Адепт. Ложа Рыси - Кэтрин Куртц

— Леди Джулиан, — пробормотал он.

Леди Джулиан задумчиво улыбнулась, словно каким-то образом узнала о его мысленной аналогии, и наложенный образ замерцал и растаял. Ее лицо снова просветлело, словно солнечный луч пробил облака.

— Мистер Ловэт, у меня, к сожалению, еще не было случая Увидеть ваши работы, но по отзывам я сделала вывод, что мы можем ожидать от вас великих дел в сфере искусства.

Перегрин, как и положено, покраснел.

— Если вы говорите о той статье в «Скотсмене» месяц назад, то, боюсь, мистер Макколлум был чрезмерно великодушен… хотя я, конечно, признателен за комплименты и его, и ваши.

— Я думала не о мистере Макколлуме, — невозмутимо промолвила леди Джулиан. — Я думала о том, что говорил мне в прошлый раз Адам. И нечего краснеть. Я полностью ему доверяю.

Дама дружески похлопала Перегрина по руке, затем повернулась к Адаму:

— Он очарователен… Я как раз собиралась попросить Грейс принести нам закуски. Вам чаю или кофе?

— Чаю, если не возражаете, — сказал Адам. — Вряд ли Перегрину случалось пробовать что-то подобное тому великолепному зеленому чаю, который вам присылают из Гуанчжоу?

Рекомендованный Адамом чай оказался цвета бледнейшего нефрита и слабо отдавал жасмином. Вместе с ним подали хрупкие бисквиты, глазированные медом и кунжутными семечками, и экзотические конфеты, благоухающие анисом, имбирем и померанцем. Дружелюбный разговор затрагивал различные темы: от растущего признания акупунктуры западной медициной до происхождения бронзового Будды, присматривающего за комнатой с угловой полки, и изощренности японской техники писания картин. Перегрин совсем забыл, зачем они с Адамом приехали, пока Грейс Файви не пришла забрать чайный поднос.

Леди Джулиан оживленно вернулась к делу.

— Адам, дорогой мой, вы были восхитительно терпеливы, но вам наверняка не терпится получить свое кольцо. Дайте минутку, и я принесу его.

Прежде чем любой из двоих мужчин смог предложить ей помощь, она развернула кресло и подъехала к богато инкрустированному бюро у стены. Когда дама вернулась, у нее на коленях была инкрустированная медью деревянная шкатулка с китайским драконом, что свернулся в кольцо вокруг большого лунного камня, вставленного в крышку. Леди Джулиан остановила кресло и открыла шкатулку. Золото и сапфир светились между пальцами, когда она вынула красивое золотое кольцо с овальным сапфиром и подала Адаму грациозным движением. Он с улыбкой принял кольцо и поднес его к свету.

— Ах, Джулиан, какая мастерская работа! Если бы я не знал, никогда бы не догадался, что оно вообще было повреждено.

— Камень, к счастью, не пострадал, — сказала леди Джулиан, когда Адам надел кольцо. — По счастью, обошлось без переделки всей оправы. Однако в будущем постарайтесь быть аккуратнее.

В ее голосе прозвучало мягкое неодобрение, и Перегрин неловко заерзал, потому что повреждено кольцо было из-за него, а не из-за Адама.

— Пожалуйста, не сердитесь на Адама, — произнес он. — Виноват, собственно, я.

Леди Джулиан посмотрела на него с изумлением, которое ему трудно было понять.

— Нет, он рассказал мне. Вот почему мы с ним решили, что в будущем вам понадобится вот это.

Она снова полезла в шкатулку. Перегрин моргнул — и увидел второе кольцо. Камень — большой, изумрудной огранки сапфир почти такого же размера, как у Адама, — глубоко сидел в золотом гнезде, на широком ободке рельефно выступали китайские драконы. Хотя внешне дизайн отличался от кольца Адама, его психическая «сила» была очень сходной. Перегрин отшатнулся, светло-карие глаза широко открылись.

— Нет, это не для меня…

— Именно для вас, — сказал Адам. — Подарок. Подарок, несущий с собой некую ответственность.

Он подчеркнул это заявление взглядом, значение которого Перегрин прекрасно понял. Леди Джулиан по-прежнему молча протягивала ему кольцо. Собравшись с духом, молодой человек взял его.

— Оно прекрасно. Я… Спасибо.

— Вы не хотите примерить? — спросил Адам, внутренне забавляясь.

— О, — пробормотал Перегрин. — О да, конечно.

Он надел кольцо на средний палец правой руки. Совершенно впору.

— Удивительно! — воскликнул художник и уставился на леди Джулиан. — Каким образом вы сумели сделать его по размеру?

— О, это кольцо я не делала, дорогой, — сухо сказала она. — Камень новый, но оправа… очень старая. Что до размера, то я работала под опытным руководством Адама.

— А откуда узнали вы? — спросил Адама Перегрин.

Адам фыркнул с искренним изумлением.

— Право же, Перегрин, вам здесь чудится какое-то волшебство. Я позволил себе прикинуть, пока занимался раной на руке, которую вы получили в Уркхарте. Вы тогда очень старались смотреть куда угодно, только бы не на руку… за что, полагаю, вас нельзя осуждать.

Перегрин вздрогнул, но и ухмыльнулся немного пристыженно.

— Наверное, я был немного озабочен… — Он посмотрел на кольцо. — Ваших умений, похоже, не счесть.

— Искренне надеюсь на это, — сказала леди Джулиан. Ее слова прозвучали так серьезно, что Перегрин задумался. Кольцо было впору, однако казалось странно тяжелым для своих размеров, и он снял его, чтобы рассмотреть внимательнее. Хвосты драконов переплетались внизу ободка, а завитки чешуек и крыльев тянулись вверх и окружали гнездо изящным узором.

— Это кольцо… — промолвил он нерешительно. — У него есть какая-то… какая-то…

— Сила? — закончил Адам. — Какими силами оно будет наделено, зависит от вас.

— А что мне надо сделать?

— Я уже говорил вам раньше: важно не делать, а стать… и у вас это уже хорошо получается. Но если нужны указания… Джулиан?

Леди Джулиан глубокомысленно кивнула.

— Я подозревала, что он захочет чего-то более необычного, — сказала она. — Если Перегрин желает, я вполне готова читать.

Перегрин перевел взгляд с Джулиан на Адама и обратно.

— О каком чтении вы говорите? — спросил он. — Какое-то гадание?

Леди Джулиан снисходительно рассмеялась, и на долю секунды в ней проступила юная девушка.

— Наверное, непосвященный назвал бы это именно так. Предлагаю посоветоваться с «И Цзин».

— «И Цзин»?

— Название переводится приблизительно как «Книга перемен», — объяснил Адам. — По преданию, легендарный китайский император Фу Си создал ее где-то в третьем тысячелетии до Рождества Христова. Для некоторых людей она служит священным писанием, но, если отбросить философские изыски, это один из самых древних и полезных способов предсказания — или гадания. Вопрошающий советуется с оракулом, подбрасывая монетки или ветки тысячелистника. Падая они образуют гексаграмму, называемую так потому, что монеты или ветки бросают шесть раз. Истолкования гексаграмм изложены в «Книге перемен».