Влада. Перекресток смерти - Саша Готти

– Вот этот набор чашек, пожалуйста.

Влада отсчитала деньги, глядя, как продавщица упаковывает две черные фарфоровые чашечки в папиросную бумагу, а затем в картонную коробку.

– Пакет большой пробивать? – скользнула по ней равнодушным взглядом женщина на кассе.

– Да, спасибо.

Влада аккуратно укладывала покупку в полиэтиленовый мешок с эмблемой Гостинки. Какое кошмарное пижонство – покупать посуду в Гостином дворе за бешеные деньги! Да еще в отделе фарфора, на втором этаже, где громоздятся на витринах роскошные сервизы тончайшей работы.

Дед бы не понял такого расточительства. Когда он покупал посуду, то всегда шел за ней в ближайший хозяйственный магазин и выбирал что-нибудь подешевле. Но сейчас все иначе, ведь покупки делаются для повелителя нечисти. Поэтому две изумительные кофейные чашечки, крохотные, словно на пару глотков, стоили целое состояние. В представлении Влады, конечно. Забавно, что впервые в истории она покупала подарки для Гильса, причем на свои деньги.

Вообще этот декабрьский вечер был на удивление спокойным после вчерашнего ужасного дня. Новостей в тайном мире с утра не было никаких, будто после совета нечисти все притихло и замерло, как перед бурей.

От квартиры кикиморы Влада доехала до Гостиного двора и бродила по его бесконечным отделам до сумерек в безуспешных попытках уговорить себя никуда не ехать. Сумерки пришли, тоже спокойные и прозрачно-синие, и сейчас в огромных окнах Гостиного двора были видны Перинные ряды, где только что зажглись уличные фонари.

Влада, пройдя по галерее магазинов, присела на широкий подоконник напротив отдела одежды, закусила губу, нервно сжимая в руках пакет. Мельком бросив взгляд на свое отражение в витрине, показалась себе фурией: волосы растрепаны, обида на лице, поджатые губы.

Все почти так же, как после сорванного бала: понятно же, что нельзя двигаться в направлении Гильса Муранова. А вот ноги несут туда сами, не подчиняясь никаким доводам.

Не ехать! Важный разговор сорвался по вине Мары, и теперь попытка отыскать Темнейшего будет выглядеть как приступ ревности, мерзкая сцена с приездом прямо к нему домой.

Хорошо хотя бы то, что от совсем уж отчаянного порыва все-таки удержалась. Со вчерашнего скандала и оборванного разговора прошло какое-то время: вечер, ночь и утро. Удалось даже немного выспаться, выслушать утренние причитания Мары, остервенело побороться с посудой, грязь на которой уже превратилась в окаменелости.

«Я еду к нему поговорить, – Влада отчаянно пыталась искать себе оправдания. – Без других целей, просто я не знаю, где еще найти Темнейшего. Мы же расстались, я сама его бросила, обратной дороги нет. А набор чашек – прекрасный подарок для двоих… Вот что я несу?!»

Представив, как открывается дверь и на пороге стоит Гильс и та, другая девушка, Влада вдруг испугалась, что не удержится и убьет ее сразу, заберет у соперницы жизнь. Этого нельзя допустить, даже мысли об этом! Наоборот, нужно показать свое дружелюбие. Мазохизм высшей степени – ехать в квартиру, где сейчас живет чужое счастье, и не умереть на пороге, увидев там Гильса и ту, которая теперь рядом с ним.

«Пусть мое появление расценивает как угодно, – Влада, повторяя про себя подробный адрес, даже с номером квартиры, старалась не давить на газ и не мчаться в своем «паучатнике» на юго-запад города во весь опор. – Насчет своих выводов я не отстану, пусть скажет правду. Мы все выясним, пусть даже там, где он меня не ждет».

Вот и улица Рихарда Зорге, вот и тот самый дом, который уходит в глубину просторного двора. Надо же, это обычная панельная девятиэтажка, даже не новостройка! Если здесь обитали придворные лакеи Мурановых, то наверняка младшие и самые непритязательные.

В сумерках этот самый обычный дом вдруг показался прекрасным замком, сияющим желтыми уютными квадратами окон. Волшебный замок принца и принцессы… И злая Баба-яга, которая сейчас крадется к ним со своими лживыми подарками.

Впрочем, волшебство развеивалось вполне прозаичными запахами мусоропровода и видом ободранного подъезда. Порога, к счастью, на парадной не было, а домофон оказался сломан. Обычный полутемный подъезд с затхлым воздухом и разломанными почтовыми ящиками. Интересно, кто-то из живущих здесь людей догадывается, что с ними в одном доме коротает ночи повелитель нечисти?

Поднимаясь по лестнице и разглядывая номера квартир, Влада нашла ту самую только на восьмом этаже.

Долго стоять и терзаться сомнениями нельзя: вампир из-за закрытой двери почует ее приход, сосчитает удары сердца и сразу поймет, как трудно ей сейчас даются эти секунды.

Нажав на звонок, Влада шуршала пакетом с покупками и демонстративно держала перед глазком на вытянутой руке пару черных кроссовок. Держала так, чтобы было не видно вспыхнувшего лица.

Из-за дверей слышались голоса, смех – либо работал на полную катушку телевизор, либо в квартире было полно народа.

Дверь открыла девушка в пестром халате, и Влада впилась в нее взглядом, рассматривая с ног до головы.

Такого же роста. Волосы темно-каштановые, длинные. Нос чуточку вздернут, подбородок аккуратный, серые глаза и темные брови вразлет. Поначалу даже показалось, что Влада оказалась перед зеркалом, настолько они были похожи. Но это не фантом, а настоящий человек, что Влада про себя отметила с досадой, стараясь подавить волну ревности.

– Привет, я к Гильсу Муранову, – хмуро выпалила она. – Мне нужно ему кроссовки вернуть. Знаешь, кроссовки он оставил, а сам босиком уехал. Я и подумала… Помешала? – добавила она к концу всей этой несуразной тирады.

– А-а… – девица подняла брови, что-то соображая. – А, ну да. Я вижу, у тебя значок Носферона. А как тебя зовут?

– Влада Огнева.

Реакцией на это имя был озадаченный вздох и частое моргание ресницами. Воображение мгновенно нарисовало сцену: один убийственный взгляд, и соперница корчится на кафеле в прихожей, уничтоженная самой страшной вампиршей тайного мира. Кикиморы бьются в овациях…