Беру тебя в долг - Екатерина Кариди

Вот как?

Так значит, то, что он заманивал ее к себе и неизвестно как собирался использовать, не считается? Об этом не стоит вспоминать? Будь она более мстительной…

Мара мрачно хмыкнула. А служанка прошептала, склонив голову:

— У моего хозяина будут очень серьезные неприятности, и я потеряю работу. А у меня семья. Пожалуйста, мадхен…

Черт бы их всех побрал. Ради всего святого!

Это было непривычно и неприятно — решать чьи-то судьбы, нести за них ответственность. И новая роль, которую ей тут приписывали, Маре совсем не нравилась. Не вязалось это с ее нынешним положением, совершенно не вязалось! Но она сказала:

— Хорошо.

* * *

Остановка в Даршантце была не случайной. Родхар планировал здесь задержаться на какое-то время. Ему надо было успокоиться. Проветрить мысли, которые были заняты девицей с серебристыми волосами, находившейся здесь, в этой гостинице.

Все это время Родхар избегал любых встреч с Марой-Элизабетой Хантц. В душе бродили обида и раздражение, все время заставляя его возвращаться к одному и тому же. Он искренне хотел избавиться от этого, и не мог. А в сознании отравленными искрами вспыхивало:

«У нее никого нет, некому заступиться»

У нее есть он, черт побери! Он. Король!

«Ее и так обидели на отборе»

Да. Родхар чувствовал укол вины, вспоминая, как она уехала, бросив там все и не взяв от него даже положенного всем участницам вознаграждения. Это заставляло его давиться горечью. И за это он готов был растерзать всех, кто вольно или невольно был причастен. В первую очередь ее мерзавца дядю и барона Малгита. А также ту продажную шушеру, которую он легкомысленно допустил на отбор. И он это сделал.

Но было еще и другое.

Его просто разъедало кислотой, стоило вспомнить, как она сказала, что выйдет за барона Малгита. И потом за этого Кнопхе. Как будто ей было все равно, за кого идти замуж!

Да, будь он проклят. Он ничего не мог предложить ей иного, кроме как быть с ним. Он предлагал ей себя! Себя, будь он проклят.

Полный сил, неутомимый мужчина, способный сутками скакать верхом и без устали махать мечом, чувствовал себя усталым. Но то, чем он сейчас был занят, мало напоминало отдых. Впрочем, иногда дела отлично помогают отвлечься и сохранить холодной голову.

Грязь с себя он смыл сразу. Приобрести новую одежду не составило труда. Он распорядился так же и насчет девицы. По его предположениям все должно было уложиться в дополнительные три часа. А к вечеру он хотел выехать в Лендрио, чтобы ночевать уже дома. К этому времени вся дурь успеет выветриться из головы. В свой замок король должен вернуться победителем.

А пока он заслушивал доклад одного из своих дознавателей.

Раздался стук в дверь, разрешения войти попросил стражник, один из тех, кого он отправил с поручением. Родхар велел впустить.

— Сир, — с поклоном доложил стражник. — Платья мадхен Хант доставлены.

Родхар кивнул и уже собирался заняться делами дальше, однако стражник не уходил.

— Что еще? — спросил король.

— Сир, — нервно выдохнул тот. — Мадхен Хантц отказалась принять. Велела вернуть все обратно.

Ему показалось, что зазвенело в ушах.

— Мадхен… ЧТО? — медленно переспросил Родхар.

Стражник повторил, стараясь глядеть в сторону. А у него в груди поднялся жаркий ком гнева. Значит, от Малгита можно было принять платья?! Ведь в прошлый раз именно старый развратник — барон оплачивал ее гардероб, так? Не потому ли она просила ему их передать? Что бы там ни пел на допросах ее дядя.

А от него нельзя?!

Повисла звенящая напряжением тишина. Стражник вытянулся, глядя строго перед собой, а дознаватель подался на стуле назад и затих, стараясь сделаться незаметным.

Казалось, гнев его задушит, однако, Родхар овладел собой.

— Передайте мадхен, что это приказ, — жестко проговорил он. — Пусть выберет любое, остальное упаковать и взять с собой. Через полчаса выезд, чтобы была готова. Я не намерен ждать!

Он не собирался выезжать сейчас, планировал сделать это ближе к вечеру. Но это само собой слетело с языка. Усталости как не бывало, От злости — ножом режь, кровь не потечет.

Стражник тут же исчез. Остался только дознаватель, Родхар взглянул на него и рыкнул:

— Свободен. Вернемся к этому позже.

Тот среагировал мгновенно, поклонился, свернул бумаги и вышел.

* * *

Пусть на короткое время, но Маре все-таки удалось остаться одной. Служанка ушла, ее больше никто не тревожил. В комнате было тихо, хотелось прилечь, но в воздухе ощущалась напряженность.

Этакое… Затишье перед бурей.

Насчет бури она не ошиблась. Прошло не больше десяти минут, и снова раздался стук, а потом дверь отворилась. Не комната, а проходной двор! Мара встала со стула, хорошо, что она не стала ложиться.

Вошел стражник и та самая служанка, а с ней еще две из обслуги гостиницы. Стражник сделал шаг вперед и отчеканил:

— Мадхен Хантц, вам велено выбрать любое из платьев. Одеться и быть готовой. Выезд через полчаса.

Развернулся и ушел.

Вот и вся правда.

— Мадхен, позвольте мне вам помочь, — пролепетала служанка. — Прошу, посмотрите эти платья. Какое вам подать?

А ее душил протест. Отвернулась к стене и сказала:

— Можешь подать любое. И побыстрее. Слышала, выезд через полчаса.

* * *

Женщина знала толк в нарядах. Выбрала темно-синее платье с небольшим аккуратным корсажем и модными прорезами на рукавах. Под него надевалось нижнее платье из светлой ткани и тонкая белоснежная рубашка. К платью полагалась еще недлинная полупрозрачная вуаль.

Наверное, это было красиво. Но у Мары не было ни сил, ни желания оценивать себя. Через полчаса Мара одета и гладко причесана. За ней зашел капитан стражи. Еще четверо вынесли ее багаж, и через десять минут она уже ехала по улицам Даршантца.

А впереди была столица и королевский замок. С его отбором, фаворитками и принцессами и с предстоящей свадьбой его величества, которая не за горами.

Мара ведь отчетливо представляла себе, как ее встретят там. Какими будут провожать взглядами и что о ней будут судачить. И никому ведь ничего не докажешь! Никто не поверит, что все это просто так.

Потом закрыла глаза и откинулась на стенку повозки.

Жизнь сделала бессмысленную петлю, а она все-таки стала королевской любовницей.

Во всяком случае, на словах.

Конец второй части.