За гранью снов - Нина Кирики Хоффман

Он подержал ее на ладони и сразу передал Мэтт.

— Привет, — поздоровалась та с куклой.

— Приветствую, — ответила кукла. — Имя? Звание? Серийный номер?

— Мэтт. Человек. У меня нет серийного номера. А у тебя?

— Раньше был. Давным-давно. У меня были и имя, и звание, и серийный номер, и много приключений. Но я уже давно в глубокой заморозке. Хотя подожди. Джонни. Меня звали Джонни.

Мэтт посмотрела на Эдмунда, потом на Дейдру, которая внимательно наблюдала за ней.

— Ты никогда не думал о том, чтобы двигаться самостоятельно? — спросила Мэтт у Джонни.

— Думал?! Да я мечтал об этом, жаждал этого. Сейчас у меня нет настоящих врагов, но я бы не отказался от миротворческой миссии.

— Почему бы тебе не попробовать?

— Ты хочешь сказать… — Он медленно повернул руку, согнул ее в локте. Потом вытянул обе руки, согнул их. Сел. — Хочешь сказать, что я мог делать это все время?

— Не знаю, — ответила Мэтт. Она аккуратно поставила его на столик.

Он встал на ноги, прошел несколько шагов вперед, развернулся и пошел назад.

— Мррр? — промурчала Пипа, подбираясь к краю кровати, не отрывая глаз от движущейся куклы. Мэтт схватила кошку, когда та уже была готова прыгнуть. Пипа сердито ворчала.

Джонни промаршировал до края стола и отсалютовал Дейдре.

— Докладывает сержант Бокс, сэр.

Дейдра тоже отдала ему честь, потом уставилась на Мэтт.

— Как ты это сделала? — прошептала она.

Мэтт покачала головой и ответила:

— Это не я, это он сделал. Я просто поговорила с ним. Он сказал, что он сержант Джонни Бокс, и что раньше у него было много приключений.

— Джонни, — пробормотала Дейдра, — верно. — Она потерла глаза. Потом сложила руки перед куклой. — Извини, парень, но я уже не устраиваю приключений, как раньше.

Солдат вскарабкался на ее ладонь, ухватившись за большой палец.

— Он теперь ожил? Он всегда таким будет? — спросила Дейдра у Мэтт. — Что я буду с ним делать? Я не могу, я не… — Ее лицо исказилось от отчаяния.

— Я вернусь на свой пост, сэр, — отрапортовал солдат.

Мэтт произнесла за него эти слова вслух.

— О, спасибо, сержант. — Она подошла к полке, откуда она его взяла, и протянула руку. Джонни слез с ее ладони и встал по стойке смирно.

— Вольно, — скомандовала Дейдра.

Солдат переменил позу.

Она еще долго смотрела на него, потом вернулась на место и спросила:

— Мэтт, а ты могла бы сделать это с ними со всеми?

— Не знаю. Некоторые вещи чуть живее, чем другие. Обычно те предметы, с которыми люди проводят много времени, перенимают часть их сознания. Ты, должно быть, проводила с ними много времени, да?

Дейдра кивнула.

— Это моя любимая кукла. — Она еще раз взглянула на солдата. Он не шевелился. — Он все еще не спит?

— Я не знаю. Думаю, он скоро опять заснет. Вещи привыкли к тому, что ими пользуются не все время. Они так живут. Ты хочешь, чтобы я еще с кем-нибудь поговорила?

Дейдра. еще раз огляделась, рассматривая каждую куклу по очереди. Раз или два она задержала взгляд, но потом помотала головой.

— Мне очень тяжело снова их бросать одних. Они рассказывают тебе еще какие-нибудь истории?

— Иногда. — Мэтт отпустила кошку. Она спрыгнула на пол, пристально посмотрела на нее и ушла. — Большинство вещей любят разговаривать. А мне нравится слушать. Мы очень подходим друг другу.

Дейдра улыбнулась:

— Спасибо тебе большое.

— Это то, чего ты хотела, или ты хочешь увидеть еще что-нибудь? — спросил Эдмунд.

— Нет, это было здорово. Но это ведь не ты сделал, а Мэтт?

— Верно, — сказал Эдмунд. — Я мог бы заставить его двигаться, но у меня нет дара Мэтт. Это дар давать вещам возможность двигаться самим.

— А ты что умеешь?

Эдмунд взглянул на Мэтт и ответил:

— Я давно не проводил переучет.

— Ты умеешь плавать. Ты умеешь летать. Ты прекрасно выходишь из себя, превращаешься в разные вещи. Ты можешь помогать вещам и разговаривать с ними ты тоже умеешь, — сказала Мэтт и повернулась к Дейдре, продолжая: — Он умеет слушать, умеет пускать пыль в глаза. Он действительно очень хорошо это делает. И еще мне нравится, как он проделывает этот трюк с поиском по карте с помощью груза. Мы тебя так и нашли.

— Да, это не похоже на то, что ты делал раньше, — задумчиво сказала Дейдра.

Эдмунд пожал плечами и улыбнулся ей.

— Он и сейчас может делать все те вещи. Просто не делает. Ты ведь сделал бы, если пришлось, правда? — спросила Мэтт у Эдмунда.

— Конечно.

— Держу пари, он умеет выполнять желания, — продолжила Мэтт.

— Здорово. Я не знаю, чего пожелать. И судя по тому, что я видела, такие желания — штука опасная. — Дейдра посмотрела на часы. — Ладно, ребята, я рада, что вы приехали, но, пожалуй, надо вернуться к привычному режиму. Мне завтра рано вставать, так как я делаю хирургическую операцию. И мне надо помыться перед этим и после. Горячей воды хватает только на один раз, и она снова набирается за два часа. Так что, один из вас может помыться сейчас, а другой попозже, утром, если, конечно, вы не собираетесь уехать ни свет ни заря. Вы завтра уезжаете?

Эдмунд казался изумленным, а Мэтт сказала:

— Уедем, если ты поедешь с нами.

Дейдра покачала головой, улыбаясь:

— Вот что я вам скажу: я подумаю. Пойдемте, я вам покажу, как и что.

Она провела их в ванную, достала чистые полотенца.

— Я сейчас умоюсь и лягу спать, а вы можете еще сидеть, если хотите. Мне это не помешает, — сказала она. — Общежитие в колледже приучает спать в любых условиях.

Мэтт свернулась клубочком рядом с Эдмундом под тонким одеялом на заднем сиденье автомобиля. На улице подмораживало, но Эдмунд был большой, теплый и уютный.

Он тоже с головой накрылся одеялом и обнял ее.

— Что мы здесь делаем? — полусонно пробормотала она.

— Мы ее нашли. Это все, что я хотел сделать. Ей необязательно ехать с нами, Мэтт. Я просто рад, что повидался с ней.

— Но есть кое-что, — Мэтт почувствовала пустоту под сердцем. Она прижалась лбом к нему и дотронулась до своей груди. — Мне надо собрать их, — произнесла она.

— Что?

— Они должны вернуться. — У нее были странные ощущения. Голос звучал совсем по-чужому, будто и не ее вовсе.

— Мэтт, — встревожился Эдмунд.