Последний герой Исекай db.1 - Юрий Барка

Впервые с прибытия я почувствовал себя единым целым.

Впервые за всю жизнь я понял, что нахожусь на своём месте.

Солнце показалось из-за горизонта. Я покрепче обнял Айрин, быстро поцеловал её в щёку, выскользнул из объятий и сиганул к выходу.

— Кто последний, тот пассажир! — Выкрикнул я за спину и побежал ещё быстрей, пока кошка не очухалась.

Пора домой.

Интерлюдия 6

Охота

Две девочки, лет десяти на вид, вооруженные копьями, шли по узкой лесной тропинке.

— Айрин, мама запретила тебе охотиться в этом направлении. — Немного отстранённо произнесла маленькая Гейл.

— Глупости, она запретила ходить сюда в одиночку. — Беловласка улыбнулась. — Она относится ко мне как ребенку! Найдём местную живность, вернёмся домой с трофеями. Ей придётся признать, что мы уже взрослые.

В ответ Гейл вздохнула.

— Ну что⁉ — Идущая впереди Айрин развернулась.

— Ты всё равно меня не послушаешь. — Тихо произнесла Гейл.

Айрин вернула вздох.

Девочки продолжили путь.

Чудовищное ощущение присутствия мгновенно заполнило чащу, за ним последовал треск молодых деревьев, ломаемых огромным телом, прорывающимся сквозь лесную чащу. Девочки напряженно замерли, направив копья в сторону приближающихся звуков.

На тропинку вывалился впечатляющих размеров медвесыч. Не так, Медвесыч. А ещё лучше: МЕДВЕСЫЧ! Лесной хозяин возвышался над девочками подобно скале, разглядывая притихших пигалиц.

Айрин, собрав храбрость в кулак, рванула вперёд, выставив копьё. Когда до медвесыча осталась пара метров, тот взревел жутковатым низкочастотным гулом, и тельце маленькой кошки сложилось на месте.

Когда зверь потянулся к телу Айрин, инстинкт защиты хозяина пересилил ступор, охвативший Гейл, и она рванулась в бой.

Параллельно с тем, что представлялось маленькой химере битвой за жизнь, между медведицей и притаившейся в кронах деревьев кэйт разворачивался дружеский телепатический диалог.

— Какие у тебя резвые щенята, Рори.

— Даже чересчур, я предполагала, что у меня еще есть года полтора перед началом подросткового бунта…

— Чужие дети растут так быстро…

— А твои мохнатики как?

— До первых проблесков разума ещё лет пятнадцать ждать. — Передала ментальное подобие грустного вздоха медвесычица. — Что с твоей малышнёй надо сделать?

— Погоняй Гейл, пока Айрин не начнет приходить в себя, потом переключись на неё. Когда Гейл попытается пожертвовать собой, чтобы её защитить, сделай так, чтобы картина того, как из-за импульсивности и глупости Айрин мог погибнуть близкий человек, отпечаталась в бедовой голове. Потом появляюсь я, забираю бедокурок и бегу от тебя на турбореактивной тяге. — С оттенком улыбки передала мыслеобраз Рори.

— А-ха-ха, Рори Кон, бегущая от опасности! Никто мне не поверит, пх-пх-пх-пх!

Медведица грозно зарычала, наращивая темп боя.

В небольшой спальне, у кровати, где спала перебинтованная Гейл, Рори занималась профилактическим накручиванием хвоста дочери.

— Какой урок ты извлекла сегодня, Айрин?

— Нужно слушаться тебя. — Втянув сопли, через всхлипы выдавила девочка.

— Неправильный урок. — Наставительно ответила Рори. — Нужно думать головой. Прежде чем куда-то лезть, нужно провести разведку. Ты ведь даже не спросила, почему я запретила туда ходить. Поняла?

— Да. — Всхлип.

— Айрин. Я когда-нибудь… Я ведь не всегда буду рядом. Я знаю: тебе сложно контролировать эмоции, и ты не боишься смерти. Это наследие твоего отца… Просто помни: с тобой всегда будут близкие: отряд, стая. — Рори указала на себя, а затем на Гейл. — И чтобы их не потерять, тебе нужно приучится сначала думать. Потом действовать.

Всхлип.

— Это твоя ответственность.

Всхлип.

— Ты меня поняла?

— Да, мама. — С трудом произнесла Айрин и разрыдалась.

Рори подошла к дочери и крепко сжала в объятьях сотрясаемое рыданиями тельце.

На небольшой вытоптанной полянке недалеко от лесной хижины Рори обучала маленькую Гейл фехтованию.

— Спасибо. — Вдруг произнесла кацианка и парировала удар.

— Подобный опыт значительно повысит её шансы на выживание. Это мой долг. — Ответила Гейл после того, как уклонилась от контратаки и разорвала дистанцию. — Смысл моей жизни. В благодарности нет необходимости.

Маленькая химерка взвинтила темп и осыпала Рори градом ударов, на одном из которых была поймана и лишена оружия. Кацианка подхватила девочку в объятия.

— Все равно спасибо.

Запись 20 — Ши

Прогресс интеграции памяти 12%.

…ое утро. Мои бедные мозги. Боль была такой сильной, что я не сразу ухватился за нить крайне тревожной мысли. Память интегрируется. Каждый процент уничтожает мою личность. И личность Гейл. Получится ли нас разделить, если интеграция зайдёт достаточно далеко?

Двенадцать процентов. Сухая цифра, но что она значит для меня? Насколько вписываемый опыт изменит моё поведение?

Я стал намного хладнокровней. Я до безумия привязан к Айрин. Я… С самого появления здесь меня не посещали мысли о куреве. Это только то, что я могу уловить.

Сука!

Паника. Маленькие разноцветные лошадки панической атаки тевтонской свиньёй неслись сквозь изломанный строй моих мыслей.

Сука!

Призрак Корабля Тесея, с детства наводящий запредельный ужас на мою психику, тихо скрипя шифером, подкрался так близко, что мог лизнуть затылок в любой момент.

Сука!

Вдох.

Сука.

Выдох.

Су–у–ука.

Вдооох-выдооох.

Отбросить всё лишнее. «Кто я? Ребёнок, разменявший детство на тысячи жизней. Студент, разменявший учёбу на опыт и опыт на учебу. Архитектор, ставший дизайнером. Дизайнер, ставший преподавателем. Заклинатель. Инженер. Таклер…».

Мантра, придуманная мной во времена увлечения мистической чушью, благотворно плацебировала давшую течь крышу…

«…Я…»

Ровно до момента, когда я понял, что не могу вспомнить имени, данного мне родителями.