Сердце Мириаля - Мэгги Фьюри

Сколль помолчал, борясь с искушением.

— Что ты за это хочешь? — наконец спросил он. Барсиль ухмыльнулся:

— А, так-то лучше! Наконец-то ты научился соображать! Он наклонился ниже к Сколлю.

— Послушай, я же знаю, что ты всего лишь ученик и что у тебя нет ни гроша. Я просто хочу попросить тебя об одной услуге — просто так, по доброте душевной. Мне нужен новый меч, но у кузнеца полно работы, и даже если я ее упрошу, руки у нее до моего заказа дойдут через полгода. Ты наверняка знаешь, где она хранит свой список заказов. Найди его, впиши мое имя первым — и я дам тебе отличный жилет просто так, за здорово живешь. Ну, что скажешь?

Ученик заколебался.

— Агелла очень строго следит за очередью на заказы. Она говорит, что ее репутация зависит, во-первых, от качества работы, а во-вторых, от честного обращения с заказчиками. Мол, первый заказал — первый получил, если только ты не лорд Блейд или иерарх. Если она поймает меня на горячем — выставит пинком под зад.

— Да ладно тебе, — настаивал Барсиль, — справишься. Ты же у нас такой смышленый парнишка! Сделай все как надо, и Агелла в жизни ничего не пронюхает. А ты… — он выразительно покачал жилетом перед самым носом мальчишки, — ты станешь гордым владельцем этого превосходного жилета. — Он подмигнул Сколлю. — Как думаешь, девицам такая обновка понравится? Например, той хорошенькой ученице пивовара, на которую ты все время пялишься?

— Согласен, — поспешно сказал Сколль. — А что, если я впишу твое имя вторым в списке? Тогда Агелла наверняка не заметит неладное.

— Идет! — Барсиль хлопнул ученика по плечу и вручил ему жилет. — Только помни: я жду, что ты выполнишь свою часть нашей сделки. Не заставляй меня долго ждать.

— Не беспокойся, все сделаю, да поскорее.

И ученик опрометью помчался прочь. Как раз вовремя — ему пришлось посторониться, чтобы пропустить повозку, которая уже въезжала, оглушительно грохоча колесами, в огромные сводчатые врата Цитадели.

Барсиль покачал головой. Неужели он и сам когда-то был так молод и наивен? Да нет, вряд ли. И уж точно никогда он не был таким дураком.

— Помоги мне, пожалуйста… Меня сейчас стошнит!

Именно это пыталась сказать Вельдан, но далось ей это с трудом. Шатаясь, Вельдан шагнула с крыльца, упала со всего размаху на четвереньки — и ее действительно стошнило прямо в грязь. Голова у нее шла кругом, мысли спутались, недавние события казались смутными обрывками воспоминаний. Нагота ее была прикрыта лишь тонким одеялом, и оттого Вельдан тряслась от холода. Все ее тело терзала боль, голова раскалывалась так, точно вот-вот лопнет, а приступы рвоты отзывались в ребрах слепящими вспышками нестерпимой боли.

В этот отвратительный миг единственным, что радовало Вельдан, был Каз, который опрометью ринулся к ней, расплескивая во все стороны жидкую грязь и восторженно вопя: «Вельдан, Вельдан, ты проснулась, ты жива/». За его могучей спиной чародейка мельком увидела ветхий амбар и незнакомую женщину — та сидела прямо на земле, явно сбитая с ног стремительным рывком дракена.

Каз лихо затормозил между незнакомкой и Вельдан, плакавшей от радости, подставил шею, чтобы чародейка могла обвить ее руками, и одним движением легко поднял ее на ноги.

— Каз, ох, Каз, я уж думала, что никогда тебя не увижу! — твердила Вельдан, утыкаясь лицом в его гибкую сильную шею. Эта мысленная речь, пусть даже произнесенная почти шепотом, отозвалась в ее голове новым приступом боли, перед глазами заплясали яркие пятна. Снова накатила волна тошноты, но, по счастью, рвоты не последовало.

Повернув голову, Каз поглядел на напарницу:

— Проклятие, лапушка моя, ну и вид у тебя — краше в гроб кладут. Не вздумай больше так меня пугать! Я уж решил, что на сей раз ты точно не вывернешься.

— Я была уверена, что мы оба не вывернемся, — призналась Вельдан, содрогаясь при одном воспоминании о недавних событиях. И вдруг замерла, все так же крепко обвив руками шею дракена. — Каз! Провидец! Что случилось с Этаном?

— Прости, Хозяйка. — В мысленном голосе Каза отчетливо прозвучали горечь и сокрушение. — Я бы мог побиться об заклад, что, когда я уходил, он был уже мертв, а если и нет — то сейчас уже умер. Ты пролежала под завалом почти весь день. Я не мог спасти Этона, но мог помочь тебе, так что мне пришлось бросить его на произвол судьбы: У меня просто не было выбора.

Вельдан с трудом сглотнула.

— Значит, мы опять потерпели поражение, — прошептала она.

— Не смей!' — яростно воскликнул Каз. — Даже Кергорн не сумел бы предотвратить оползень! Я…

— Слушай, девочка, должно быть, там, откуда ты родом, умеют закаливать детишек. И все-таки лучше надень на себя что-нибудь, не то, чего доброго, простудишься и таки помрешь.

Голос у незнакомой женщины оказался низкий и грубый, точно медвежий рык.

Вельдан стремительно обернулась — так стремительно, что голову и ребра пронзила новая вспышка боли. Только сейчас она осознала, что одеяло с нее свалилось и она стоит, совершенно голая, под проливным дождем. Вельдан поглядела на незнакомку — перед ней была коренастая, среднего роста пожилая женщина с умными блекло-голубыми глазами и прямыми седыми волосами, остриженными так же коротко, как у самой Вельдан. Морщины на ее лице, точно письмена, запечатлели все радости и горести долгой и бурной жизни. На ней было надето сразу несколько рубашек и жилетов, прочные штаны и распахнутая на груди, изрядно потертая куртка из вывороченной овечьей шкуры. Сейчас женщина была занята тем, что безуспешно пыталась отряхнуться от грязи, в которую свалил ее бурный порыв Каза.

Вельдан потянулась было за упавшим одеялом — и в глазах у нее потемнело от боли, к горлу снова подкатила тошнота. Девушка одной рукой ухватилась за шею Каза, судорожно сглотнула застрявший в горле комок. Кровь тяжело и жарко стучала в ее висках.

— Я ничего не вижу, — прошептала она.

— Дай-ка я тебе помогу. — В грубом голосе пожилой женщины была неподдельная доброта. Вельдан ощутила, как ее руку бережно, но властно снимают с шеи дракена, как надевают на нее ветхую, но мягкую изнутри куртку. Чародейка слабо затрепыхалась, ощупью пытаясь отыскать Каза, который, как ни странно, ничуть не возражал против такого фамильярного с ней обращения.

— Она хорошая, Хозяйка, — убедительно заверил мысленный голос дракена. — Она вчера дала мне целую свинью.

Взяв Вельдан за руку, пожилая женщина бережно усадила ее на ступеньку крыльца.

— А теперь слушай меня, — строго сказала она. — Я понимаю, что ты не хочешь разлучаться со своим другом, но дурить ты брось, ясно? Погляди только на себя — ведь ты же выглядишь не лучше кучи перегретого дерьма!

Именно такое сравнение мог бы сделать Каз, и отчего-то грубоватая речь незнакомый женщины показалась Вельдан необыкновенно ободряющей. Рядом с ней послышался короткий смешок дракена.