Ария - Александра Плен

– Золото решает все. Теперь мне нечего скрывать. За десять золотых они не только храм откроют, но и будут всю ночь гимны петь за наше здравие.

– А, может, завтра? – мной вдруг овладела робость.

Такой Хорн пугал. Куда-то делись его мягкость, очарование, смешливость. Сейчас он был похож на натянутую струну. Тронешь и зазвенит.

– Ну уж нет, – хрипло рыкнул Хорн, – я, можно сказать, с того света вернулся только ради этого.

– А как же твои родители? – еще раз попыталась вразумить я парня.

– К матери поедем после свадьбы, она давно не покидает поместье, с отцом ты и так знакома. Сестру видела в школе, – он запнулся, – если не видела – ничего страшного, потом познакомитесь.

Карета остановилась. Хорн схватил меня за руку и потащил в сторону храма. Окна были темными, лишь у входа горел одинокий светильник, оставленный для страждущих. В храмах не только венчали и разводили, так же там давали ночлег и кормили бездомных. И пусть многие, и я в том числе, жертвовали храмам золото каждый месяц, им всегда не хватало средств.

На стук вышел молодой человек в рясе.

– Нам срочно нужно пожениться, – Хорн не стал ходить вокруг да около.

– Но ведь… – начал говорить парень.

Хорн вытащил из кармана тяжелый мешочек с золотом и насильно вложил тому в руку. У парня округлились глаза, когда он развязал шнурок. Он быстро распахнул дверь и торопливо залепетал, проходя внутрь и ведя нас за собой:

– Подождете немного? Сейчас разбужу настоятеля. Вы же совершеннолетние? Родители не против? Хотя неважно.

Парень что-то спрашивал, Хорн отвечал, а я терялась в таком стремительном развитии событий.

– Ты что, постоянно носил золото с собой? – прошипела, едва поспевая за женихом.

– Ага, – он заметно повеселел, словно близость алтаря поднимала ему настроение, – тешил себя надеждой.

Мы остановились перед выстроенными в ряд богами. В этом храме их было тридцать. В других я видела даже пятьдесят. Они стояли ровными рядами вдоль стен, одинаковые, с идеальными лицами, фигурами, совершенные во всем. Мужчины. Раньше я удивлялась, почему нет ни одной богини. Но теперь-то знаю, кто они были на самом деле. Мужчины-чужестранцы, принесшие в наш мир магию.

Благодетели или незваные гости, оставившие после себя ненужных им отпрысков?

– Романтично, правда? – склонился Хорн к моему уху. – Не переживай. Устроим грандиозный праздник после. Пригласим тьму народу.

Я никогда не задумывалась о том, какой будет моя свадьба, но то, что я буду венчаться в полночь, в закрытом храме, вдвоем с Хорном, в обычной повседневной одежде, в день окончания школы, не могла представить даже в самых немыслимых фантазиях.

– Нет, – качнула головой, – не нужно праздника. Мне некого приглашать. Только друзей. Эдвард, – я вздохнула, – вряд ли придет, а с Дарием можно встретиться и так, по-простому.

Хорн широко улыбнулся и качнулся в мою сторону, словно собираясь поцеловать, но тут вошел немного помятый священник, в немного криво натянутой белоснежной рясе и направился к алтарю.

– Дети мои, – начал он радостно, положив толстую книгу на возвышение, – я вижу по вашим лицам, что вы очень любите друг друга, если не захотели терпеть до утра.

– Любим, – подтвердил Хорн, сжимая мою руку.

Мужчина понимающе кивнул, переведя взгляд мне на живот. Я немного покраснела.

– Тогда ограничимся краткой церемонией, – кивнул он.

Молодой парень, встретивший нас, положил перед ним листок бумаги. Бросив на него взгляд, священник потрясенно ахнул.

– Вы… Вы… – заикался он, не в силах выговорить ни слова.

– Не бойся, – прошептал Хорн в мою сторону, – в тот раз я был в другом храме.

Значит, на листке были наши имена. Я хмыкнула и спрятала улыбку. Мужчина через минуту взял себя в руки и все-таки начал церемонию. Он напевно и нудно говорить о том, что боги наблюдают за нами с небес, что следят за каждым нашим поступком, наказывают за измену, вранье, – на этих словах я шутливо толкнула локтем Хорна в бок, – что именно боги дают нам детей и благословляют нас любовью, здоровьем, богатством, магией и так далее.

«Если это была краткая церемония, страшно представить, какой была бы длинная», – думала я, мысленно улыбаясь над словами священника о богах. Но, может быть, нужно чтобы люди кому-то поклонялись, чтобы пришли куда-то в трудный час, отчаявшись найти пристанище где-то еще? Попросили о здоровье и благополучии? Пусть тогда остаются эти боги, если они так полезны. Я так задумалась, что пропустила вопрос.

– Что? – обернулась и посмотрела на нахмурившегося Хорна, он яростно прошипел сквозь зубы:

– Говори, да. Быстро.

– Да, конечно, – улыбнулась я. И, переведя взгляд на ожидающего священника, еще раз твердо повторила: – Да.

– Согласен ли ты, арий Торус Юлий Хорн взять в жены арию Денизу Нативу Крей?

– Согласен, – в одном слове Хорну удалось выразить, и торжество, и облегчение, и ликование, и еще много всего.

– Теперь вы муж и жена, – закончил обряд священник и открыл талмуд на последней странице, – подойдите и распишитесь.

Вот и последний штрих. Я смотрела на наши имена в брачной книге, и в голове было пусто.

– Слишком быстро? – Хорн склонился вслед за мной, взял перо и расписался под своим именем. Я подняла голову.

– Странно как-то, – отозвалась тихо. – Не думала, что так закончится день.

– Он еще не закончился, – Хорн нежно, почти робко поцеловал меня в висок, и мои ноги вмиг ослабли от этой щемящей нежности. – Я мечтал о нем годы, так что не скажу, что для меня это было быстро.

Он словно успокоился. Внутренняя буря улеглась. Опять в его голосе появились мягкие ласкающие интонации, улыбка стала чарующей и неотразимой. Я смотрела в его глаза и понимала, что у меня не было ни единого шанса не влюбиться в этого мужчину. Ни у кого бы не было.

– Поехали домой? – в его голосе появилась едва уловимая бархатная хрипотца.

– Поехали, – послушно повторила я, безоговорочно отдав инициативу Хорну.

Я отрешилась от всего, плыла в теплом море удовольствия, полностью расслабившись, позволив теперь уже мужу подхватить меня на руки и вынести из храма. И в карете он не дал слезть с колен. Было немного неудобно, но все искупали его руки, крепко обнимавшие меня, губы, постоянно касающиеся то волос, то шеи, то скул.

Мне показалось, что дорога домой заняла в два раза меньше времени, чем в храм. Хорн не выпустил меня из рук, когда нес по подъездной алее в дом, когда нас в гостиной встретили взволнованные моим долгим отсутствием слуги.

– Мы сегодня поженились, – на их удивленные ахи и охи ответила я.

Не выпустил, когда поднимался вместе со мной на второй этаж.