Сердце Мириаля - Мэгги Фьюри

Кергорн поднялся до рассвета — как поднимался каждое утро с тех пор, как Шри покинула Гендиваль. Восходящее солнце еще едва позолотило росу на траве вокруг подножия Приливной башни, а он уже мерил шагами узкую полосу дерна между башней и озером и изнывал от беспокойства. Что творится у чародеев в Каллисиоре? Почему Шри молчит? Что с ней случилось? Воображение услужливо живописало архимагу картины — одну ужасней другой.

Он был в дальнем конце протоптанной в дерне тропы, на берегу Верхнего озера, когда услышал зов с Приливной башни и галопом бросился назад. Вельдан! Ее мысленный голос, усиленный Слушателями, звучал уверенней и четче прежнего, хотя когда она вкратце изложила недавние события, Кергорн подивился такой уверенности. Его-то сердце при каждом ее слове уходило в копыта. Дракон мертв! Его разум — разум Этона-провидца, в чьей премудрости так отчаянно нуждался Тайный Совет, — заключен в теле перепуганного до полусмерти дикаря! Как явился перед всем Тиарондом, в Священных Пределах резня, за чародеями гонятся Мечи Божьи! Архимаг закрыл лицо руками и застонал, но худшее ожидало его впереди. Весть об исчезновении Шри пронзила его сердце точно острый кинжал.

Собравшись с духом, Кергорн отрешился от боли и ужаса — сейчас он не может себе позволить этой слабости.

— Возвращайся, — велел он Вельдан. — И передай Элиону — пусть тоже возвращается. Поскорей улизните от гвардейцев — и домой. Когда доберетесь до Гендиваля, мы придумаем, как быть дальше.

— Ладно, — отозвалась Вельдан. — Я скоро буду — и, кстати, не одна. Я нашла тебе нового чародея.

— Что?!

— Не волнуйся, — торопливо продолжала она, — мы здесь долго не задержимся. Только нам сначала нужно спасти коня.

— Коня?! — Кергорн не верил собственным ушам. — Что это ты затеяла, девчонка? Возвращайся немедленно! Вельдан! Вельда-ан!

Тишина. Архимаг воровато оглянулся, уверился, что его никто не видит, и, выругавшись, от души лягнул подножие башни.