Обрученная - Купава Огинская

– Чего?! – отпрянув к двери, которую только что закрыли, я налетела на притаившегося за спиной Вэйда и вынужденно затихла в его руках.

Кабинет у женишка был мрачный, очень темный и совсем не миленький, а рожи у этих подозрительных личностей совсем не располагающими к доверию… – А может не надо?

– Понравилось по ночам ходить? – поинтересовались за спиной.

– Да я, знаешь ли, считаю, что лучше по ночам ходить, чем уже вообще никогда больше не ходить.

Мое заявлением чем-то очень обидело впечатлительного Гарса:

– Я профессионал, – возмутился он, недобро прищурившись, – но если хочешь, могу уйти, а искру тебе Вэйд заблокирует.

Я все никак не могла понять, что они вообще собираются с моей искрой делать, и что значат слова Гарса про «блокировать искру», но была уже обеими руками за то, чтобы этим занимался Вэйд.

– Давайте!

– Плохая идея, – не оценил женишок моего к нему доверия.

– Это почему еще? – Стоять вот так вот, в трех шагах от двери чувствуя, как сжимают плечи чужие руки, было… странно. С одной стороны, успокаивающе, а с другой – лучше бы Вэйд сзади не стоял, и я смогла бы спокойно сбежать.

– Может, присядем и все обсудим? – внес здравое предложение отравитель.

И очень хорошо, что мы сели, потому что стоя внимать неожиданным откровениям было бы очень сложно.

Расположившись на диванчике под эпичной картиной, занимавшей почти всю левую стену, я молча прослушала краткую лекцию по управлению искрой.

По всему выходило, что моей искрой управляла совсем даже не я; что сила, зреющая во мне, откликнулась на чей-то зов и теперь периодически старалась доставить и меня и, что более важно, себя, к тому, кто нас призывал.

И если этот зов пришел из храма, то дела совсем плохи, потому что с каждым днем он будет становиться все сильнее, пока у меня просто не останется сил ему противостоять.

– Пока тебя спасает близость дара Вэйда. Вэларийское происхождение его предков в твоем случае оказалось очень кстати, – Гарс с умилением любовался тем, как миленькая я послушно сижу рядом с немиленьким женихом и даже не пытаюсь сбросить его руку со своего плеча. Просто зашкаливающе идиллическая картина, – рядом с ним призыв рассеивается. Возможно, это спасало бы тебя еще некоторое время, но едва ли долго.

– Почему?

– Видишь ли, в чем дело, – откинувшись на спинку дивана, Гарс рассеянно скользнул взглядом по обстановке кабинете, – со временем сила зова усилится, он сможет воздействовать на искру не только, когда ты будешь находиться в бессознательном состоянии. Рано или поздно случится непоправимое, и, даже осознавая все, ты не сможешь противиться зову. Именно поэтому мы сейчас просто заблокируем твою искру, чтобы пресечь любую возможность…

– И что потом? Вернете меня семейству Эллэри? – напряженно спросила я, полностью проигнорировав укоряющий взгляд, не задевший ни одной струны в моей душе. Зато спокойный вопрос Вэйда заставил внутренне напрячься:

– С чего ты взяла?

– Ну тебе же вроде как жена с искрой нужна, значит, я буду уже непригодна.

– Если бы все так просто решалось, – фыркнул Гарс, – то отец Селины уже давно заблокировал бы ее искру, спасая тем самым дочь от необходимости уходить в храм. Ты все еще будешь одаренной, только доступа к своей силе у тебя не будет. Ни у тебя, ни у того, кто пытается тебя призвать. И я позабочусь о том, чтобы блок тебе не навредил.

– Не навредил? – вот это уточнение мне совсем не понравилось.

– Не стоит бояться, – хмыкнул Гарс, – возьмись за тебя Вэйд лично, причины переживать у тебя были бы, но к счастью, он вызвал меня.

– И вы, значит, все сделаете в лучшем виде?

– Конечно. Я, если тебе интересно, не только преступникам искры блокировал, – усмехнулся он, – руки, будь так любезна.

Проигнорировав мой скептический взгляд и явное нежелание подчиняться суровому требованию, Гарс с секунду посидел с протянутыми ко мне ладонями:

– Ну?

Если бы меня спросили, что я чувствовала, когда отравитель блокировал искру, я бы сказала, что ничего. Просто внутри внезапно образовалась странная, сосущая пустота и стало чуточку холоднее. На мгновение нахлынуло отчаянное, щемящее одиночество, а потом все снова встало на свои места. Только пустота внутри никуда не делась.

А Гарс, державший все это время меня за руки, уставившись расфокусированным взглядом в солнечное сплетение, отмер, вздохнул и самодовольно улыбнулся:

– Ну я же говорил.

– Ничего не болит? – поинтересовались сзади и, пожалуй, только сейчас я осознала, что почти лежу на Вэйде, опираясь спиной на его грудь, пока он крепко держит меня за плечи. – Ты дрожишь.

– А теперь так будет всегда? – голос был нормальный. Даже не дрожал ни капли, но теплая рука на плече чуть сжалась.

– Как?

– Пусто.

Шалуны-затейники переглянулись:

– Не смотри на меня так, – попросил Гарс, поведя плечом, – через пару дней все пройдет. Это обычная реакция…

– Что-то я не припомню, чтобы у кого-то была такая обычная реакция, – раздраженно отозвался Вэйд, рассеянно разминая мне плечи. В общем-то, это было бы даже приятно, сбавь он чуть натиск.

– И у скольких блокированных за свою жизнь ты удосужился поинтересоваться их самочувствием? – едко полюбопытствовал Гарс.

– Давайте вы потом как-нибудь обсудите блокированных, ладно? Мне бы сейчас немного утешения не помешало.

Чудища смущенно замолкли, но утешать меня не бросились. Не знали ужастики, видимо, как это делается. Вот запугивать и угрожать они умели, а что доброе сказать… бездари.