Попаданка для лорда - Наталья Шнейдер

Болел бок. Болела и кружилась голова. Знобило. Отчаянно хотелось пить, но для этого нужно было открыть глаза и встать, тащиться на кухню по бесконечным витым лестницам… какие лестницы, у меня в квартире нет лестниц… что ж так хреново-то, а? Хорошо, что у меня дома нет лестниц, всего-то и надо – оторвать голову от кровати, сунуть ноги в тапки и дошаркать до кухни. Единственный минус моей одинокой жизни – даже когда температура за сорок и всю ломает от гриппа, все равно приходится справляться самой. Ничего, не впервой, хотя в такие моменты очень хочется, чтобы под рукой была прислуга. Пусть не полный замок, пусть…

Замок… Замок! Я открыла глаза, уставившись в каменный потолок, почти утонувший в полумраке. Я не дома. Я в гадском средневековье, а так худо мне не из-за гриппа, а потому что на боку воспалилась царапина. Блин! Блинский блин!

Зато можно не вставать, можно позвать служанку и будет мне вода…

Что-то очень неприятно щекотнуло за ухом. Кое-как выпростав из-под одеяла руку, я потянулась почесать, и наткнулась на что-то склизское. Я попыталась отодрать это и рассмотреть, пальцы соскользнули, скользкая дрянь зашевелилась. Я сгребла это в кулак, поднесла к лицу, рассмотрев.

В окровавленных пальцах шевелился толстый черный червяк.

Я заверещала так, что оглохла сама, подлетела, наверное, метра на три над кроватью, разом оказавшись на ногах, стряхнула с ладони эту гадость. Схватилась за другое ухо, снова заверещала, обнаружив и там эту дрянь, которая никак не желала отрываться, скользила, пульсировала между пальцами.

– Кэтрин…

Мужские руки обхватили меня, прижали к большому сильному телу. Только один мужчина звал меня так, и он вернулся доделать то, что не смог вчера. Я заорала еще пуще, рванулась изо всех сил, мотнула головой, врезавшись во что-то твердое, аж искры из глаз посыпались. Он коротко ругнулся сквозь зубы, но рук не разжал.

– Кэтрин, успокойся…

– Отпусти меня, скотина!

Он вернулся с того света, чтобы утащить меня за собой. Я снова попыталась вывернуться из его рук – откуда только силы взялись, только что глаз открыть не могла. Железные объятья на миг разжались – но рано я обрадовалась, он схватил меня за руки, притиснув локти к бокам. Я в голос заорала от боли— мужчина выпустил меня мгновенно, я осела на подкосившихся ногах, попыталась отползти – свет из окна резал глаза и мужской силуэт против него казался черным.

Силуэт.

Высокий, узкобедрый, широкоплечий.

– Кэтрин, успокойся. Успокойся, пожалуйста.

Голос. Низкий голос с чуть хрипловатыми бархатными нотками.

Я, всхлипнув, обмякла. Он опустился рядом, прижал меня к себе.

– Тихо. Все хорошо. Это я.

Блин, здорово же меня заглючило. Интоксикация и температура, мозги похоже сварились вкрутую. Я вздохнула – длинно и неровно, зашедшееся было сердце потихоньку успокаивалось. Век бы так сидела – как в детстве, когда знаешь, что есть кто-то большой и сильный, кто прогонит все страхи, и все будет хорошо. Жаль, что на самом деле так не бывает.

Я отстранилась. Посмотрела в лицо мужу – вчера он так ко мне и не повернулся. На скуле расцвел фиолетовым синяк, из разбитой губы сочится кровь. Я ойкнула. Синяк-то явно не сегодняшний, а вот губа… я потерла лоб, нывший после удара.

Муж рассмеялся.

– Да уж, – он коснулся ранки, едва заметно поморщившись. – Если вчера ты отбивалась так же отчаянно, понятно, почему лорду Беннету не удалось…

Меня передернуло от вновь нахлынувшего ощущения полной беспомощности.

– Не надо об этом, милорд, – сухо произнесла я.

В его лице что-то неуловимо изменилось – словно опустилось забрало шлема.

– Прошу прощения, миледи. Я не подумал, что это воспоминание может быть для вас неприятным.

Он поднялся.

– Обопритесь на мою руку. Вы едва на ногах держитесь.

Вообще не держусь. Я вцепилась в протянутую ладонь – широкую и крепкую – и лорд вздернул меня на ноги одним движением, точно я вообще ничего не весила. Он подвел меня к кровати, медленно, точно глубокую старуху, помог сесть, сам остался стоять, так что мне пришлось смотреть на него, задрав голову.

– Спасибо, милорд. И… – я отвела взгляд, уставившись в пол, почему-то было мучительно стыдно смотреть ему в лицо. – Спасибо, что спасли меня вчера. И что поверили моим словам а не тому, что предстало перед вашими глазами.

– Не за что, миледи. Как я уже говорил, защищать вас – мой долг.

Долг, да…Только почему мне сейчас хочется заплакать от обиды? Совсем нервы ни к черту. Я заставила себя поднять взгляд.

– И все же я вам очень благодарна, милорд.

Да. Хорошее слово. Такое же отстраненное, как интонация лорда. Я ему очень благодарна. За то, что стащил с меня мерзавца Беннета. За то, что встал между мной и разъяренным королем. Благодарна. И только.

– Что до всего остального, я видел, как вы себя ведете, когда отдаетесь с радостью. – Его сухой тон настолько противоречил смыслу его слов, что я на миг решила, будто это снова глюки. – И это вовсе не походило на то, что предстало моим глазам…

Я машинально потерла синяки на запястье. Да уж…

– Но не говорить же о таких вещах королю?

Да уж, представляю себе…

– К слову, о короле, – он усмехнулся. – Не советую повторять то, что вы сделали вчера. Если бы лекарь не заключил, что у вас нервная горячка, боюсь, ни моего красноречия, ни родственных связей не хватило бы…

Я ойкнула. Я вчера в самом деле дала по морде королю? Королю?! При свидетеле?!! Блин! Блинский блин!

Видимо, на моем лице отразился самый настоящий ужас. Муж присел напротив меня, взял за руки.

– В этот раз все обойдется. Его величество понял, что вы едва ли отдавали себе отчет в том, что делаете.

– На больных не обижаются,– нервно хихикнула я.

– Именно так, – совершенно серьезно подтвердил лорд. – И все же… Я не помню наизусть уложение о наказаниях, но ничего хорошего за покушение на государя в нем не обещают.

– Мне нужно будет извиниться? Или…

– Ни в коем случае! Просто сделайте вид, что ничего не было или вы ничего не помните. К тому же, я уже извинился за вас.

– Спасибо. Простите, кажется, я причиняю вам слишком много хлопот.

Да уж, и в самом деле никакой от меня пользы, кроме вреда.

– Не за что извиняться. – Его лицо продолжало оставаться серьезным, но в глазах промелькнули искорки веселья. – Выражение лица дяди я буду помнить до конца жизни. Но больше не надо.

– Больше не буду.

Да я на километр больше к королю не подойду! Блин, свадебные гуляния длятся неделю! Сказаться больной и запереться в комнате? Впрочем, чего тут сказываться, я и так нездорова. Вон, даже королевский лекарь…