Уроки колдовства - Елизавета Шумская

О том, чтобы спать, речи даже не шло.

Ива подошла к мутному, грязноватому окошку. За ним все заволокла какая-то серо-белая муть. Разобрать очертания двора и построек было совершенно невозможно. Как ни пыталась знахарка различить хоть что-то, ничего не получалось.

– Похоже, поездка отменяется, – хмыкнула Дэй, тоже приближаясь к окну. – Метель-то какая…

– Не зря, выходит, Златко ее боялся, – несколько замедленно произнесла травница.

– Вот и накаркал.

– Да ладно тебе. Просто он хорошо знает местную погоду.

– Ой! Все равно теперь нам тут сидеть невесть сколько! В такую пургу куда-то ехать – это самоубийство в особо изощренной форме!

Погода и вправду словно олицетворяла старую поговорку о хозяине и собаке. На расстоянии в пару локтей уже ничего нельзя было разглядеть.

– Ну что за жизнь такая, а?! – не унималась Дэй. – А я так надеялась, что мы сядем на лошадей и уедем, и пусть хозяин сам разбирается с этим жмуриком!

– Не с нашим счастьем, – вздохнула Ива.

– Действительно, не с нашим… – И девушки расползлись но своим кроватям. На первый взгляд досыпать, а на самом деле – ждать парней с известиями.

Долго пребывать в неведении им не пришлось. Ребята ввалились в комнату, даже не постучав. Что неудивительно, так как первым, словно таран, шел тролль. Он тут же плюхнулся на постель Ивы, бесцеремонно оттеснив ее к стене. Калли усадил хорошенькую пятую точку на стол, а Златко оседлал единственный стул. Вообще комната считалась для этого заведения дорогой: помимо двух кроватей, тут были шкаф, качающийся стол, который только эльфа и мог выдержать, стул, окно и что-то вроде железной печки, предназначенной для обогрева помещения.

– Ну, рассказывайте. – Гаргулья ради такого дела перевернулась на живот. Вид у нее был довольный: никто из парней не сделал даже попытки покуситься на ее территорию.

– Ну что вам сказать? – риторически начал тролль, которого в спину пинала травница, чтобы тот подвинулся; в итоге Иве удалось не столько сместить Грыма, сколько выползти на подушку верхней частью туловища, что позволяло хотя бы видеть всех остальных, а не только широкую спину этого нахала. – Ничего интересного в этом жмурике пет. Сам он на себя руки наложил.

– Точно? – Дэй даже разочаровалась отсутствием повода лишний раз поворчать.

– Угу, это я тебе точно говорю.

Тролль не выдержал ёрзанья знахарки у него за спиной и перетащил ее так, чтобы она оказалась прямо перед ним, а сам еще больше подвинулся в стене. Ива буркнула что-то нелицеприятное про такую манеру обращаться со своей обожаемой особой, однако громко возмущаться не стала, наоборот – уселась, опершись локотками на тушку Грыма. Щапа тоже на него влез, попрыгал немного и улегся, видно, считая, что именно для его удобства тролль тут и появился.

– Никаких следов борьбы, никаких странных повреждений. Гам, это уж точно.

– А, может, сзади кто приложил, а потом уж в петлю сунул? – Вот не умела гаргулья соглашаться с Гримом.

– Обижаешь, я все посмотрел!

– А я еще и магией прощупал, – не дал Дэй в очередной раз возразить или усомниться в знаниях тролля Калли. Эльф принадлежал к направлению Жизнь, поэтому определить наличие или отсутствие повреждений было для него раз плюнуть. Так что даже гаргулья не стала возражать.

– Да, обидно, – произнес Златко. (Все круглыми глазами уставились на него.) – Я так надеялся, что будет что порасследовать.

– Ну-у… ты можешь попытаться узнать, почему он это сделал, – не подумав, ляпнула травница.

– Ива!!! – раздалось с трех сторон.

– Точно! – это уже был голос Синекрылого. – Это идея! Молодец, Ива!

Остальные друзья не были столь восторженны, зло уставившись на знахарку.

– Да ладно вам, – попытавшись как-то смягчить их, произнесла Ива. – Все равно он рано или поздно пришел бы к точно такой же идее.

– Лучше поздно, – ядовито высказалась Дэй. – Может, успела бы метель прекратиться.

– Да, метель знатная, – словно не слыша всех этих реплик, согласился Бэррин. – Эрил не сможет к нам пробиться. Обидно.

– Самое обидное, что сейчас так рано, а мы уже на ногах, – вздохнула Ива.

– И я есть хочу! – проворчал Грым.

– Вот и займись завтраком, – распорядился Златко. – У тебя получается на прислугу положительно влиять.

Еще бы – попробуй тут что-нибудь сделай плохо, когда над тобой такая туша висит.

– Эх, и впрямь пойду пошукаю еды, – вздохнул тролль, поднимаясь, из-за чего с него начал съезжать шуш.

Раздался пронзительный возмущенный писк, и зверек бешено заработал лапками с острыми коготками, пытаясь удержаться. Грым невозмутимо поймал Щапу огромной лапой, сунул его в руки все-таки успевшей выпрямиться – чтобы не рухнуть – Иве.

– Я с тобой! – легко соскочил со стола эльф. – А то ты такое поназаказываешь, что есть будет невозможно.

– Когда это я?.. – начал возмущаться тот.

– Да идите уже! – засмеялся Златко.

– И для Щапы еды не забудьте взять!

– Лады! – Дверь захлопнулась за тихо обсуждающими кулинарные пристрастия друзьями.

Ива всегда поражалась тому, что тролль с эльфом умудряется уживаться вполне мирно в отличие от его отношений с той же Дэй.

Почти через час Калли прибежал обратно и позвал уже нормально одетых девушек на завтрак в общий зал. Златко давно там находился, надеясь найти хоть какие-нибудь сведения о самоубийце. Подруги не поддержали его энтузиазма, и поэтому он отправился на поиски информации самостоятельно, а красавицы продолжили валяться в постелях и, честно говоря, получать удовольствие от жизни. Когда еще выпадает возможность побездельничать на совершенно законных основаниях?

Зал после вчерашнего веселья еще не убрали. На полу кое-где валялись бутылки, черепки и прочий мусор вперемешку с пока непроснувшимися постояльцами. Кое-какие столы сдвинуты. Стулья стояли как попало, а пол был давно не метен. Друзья оглядели эту нерадостную картинку, однако ни капли не приуныли. Выбрали себе столик поудобнее, оттащили, а кое-где и отодвинули пинками улегшихся около облюбованного ими местечка и уселись. Перед ними появилась пышнотелая розовощекая девица с перекинутой через плечо толстой светлой косой – вообще вид у девушки был такой, будто она сошла с плаката, прославляющего пиво, – и начала расставлять заказанные друзьями блюда. Впрочем, даже ей пришлось сделать несколько ходок, прежде чем все, что надо, оказалось на столе.

Ива на пару с Щаной смотрели на это со все возрастающим восхищением. Последней каплей стал самый настоящий самовар – пузатый, натертый до блеска и пышущий паром.