Варвар - Денис Кащеев

Крим полулежал на горе битого кирпича, привалившись спиной к гусенице оставленного строителями бульдозера. Пальцы его бесцельно теребили шершавую рукоять бластера, глаза напряженно всматривались в пустынный горизонт, но мысли были за многие миллиарды километров от открывавшейся его взору серой гростианской равнины. Шторр думал о Петре. Каково-то ей сейчас там, на базе? Хорошо ли о ней заботится Бренда Мейер, ученица доктора Артура, смешливая девчонка немногим старше их? Достаточно ли энергии поступает в госпиталь? Да уж, наверное, достаточно, земляне всегда стремятся отдать больным все лучшее. И Бренда наверняка старается изо всех сил: пока нет Стива Артура, она, в свои неполные восемнадцать лет, возглавляет всю медицинскую службу базы. Тут уж, как говорится, положение обязывает. Так что с этой стороны беспокоиться не о чем.

Интересно, скучает ли по нему Петра, как он по ней? С момента их знакомства — тогда, в классе Академии — они неизменно виделись каждый день, хотя бы по несколько минут, ну а последнее время и вовсе почти не расставались. Недостает ли его ей так, как ему недостает ее? Бывает же, что с глаз долой — из сердца вон.

— А они действительно совсем не кешляне, — задумчивый голос Эрреры вернул Крима к реальности. Он недоуменно поднял глаза: Винсент восседал на торце поставленной вертикально шестиугольной панели — с противоположной стороны она опиралась на штабель бетонных шпал — и с любопытством разглядывал с высоты сидящих под охраной пленников. — Хотя и доля кешлянской крови у них все-таки есть. Как ты думаешь, Крим? — он посмотрел на друга.

Лениво приподнявшись, Шторр повернулся к захваченным строителям. Их было человек сто, может быть, чуть меньше. Большинство уже оправились от первого потрясения, и некоторые из них даже пробовали завязать беседу с охранявшими их десантниками. Попытки эти, впрочем, успеха не имели: земляне получили от Мустера строгий приказ с пленными не разговаривать, иначе как по необходимости, но общаться между собой гростианам не мешали.

— Да, без кешлянской крови тут, пожалуй, не обошлось, — согласился Крим, усаживаясь обратно и вновь поворачивая голову к горизонту. — Зеленоватый оттенок волос, острые уши, не говоря уже об этих меняющих цвет глазах. Но вот нос у них, к примеру, совершенно не кешлянский, да и вообще тип лица скорее земной.

— Вот и я так же думаю, — подхватил Эррера. — Были у них предки с Терры. Но как такое может быть, а, Крим? Когда заселялся Грост — я посмотрел в библиотеке — границы Конфедерации были еще ого-го где. Откуда здесь было взяться землянам?

— Ну, мало ли, — пожал плечами Шторр. — Как говорит доктор Артур, космос большой, и тайн в нем — не счесть. С Терры в разное время столько кораблей улетело — какие-то могли и до Гроста добраться. А может, собственно, и не было здесь никогда никаких землян.

— Как это — не было? — опешил Винсент.

— Внешние признаки — это все слишком шатко. Вот будь здесь доктор Артур со своей лабораторией — он бы тебе с точностью до сотых процента определил у них долю той или иной крови. А наши с тобой догадки — догадки и есть.

— Эх, захватить бы Стиву Артуру пару образцов, — мечтательно произнес Эррера и Крим так и не понял, всерьез ли говорит его товарищ, или шутит. По крайней мере, охотничий азарт в глазах Винсента сверкнул самый, что ни на есть, неподдельный.

— Внимание всем! — раздался в наушниках голос Марка Цокке. — Наблюдаю цель. Движется в нашу сторону, азимут десять. Олаф, это по твоему направлению.

Взоры всех землян устремились вдаль.

— Где? Я ничего не вижу, — проговорил после паузы Меда.

— Я тоже, — согласился лейтенант. — Что за цель,

Марк?

— Транспортное средство. Автомобиль на воздушной подушке, — доложил Цокке через несколько секунд. — Если не ошибаюсь, четырехместный. Сейчас вы его увидите на горизонте.

— Да, вот он, — произнес через некоторое время Алекс Мустер. — Ты прав, Марк, это четырехместный вездеход. Принесла нелегкая. Что ему здесь надо?

— Может, случайно заехал? — с надеждой предположил Горан Вацек. — Взобравшись на плиту, он встал рядом с лейтенантом.

— Не думаю, — возразил Меда. — Прет по бездорожью прямо к нам. По-моему, это местная полиция.

— Да, похоже, — кивнул Алекс.

Крим, наконец, сумел настроить свой бинокль и тоже мог теперь как следует рассмотреть предмет спора командиров. Автомобиль представлял собой приплюснутую полусферу, посаженую сверху на черный резиновый бублик. Бублик слегка колыхался, и все сооружение ехало вперед. У основания кабины можно было разглядеть угловатый выступ с включенными, несмотря на дневное время, круглыми фарами по краям, чуть сбоку красовалась эмблема в виде треугольного щита и длинного стилизованного кинжала, увенчанная короткой надписью на незнакомом Криму языке. Каких-то окон, дверей или колес заметно не было, как, впрочем, и вооружения.

— Так и есть, планетарная полиция, — проговорил между тем Олаф.

— Как ты определил? — спросил Вацек.

— Там написано. Вон, сбоку. Язык похож на системный альтаирский.

— Притащились разобраться, что тут у них творится, — пробормотал лейтенант. — Не могли подождать пару часиков, подготовиться как следует…

— Все лучше, чем штурмовая авиация, — заметил Меда.

— Да ну тебя, накличешь еще.

— Что будем делать? — спросил Вацек.

— Пока ничего, — решил Мустер. — Посмотрим лучше, что предпримут они. Нам главное время выиграть.

— Мне почему-то кажется, что на площадку они не сунутся, — предположил Олаф.

— Посмотрим, посмотрим.

Меда оказался прав. Не доезжая до стройки метров двести, автомобиль остановился, не двигался с минуту, а затем, не разворачиваясь, тронулся в объезд. Земляне провожали его напряженными взглядами.

— У них там наверняка связь есть, — пробормотал Вацек. — Может, поджарим его, пока не поздно?

— Ты что, хочешь, чтобы через пятнадцать минут сюда слетелась вся гростианская полиция? — бросил Меда. — Алекс прав: не надо резких движений. Пусть себе поездят, посмотрят. Катера увидят, бластеры наши, строителей пленных. Время работает на нас.

— Ну, как знаете.

Тем временем вездеход описал вокруг площадки полный круг и вновь замер на том же месте, где останавливался до этого. Немного постоял, словно раздумывая, затем дернулся и поехал уже не к станции, а назад, к горизонту.

— Уходят. — выдохнул Олаф. — Похоже, поняли, с кем имеют дело.