Лилия для Шмеля - Алиса Ганова

— Все объяснения лишние, — ни к чему они мне. Да и герцог потом за вывернутую передо мной душу будет стыдиться и ненавидеть меня. — Возьму сумочку и домой. Провожать не надо. Вейре может проснуться и расстроиться, если вас не окажется рядом.

— Я благодарен вам.

— В сущности, не за что. Всего хорошего, — без лишних слов я свернула в правое крыло и прошла к бирюзовой гостиной, где меня временно разместили.

Взяв сумочку, оглядела комнату. Ничего не забыла. Развернулась и, выдохнув с облегчением, вышла в коридор.

«Фух, хорошо, что все закончилось!» — радовалась, подходя к парадной лестнице. Однако неожиданно наткнулась на Вильдию, выплывшую из левого крыла дома.

Пытаясь избежать любого общения, я ускорила шаг, но злобное шипение Вильдии настигло меня:

— Довольна, тварь?!

Не желая, чтобы мой уход походил на бегство, я остановиться, обернулась и увидела перекошенное злобой лицо красотки.

— Не понимаю, о чем вы, — ответила как можно выдержаннее. Но Вильдия уже разошлась и не собиралась отпускать меня, не вылив на голову ушат помоев.

— Не прикидывайся идиоткой! Хоть из кожи вон вылези — Освальд на тебя не взглянет! Его тошнит от тебя, нищебродки!

— Если так, тогда отчего вы злитесь? — спросила я ехидно, выдерживая взгляд злых, горящих яростью черных глаз.

— Ты уродина!

— Допустим, не красавица, — холодно парировала я. — Однако тогда тем более не понимаю вашей бессильной злобы…

В ответ Вильдия зашипела гадюкой. Видимо, слова закончились, поэтому она перешла к действиям. Замахнулась…

Однако я не из тех, кто позволит себя бить. Понадобилось доля секунд, чтобы вскинуть руку и загородить лицо от удара. Отпора Вильдия не ожидала и попыталась тогда ударить меня левой рукой, но я, пытаясь увернуться, дернулась — в итоге Вильдия промахнулась снова и, потеряв опору, завалилась на бок и стала падать…

Я как будто в замедленном темпе видела, как она падает и проезжает на боку несколько ступеней…

— А-а! — раздался истошный крик, разлетевшийся по всему просторному холлу.

— Графиня! Графиня! — тут из щелей вынырнули слуги Веспверка и засуетились вокруг нее.

Мне стало обидно до слез. Когда меня пытались ударить — особняк будто вымер, а стоило дряни упасть — выбежали и теперь услужливо гомонят.

Вильдия тем временем продолжала так голосить, будто разом сломала руки-ноги и пару ребер. Жаль, что язык себе не откусила, потому что я услышала ее наглую ложь:

— Она меня толкнула! Толкнула! Ай-ай! Как же больно!

Ото лжи я растерялась и даже потеряла дар речи. Однако кто-то осторожно взял меня под локоть.

— Пойдемте, Ваша Милость! — потянул Морт. Его спокойный голос помог мне взять себя в руки и не расплакаться.

Он любезно проводил меня обратно к бирюзовой гостиной, принес успокоительный, горьковатый настой, который я цедила по глотку и предупредил:

— Герцог находится с сыном и пока не может переговорить с вами. Он навестит вас чуть позже.

Я обреченно кивнула, и Морт доброжелательно успокоил:

— Не стоит так переживать.

Взведенная до предела, я не сразу услышала щелчок замка. Повернулась и встретилась взглядом с уставшим Веспверком, входившим в гостиную.

— Сожалею, что все так произошло, — устало извинился он. — Я графиню не приглашал. — Он пытался говорить спокойно, не оправдываясь, но выходило именно так.

Веспверк прошел в середину комнаты, где стоял еще один стул, однако садиться не стал. Сомкнув за спиной руки, повернулся к окну, встав ко мне спиной.

— Слуги видели, что произошло, и… Я бы хотел компенсировать вам неприятные издержки, — он наконец-то соизволил повернуться. — Это моя вина. Простите.

— Я бы хотела скорее покинуть особняк, — это правда единственное, чего я сейчас желала.

— Карета готова.

В молчании угрюмый хозяин усадьбы проводил меня до крыльца. Подал руку, помогая забраться в карету, и на прощание добавил:

— Подумайте о компенсации. Цена не имеет значения. Легкой дороги.

Дверь кареты захлопнулась, четверка тронулась, а я откинулась на удобную мягкую спинку сидения.

Как же я устала.

Когда карета подъехала к особняку графини, Ильнора лично встречала меня у крыльца, что достаточно странно. Но ее первые же слова доказали: она каким-то образом уже в курсе о произошедшем в усадьбе.

— Ох, Корфина! Какая подлость! Вот уж не ожидала от Вильдии такой низости!

— Я устала, — бросила на ходу, не желая разговаривать, и сразу ускользнула в свою комнату.

Проснулась поздним вечером от неожиданного цветочного аромата, наполняющего комнату. Спросонья села на постели и, к своему удивлению, рассмотрела в сумраке очертания большого пышного букета.

Зажгла настольную лампу и увидела изысканный букет из неизвестных мне цветов. Пока любовалась ими, заметила прикрепленную к ручке корзины записку.

«От О. Веспверка».

Сердце пропустило удар, а потом я вскочила, чтобы схватить цветы, открыть створку окна и вышвырнуть их на улицу. Лучше бы Веспверк колючими розгами одну лицемерку выпорол в качестве назидания!

Уже была напротив окна, как дверь приоткрылась, и в комнату вошла Мигрит.

— Ваша Милость, я увидела свет. Изволите поужинать? Графиня ждет вас.

— Унеси цветы! — потребовала я, вместо ответа. Бросила корзину на пол и вернулась к кровати.

— Но как же?! — не поверила служанка, недоуменно поглядывая то на меня, то на цветочное чудо. — Почему? Вам не по душе букет?

— Не люблю цветы! — солгала я, злясь, что прислуга сует нос не в свое дело.

Мигрит вздохнула и нехотя подхватила корзину.

— Можешь забрать себе.

— Ой! Благодарю, Ваша Милость! — обрадовалась она и торопливо вынесла букет из комнаты. Потом вернулась, чтобы помочь мне собраться на поздний ужин.

Сегодня кухарка постаралась на славу. Сладкий пирог и слойки изумительные. Я ела их с большим удовольствием. К тому же Ильнора не спешила доставать меня расспросами, но вижу по ее глазам, разговора о случившемся не миновать.

— Вам не понравился букет? — издалека начала беседу моя попечительница, когда я насытилась.

— Красивый. Но мне грустно наблюдать, как увядают цветы. Это напоминает о скоротечности жизни.

— Причина только в этом? — Ильнора уже привыкла к моим философским измышлениям, однако мне снова удалось удивить попечительницу. То-то она вскинула брови и внимательно изучала меня.

— Передайте герцогу — не надо всего этого. К Вейре я по-прежнему отношусь хорошо. Но впредь прошу избавить меня от общества его невесты.