Месть колдуна - Юрий Иванович

Словно в подтверждение его догадок, над речной гладью разнёсся ужасающий визг смертельно раненого животного.

– Колаб! – тут же сообразил Бадуш и даже вздрогнул от изумления. – Неужели эта тварь поджаривается?

– А куда он денется? – хохотнул в ответ Невменяемый. – Летать ведь не умеет! И если там все мушки загорелись… Ха! То караванщикам никто не позавидует.

И с самым непринуждённым видом уселся на кормовую банку к рулю. Добавляя:

– Ветерок вроде попутный. Может, парус поставим?

И столько торжества и удовлетворённости было в голосе парня, что Бадуш так и замер стоя, придерживаясь одной рукой за мачту. Лишь переводил иногда взгляд, то на вздымающиеся в удаляющемся порту языки пламени, то на своего молодого коллегу. Лишь когда Красногор окончательно скрылся за излучиной реки, быстро поставил парус, а затем уселся на среднюю банку. Положив при этом руку на голову спящего мальчика. То ли поглаживая ребёнка, то ли проверяя глубину его сна. Заодно ставя вокруг них полог неслышимости. И лишь затем, с ощутимым восхищением в голосе, спросил:

– Опытом поделишься?

– Конечно! – с готовностью согласился парень. – Только каким именно?

– Для начала: как тебе удалось бесшумно выбраться из номера? Усыпил меня?

– Нет. И пробовать бы не стал. Просто ушёл ещё до твоего возвращения из трактира.

– А кто лежал на твоей кровати?

– Родерик. Я лишь нацепил на него свою сущность.

Бадуш лишь крякнул от досады, вспомнив, что по кровати мальчика он просто скользнул взглядом. И проворчал:

– Да, старею. Ну а пожар как устроил?

– Обычными зажигательными шариками. Только невидимыми. Есть такой уникум, который их умеет закрывать особым сгустком плотного тумана. Вернее, таких уникума теперь два. Больше ни у кого не получается. Он же научил меня продлевать срок консервации шарика до трёх часов. Когда мы садились в лодку, я и послал приказ-импульс о воспламенении.

– Но как ты шарики в мушки умудрился затолкать? Там ведь каждый тюк в двойной слой асбеста обёрнут.

– На грубых швах полно мелких отверстий. И в каждый тюк я успел натолкать по десять сюрпризов.

– Впечатляет. Теперь понятно, почему всё загорелось одновременно. Но…

Кремон благосклонно и картинно кивнул:

– Конечно, делать невидимыми шарики я постараюсь и тебя научить.

– Да я не об этом, – фыркнул возмущённо Бадуш. – Ты лучше скажи: почему меня не взял? Хотя бы предупредил.

– А ты бы согласился? По крайней мере, сразу? Вот именно! А времени было очень мало. И так еле успел. Да и вдвоём только бы привлекли нежелательное внимание к себе. А сам я и следов никаких не оставил.

Резидент одобрительно крутанул головой:

– Кроме пепелища! – затем тяжело вздохнул и признался: – Рад, что у тебя так всё здорово получилось. Давно эту мерзость приструнить мечтал. Но силёнок и умения не хватало. А уж какое отребье они вокруг себя собрали! Туда им и дорога. Наука другим будет. Теперь бы ещё их подельников проучить таким же образом.

– Каких подельников? Вроде один караван был.

– Если бы. Пока один к Альтурским горам спешит, второй в Строне товар с кораблей принимает и тоже в путь отправляется. Так и стараются наперегонки.

– Вот как… Значит, скоро они мимо столицы проходить будут?

Бадуш приоткрыл рот после вопроса. Но соображал он отменно. Потому как тут же довольно улыбнулся:

– О! Если бы ещё и этих ловкачей ожидала такая же «горячая» встреча!

Кремон многозначительно добавил:

– Да и кое-кому на востоке будет больше причин дома сидеть. И не летать по соседним государствам.

Некоторое время плыли молча. И молодой колдун с гордостью подумал, что час назад он отомстил своим кровным врагам. Пусть косвенно, но так отомстил, что драконы потеряют значительную часть своей боевой мощи. А если удастся ещё и второй караван уничтожить! Это будет посущественней, чем борьба с воздушными пиратами на границе.

Всё-таки хорошо быть Эль-Митоланом и восстанавливать справедливость. Да и дяде Кралси особое спасибо за своевременное направление на путь истинный.

Когда рассвело окончательно, Бадуш категорически настоял на том, чтобы Кремон выспался и быстрей восстановил потраченную за ночь магическую силу. Услышав их разговор, окончательно проснулся и Родерик. И тут же с восторгом предложил побыть вперёдсмотрящим. Резидент его привязал к передней скамье за ногу крепкой верёвкой, поясняя при этом:

– Места здесь неспокойные. Дорогу на правом берегу охраняют конные военизированные разъезды, но гарантии безопасности это не даёт. По левому берегу тысячи мелких заводей и оттуда порой выскакивает местная пародия на пиратов. Сброд и отребье, но на одиночные судёнышки вроде нашего, любят нападать.

Уже удобно разлёгшийся Кремон приподнял голову над бортом и осмотрел заросший буйной растительностью левый берег:

– А если их огоньком?

– Почти всегда хватает простой демонстрации силы. Сразу гребут обратно так, что вёсла ломают. Потому как все они – обычные разбойники. А вот случаев с участием Эль-Митоланов я не припоминаю. Так что спи спокойно.

– Значит, не будешь прикрывать свою магическую сущность?

– Да нет, прикрою. Не тяжкий труд. А ты, Родерик, завтракать будешь?

Мальчик постарался выглядеть солидно, хоть глаза у него так и заблестели, а язык быстро облизнул враз увлажнившиеся губы:

– Если честно, то я не сильно голоден.

– Ага, значит не сильно? – Бадуш в деланном раздумье наморщил лоб. – Ну что ж, тогда дадим тебе маленький бутерброд.

Глаза у Родерика сразу потухли, а уголки губ опустились вниз от разочарования. Надо же было так переусердствовать в скромности! Но когда он увидел передаваемый ему завтрак, то даже обрадовался, что ему так «мало» досталось. Полбуханки хлеба, чуть ли не килограмм полукопченых сосисок, луковица, два помидора и два огурца.

Под хруст этих огурцов Кремон и заснул. А проснулся лишь оттого, что светило, вставшее у самого зенита, так припекло, что рубашка промокла насквозь от пота. Пришлось тут же раздеваться и ополаскиваться речной водой. За этим занятием его и застал встревоженный голос Бадуша:

– Кажется, мы кого-то сильно заинтересовали.

Чуть ниже по течению из зарослей левого берега стремительно вынеслась изящная шхуна. По всей длине видимого борта которой чередовались резвящиеся русалки и дракончики. Парус у неё не был поставлен, но двенадцать длинных вёсел давали ей любое нужное ускорение. А намерения экипажа просматривались совершенно явно: шхуна шла наперерез.

– Быстренько просмотри, что у них в трюме! – скомандовал резидент, одновременно поворачивая их судёнышко вправо. Таким образом, они сразу же сошли со стремнины и резко сбросили скорость. Тогда как шхуне наоборот ещё придётся преодолевать течение в самом центре реки. Это, конечно задержит встречу минуты на три, не больше, но и этого было достаточно, что бы прощупать соперника и окончательно выяснить его намерения.