Золотой воин - Алекс Орлов

– Малой, пинеси мне воды…

Питер принес полную плошку, и Бриан снова опустошил ее.

– Только не говори мне, что ты не видел никаких фигур, Малой.

– Я ничего не видел, Бриан…

– И ты с ними не разговаривал?

Голос Бриана сорвался, и он всхлипнул.

– Увы, дружище, я ни с кем не разговаривал. Просто шел в погреб, а тут ты начал орать.

– Ну все… – Бриан всхлипнул громче. – Значит, я погиб и меня скормят свиньям.

Под сенью остывающих древесных крон, в двадцати милях к юго-востоку от оркского поселения Вендор, Карцепос и Харар остановились на отдых. Место было дикое, уже опустошенное туранскими племенами, но еще не заселенное орками.

– Смотрите, – произнес Харар, выдергивая из ствола дерева старую стрелу.

– Что же здесь удивительного? – спросил Карцепос, устраиваясь на большом валуне и с облегчением вытягивая ноги.

– Людей уже нет, их селения разрушены, а стрела – вот она, символ… чего-то там.

– Чем без толку болтать, лучше сразу спроси, что тебя интересует, – сказал Вендор, видя, что Харар снова ищет повод, чтобы поговорить.

– Благодарю, мессир, за ваше внимание ко мне.

Харар отбросил ненужную стрелу и сел на глиняную кочку напротив Вендора.

– Зачем было терзать несчастного узника этими вопросами? Мне кажется, мы только смутили его, но ведь вы не этого добивались, правильно?

– Мальчишка получил крепкую встряску, этот орк едва не убил его.

– И что?

– В момент испытания сознание человека раздваивается, ему становится трудно скрыть то, что в другом состоянии он делает без труда.

– Мессир, вы не заставите меня поверить, будто какой-то мальчишка, за которым мы по каким-то причинам приглядываем столько месяцев, может скрыть от вас хоть какую-то малость.

– Харар, ну сколько можно задавать одни и те же вопросы?

Вендор поднялся и направился в глубь рощи, оставив любознательного последователя наедине с Карцепосом.

– Ответьте вы, мессир Карцепос.

– Изволь, Харар, – пожал плечами Карцепос, запахиваясь в длиннополую хламиду. – Вендор ведь сказал тебе, что сознание человека раздваивается, поэтому мы пытались воспользоваться этой слабостью, чтобы выведать у мальчишки то, о чем он, возможно, даже не догадывается. В каждом существе спрятано множество бессознательных тайн.

– И даже внутри мага?

– Разумеется, в противном случае маги являлись бы существами совершенными, лишенными желаний и мотиваций к действиям. Но вернемся к нашему мальчишке: Вендор полагает, что в мальчишке есть что-то такое, что можем быть нам полезно. Какое-то новое знание, значимая весть, назидательное откровение.

– Но это еще не все, – продолжил Вендор, возникая, как всегда, из ниоткуда. – Не нужно забывать о нашем неприятеле – Гильгуме. Он обязательно узнает о нашем визите, мы все сделали для того, чтобы он узнал.

– Постойте, мессир, дальше я попытаюсь сам… Э-э, поскольку Гильгум уже связан с мальчишкой нитью сомнения, наш визит это сомнение только усилит и заставит Гильгума без толку терять еще больше силы, поскольку сомнение для мага страшнее незнания. Правильно?

– Браво, Харар, – произнес Карцепос. – Ты хорошо заучил урок.

– Может, теперь ты станешь не так часто изводить меня своими вопросами, – добавил Вендор.