Баллада о королеве драконов - Сильвия Лайм

– Я покажу тебе, насколько я нуждаюсь в помощи, – прошептал он, снова посмотрев в глаза. И с силой схватив запястья, завел их мне за голову, придвигаясь еще ближе, буквально впечатывая в стену.

Я чувствовала жар его тела, дыхание, касающееся моих щек, волосы, падающие на мое лицо. Мурашки побежали по спине. Хвоя и дикий мед, окружившие меня со всех сторон, пьянили и уносили в пропасть.

«Что происходит?» – метались в голове мысли, смешиваясь с эмоциями и исчезая прочь.

Он опустил голову к моей щеке, задев лишь дыханием, затем дальше, к уху. И, легко касаясь его губами, сказал:

– Я прямо-таки схожу с ума от безысходности и собственной никчемности.

Он прикусил мочку уха, засосав ее в горячий рот. Болезненные искры удовольствия побежали по телу, сводя судорогой живот.

Его губы опустились ниже, касаясь шеи, ее основания, потом ключицы влажными, дразнящими поцелуями. В ногах появилась сладкая слабость. Я тяжело вздохнула, тая, как первый снег.

Послышался тихий смех. Мужчина рядом со мной был уверен в том, что делает, чувствовал мою реакцию и знал, какой эффект производит. И его слова лишь подтверждали это:

– И, конечно же, мне просто необходимо твое внимание, маленькая Амелия Фати. Без тебя я наверняка заболею и умру от заражения.

Я вздрогнула и сжала зубы, вырвавшись из захвата и с силой оттолкнув коменданта тюрьмы. В его глазах мелькнуло удивление. Похоже, он не ждал такой реакции. А я поняла, что ошиблась.

– Что ж, я в полной мере признаю свою вину и готова понести наказание, – отчеканила я тоном, лишенным каких-либо эмоций. И протянула к нему руки запястьями вверх.

Эта игра мне ясна. Я – в данном случае существо подневольное. Он понял, какой отклик вызывает во мне, и решил этим воспользоваться. А почему бы и нет? Тем более наверняка не я первая вот так теряю связь с реальностью, когда он прикасается, смотрит…

Мне вдруг стало до дрожи неприятно. Я вспомнила слова Лота про то, что у коменданта с Шейной что-то было, и гнев вообще начал застилать взгляд.

«Значит, решил пойти по проторенной дорожке?» – подумала я про себя и грустно выдохнула. Сильно не хотелось быть одной из тысячи. Такой же, как и все. Но, похоже, так оно и было.

– Удивлен, – приподнял он вверх брови и хмыкнул, сложив руки на груди. – Чтобы попасть в мой кабинет, ты использовала печать третьего уровня с вплетенными нитями четвертого. Как предлагаешь тебя наказать? – спокойно спросил он, как будто ничего не произошло.

– Вы же тут главный, вам и решать, – отрезала я и отвернулась. Но щеки все еще горели при вспоминании о его дыхании, мягкости поцелуев.

«Нет уж. Я никогда не буду одной из многих. И пусть мое сердце хоть разорвется вдали от него, я буду единственной или никакой!» – подумала я и закусила губу.

– Ты меня слышишь, Амелия? – переспросил Вайлар. – Браслеты, которые ты носишь, такую магию даже не отслеживают, – он упал обратно на диван, откинувшись назад. Взгляд вернулся в камин на трещащие поленья, и в глазах отразился тихий огонь. Спокойный, как летняя ночь. – Наказания за такое нарушение просто нет, как и прецедентов. Маг четвертого уровня – Эмира. Одна на всю тюрьму. И у нее свои браслеты. Есть еще один, но он слишком стар, чтобы представлять опасность.

– Что это значит? – не поняла я.

– Это значит, что ты могла сбежать из тюрьмы, и я бы еще не скоро тебя нашел, – совершенно спокойно ответил он. Словно эта новость не из ряда вон выходящая. – Но нашел бы, можешь не сомневаться, – добавил он, опасно блеснув глазами.

Я ошарашенно стояла у стены, не зная, что ответить.

– Так может, мне вернуть тебя в эргастул за попытку побега? – лениво спросил он, прожигая глазами, в которых плескалось жидкое серебро.

Я похолодела, но взгляд выдержала. Возвращаться в этот ад никак не хотелось.

– Хорошо, – выдохнула я тяжело и совсем без эмоций. Хотя обида душила. – Тогда я просто перевяжу вашу руку. А потом делайте со мной что хотите. Где бинты?

Вайлар так и остался сидеть на диване, не сводя с меня странного взгляда.

– Мне не нужна твоя помощь, – сказал он, вновь обдав меня холодом безразличия. И отвернулся. – Возвращайся к себе, Амелия Фати. И знай, что я за тобой слежу. Новые браслеты получишь завтра. Сегодня я… устал.

Рядом со мной открылся зев портала. Спираль с рваными краями и голодной сердцевиной. Я на нее даже не взглянула, молча развернувшись к старинному шкафу красного дуба. Без спроса открыла дверцы и стала рыться в склянках, бумагах и ящиках.

– Что ты делаешь? – раздался голос Вайлара. И как бы он ни хотел сделать его привычно отстраненным, в нем явно сквозило удивление.

– Ищу бинты.

Тишина наполнила комнату. Некоторое время было слышно лишь, как я стыдливо передвигаю чужие вещи. Впрочем, со стороны моего стыда видно не было и выглядело все не так благородно.

Затем я услышала вздох, и комендант поднялся с дивана. Из комода напротив он достал бинты и положил на стол передо мной.

– Упрямая, да? – ухмыльнулся он.

– Огненную воду и настойку златоцвета, – сказала вместо ответа.

Вайлар приподнял бровь, но послушался. Правда, весьма странным способом. Открылся маленький портал, куда он засунул здоровую руку, вынув бутылек.

– Зачем настойка? – спросил он, ставя все передо мной.

– Она предохраняет от заражения, – ответила, подходя к своему главному тюремщику.

– Я не знал, – задумчивый ответ.

– Многие не знают, – кивнула, принимаясь за дело. Взглянув на довольно глубокие раны, которым не уделили ни капли внимания, я ужаснулась. Кровь остановилась неведомо как, в одном из порезов обнаружился желтый клык. – О чем вы вообще думали? – воскликнула я, стирая кровь огненной водой.

Это было больно. Должно было быть. Но Вайлар будто и не замечал моих действий.

– Я много о чем думал, – ответил он, не сводя с меня задумчивого взгляда.

– Почему вы не обработали раны? Вы же так сляжете с воспалением! – говорила я, стараясь не обращать внимания на этот обжигающий взгляд, от которого краснели щеки и перехватывало дыхание.

– Все зажило бы само, – ответил он спокойно. – У меня хорошая… наследственность.

– При чем здесь это? Вы могли бы хоть обратиться к лекарю? Да вас бы за пару суток полностью излечили.

Когда я промыла грязные запекшиеся места и вынула клык, кровь пошла вновь. И не просто пошла, а хлынула! Нужно было как-то остановить ее, а я представления не имела как!

– Срочно зовите лекаря! – воскликнула я, крепко держа его за руку и заглядывая в задумчивую темноту глаз. Собственная рука его нисколько не беспокоила.

– Я не буду этого делать, Амелия, – спокойно ответил он и как-то устало добавил: – Спасибо за помощь, и идите уже.