Больше, чем враги - Тори Халимендис

– Тиа, я так рад тебя видеть! Тебе удалось выбраться незамеченной? Он не знает, куда ты пошла?

Надо полагать, говорил он о Марке. Забавно, как мой бывший жених боится нынешнего!

– А что, ты видишь где-то здесь Марка Грена? – не удержалась от ехидного вопроса я.

Гарт вздрогнул.

– Тиа, дорогая, что он с тобой сделал? Ты так изменилась. Я совсем не узнаю свою девочку.

Это обращение покоробило меня.

– По-моему, Гарт, у тебя что-то неладно с памятью. Если я правильно поняла вчера Лилиану, то именно она является "твоей девочкой".

Гарт опустился на скамейку, сгорбился и закрыл лицо руками.

– Мне нет прощения, – глухо заговорил он. – Я знаю, что предал твое доверие. Но у меня не было иного выхода. Если бы дело касалось только меня, то я бы никогда… веришь? Но я не переживу позора отца и матери. Тебя не было рядом, а мне необходимо было принимать решение. И я принес себя в жертву.

– Гарт, – притворно ласково проговорила я, – ты, случаем, не заболел? Подобные речи я могла еще ожидать от дядюшки Вильгельма, но никак не от тебя. Препятствовать твоей великой жертве я не стану, женись на Лилиане и живи с ней счастливо. Ты за этим меня позвал?

– Не совсем, – бывший жених выглядел смущенным. – Видишь ли, я хотел кое о чем тебя попросить. И еще удостовериться в том, что ты по-прежнему любишь меня.

– Что? – мне даже показалось, будто я ослышалась.

Гарт встал, схватил меня за руки.

– Тиа, ты ведь помнишь, как нам хорошо было вместе? Конечно же, ты не могла забыть. Я не знаю, что сделал с тобой этот мерзкий Грен, как он заставил тебя, но он ведь неприятен тебе, правда? Я помню, как ты его называла после ваших пикировок. Тиа, я хотел сказать… Мы могли бы встречаться, понимаешь? Потом, спустя месяц или два после вашей свадьбы. Никто ничего не узнает, не заподозрит. Я сниму домик…

– На деньги Лилианы? – перебила я его.

Похоже, Гарт действительно уверовал в собственную неотразимость. Ему и в голову не приходило, что я могла предпочесть ему другого. Та история, что он сочинил для себя, была сходна с историей Двина, вот только друг желал избавить меня от Марка, а Гарт – устроить тайные встречи за его спиной. Наверное, если бы я согласилась, то самооценка бывшего жениха поднялась бы до небес. Еще бы – наставить рога самому Марку Грену! О возможных неприятностях Гарт даже не подумал. Больше всего мне хотелось расхохотаться, но я должна была создать видимость того, что Гарт близок к цели. А потом посмотреть на его дальнейшее поведение.

– Ну и что? – счастливый жених Лилианы даже не отвел взгляда. – Эта девица думает, будто купила меня с потрохами. Пусть радуется, что я дам ей свое имя и введу в то общество, куда она так стремится попасть. А уж как я буду развлекаться – ее не касается.

На прощание Гарт поцеловал меня. Я с трудом вытерпела прикосновение его губ и противного языка, а когда он ушел, зачерпнула воды из озера и тщательно прополоскала рот.

– И как прикажешь это понимать?

Марк был не просто зол, он пребывал в настоящей ярости. Пожалуй, я и припомнить не могла, когда мне доводилось видеть его таким. Разве что в лагере, после моего рассказа о приставаниях Андерса. Но теперь он сердито шипел на меня, и мне захотелось спрятаться под ту самую лавочку, на которой недавно сидел Гарт.

– Марк, мне самой было неприятно…

– Я видел, – оборвал меня он. – Скажи, Тиа, тебе обязательно было доводить до этого?

– Можно подумать, моим мнением кто-нибудь интересовался, – вспылила я. – Да этот напыщенный индюк уверен, будто я в него влюблена. Собирается снять домик для свиданий и предлагает мне бегать к нему после свадьбы.

– Пусть лучше озаботится приобретением нового земельного участка. На погосте. Пригодится гораздо раньше.

– Думаешь, места в семейном склепе ему не предоставят? – преувеличенно серьезно, будто меня действительно заинтересовала эта тема, спросила я.

– После того, что я с ним сделаю, его останки поместятся в коробочку от его же обручального кольца, – рявкнул Марк. – А уж где ее зароют – мне без разницы, хоть в цветочном горшке.

Я вспомнила сосульку, так некстати упавшую на Андерса, и содрогнулась. А еще обрадовалась, что в столице весна давно уже наступила, следовательно, повторить опыт Марк не сможет. Пусть я и была зла на Лилиану, но все же настолько недееспособного супруга ей не желала.

– Гарт действительно разорен, – зачастила я в надежде переключить Марка с ревности на расследование. – Лилиану он не просто не любит, а даже презирает, полагает недостойной себя. Если бы не финансовые обстоятельства, он не сделал бы ей предложения.

– Значит, у нее был замечательный повод расправиться с тобой. Она прекрасно понимала, что с каждым годом ее шансы заполучить молодого здорового мужа из верхушки аристократии уменьшаются, а замуж за обремененного многочисленными старческими немочами вдовца ей самой не сильно-то хотелось. А здесь такой удобный случай представился. Всего-то и надо было, что убрать с дороги подругу. Но и самого Гарта тоже сбрасывать со счетов пока рановато.

– Думаю, эти двое, даже если виновны, пока затихнут, – пробормотала я. – От свадьбы Гарт отказываться не намерен. Если бы ты не выдал меня за свою невесту, тогда, возможно, он действовал бы иначе.

– Эту тему мы больше не обсуждаем, – отрезал Марк. – И если я еще хоть раз увижу, что он тянет к тебе свои лапы, то сделаю все, чтобы он пожалел о том дне, когда встретил тебя. И тебе тоже не рекомендую так далеко заходить в попытках добыть информацию. Иначе я отправлюсь расспрашивать Маргариту – догадываешься, каким образом?

Сердце неприятно кольнуло. Представлять себе своего мужчину рядом с Маргаритой я не желала. Я скользнула к Марку, провела ладонью по его щеке.

– Больше никогда. Обещаю.

Магда заявилась в весьма неподходящий момент. Поджав узкие губы, неодобрительно осмотрела мою растрепавшуюся прическу и слегка измятое платье, но придержала свое недовольство. Цепко схватила мою ладонь костлявой рукой и выдавила из себя:

– Как я рада тебя видеть, дорогая кузина.

– Я тоже рада тебе, Магда, – солгала я.

Я была наслышана о том, как после моего ареста Магда запретила всем знакомым упоминать мое имя в своем присутствии, а узнав о доверенности на имя Двина, и вовсе принялась отказываться от нашего родства. Должно быть, супругу Дитера в самое сердце поразило мое нежелание добровольно отдать им свое состояние.

– Пожалуй, я оставлю вас, дамы, – произнес Марк. – Мне надо бы написать несколько писем. Тиа, я буду в кабинете, освободишься – зайдешь ко мне.

И одарив Магду лучезарной улыбкой, вышел из гостиной.

– Я была в твоем доме, – сообщила мне Магда. – Но оказалось, что ты там не живешь. Тиали, твое поведение бросает тень на всю семью. Возможно, ты все-таки переедешь к себе до свадьбы?