, – сказал я.

Она принялась собирать вещи:

– Считай одежду… подарком ко дню рождения.

– Спасибо, – сказал я. – Я бы тебя обнял, но боюсь заляпать перекисью и кровью.

– До следующего раза, – сказала Молли. – Я… кгм… До объятий мы дойдем не скоро.

Она глубоко вздохнула:

– Гарри, я знаю, что дел у тебя невпроворот, но кое-что тебе нужно услышать.

Я нахмурился:

– Да?

– Да. – Молли потерла плечи ладонями, словно в комнате внезапно похолодало. – Я… как бы… навещала твой остров.

Посреди южного предела озера Мичиган лежит остров, который не значится ни на каких лоциях, картах или спутниковых снимках. Он является точкой сплетения лей-линий темной энергии, и гостей не привечает. Он заставляет людей, подходящих слишком близко, поскорей убираться или проходить мимо. Самолеты над ним летают постоянно, но никто его не видит. Несколько лет назад я связал себя и с этим островом и с первоклассным genius loci[26], который присматривал за ним. Я назвал его Духоприютом и знал о нем относительно немного, кроме того, что это союзник.

Когда меня подстрелили и я погрузился в темные воды озера Мичиган, чтобы сохранить мою жизнь, понадобились совместные усилия Мэб и Духоприюта. Я вышел из комы в пещере под поверхностью острова – с ветвями, торчавшими из моих хреновых вен, словно какие-то органические шланги капельниц. Это было весьма странное место.

– Как ты добралась туда? – спросил я.

– На лодке. Не пешком же.

Я хмуро взглянул на нее.

– Ты знаешь, о чем я.

Она улыбнулась, но как-то грустновато:

– После того, как существо вроде Собирателя Трупов превратит твои мозги в горсть гранатовых семечек, психознак «Проход воспрещен» воспринимается слабовато.

– Хе, – сказал я. – Очко в твою пользу. Но это опасное место, Молли.

– И оно становится еще хуже, – сказала она.

Я нервно переступил с ноги на ногу.

– В каком смысле «хуже»?

– Там накапливается энергия. Как… как пар в котле. Знаю, я во всем этом еще новичок, но я говорила с Леа, и она согласилась.

Бог мой, ну она и тянет, а я уже голову сломал, гадая, что же она знает. Ненавижу такие разговоры.

– Согласилась с чем?

– Кгм, – сказала Молли, потупившись. – Гарри… Думаю, в ближайшие несколько дней остров взорвется. И еще я думаю, когда он взорвется, то прихватит с собой половину Среднего Запада.