Дитя Бунта - Наталья Ракшина

Его тон не допускал никаких возражений, не понять было просто невозможно. Я перестала напрягать мышцы в бесполезной попытке вырваться, и тогда он меня отпустил. Зрение уже адаптировалось к полутьме, и можно было рассмотреть выражение лица дроу.

— Как ты будешь себя вести? — прозвучал вопрос, сопровождаемый настойчиво-задумчивым взглядом Палача.

— Я… не поняла.

— Я обычно не многословен, Айли. — Терпеливо пояснил эльф. — Сейчас я спросил, как ты себя поведешь, и вот почему. Идешь со мной адекватно, без эксцессов, послушно — я не надеваю на тебя цепи. Бурные бессмысленные телодвижения, как в зале суда — обратный результат. Твой ответ?..

— Хорошо, я пойду без эксцессов.

— Тогда одевайся живее.

Зажегся свет, я кое-как натянула на себя одежду, пока Оустилл ждал у двери. Конечно же, коварные ботинки подвели меня на выходе из временной тюрьмы, я запнулась и шмякнулась бы во весь рост в коридоре, если бы не мужская рука, вовремя поймавшая за шиворот.

Если я опять услышу: «Шевелись!»…

Не услышала, как ни странно. Палач даже слегка замедлил шаг. Навстречу несколько раз попадались гвардейцы, отдающие полковнику честь, а на меня обращающие столько же внимания, сколько на стены. Пристальный взгляд был только один, да и тот мгновенно скользнул мимо.

Отрезок пути пришлось пройти в длинном тоннеле без освещения. Эльфы хорошо видят в темноте, а обо мне такого не скажешь. Я замешкалась, и тут Оустилл взял меня на руки. Не забросил на плечо небрежно, как куклу, а аккуратно взял. Я непроизвольно закинула ему руку на плечо. Возможно, в темноте, когда зрение бессильно, обостряются другие ощущения? Мое обоняние зафиксировало едва определимый запах мужских духов. Какая-то древесно-пудровая композиция, обволакивающая, заставляющая наклониться к коже того, кто ее носит — чтобы в полной мере разгадать, что это такое.

Я и наклонилась, больно ткнувшись носом.

— Эй, — послышался смешок, — не надо клевать меня в шею!

Тьфу-тьфу, и не собиралась! Я всего лишь пыталась привести в порядок эмоции, и запах мужских духов, как ни странно, подействовал успокаивающе.

Темнота внезапно кончилась, как только мы повернули за угол, буквально упершись в створки дверей лифта. Когда Оустилл поставил меня на ноги, я с трудом удержалась от вопроса: так ли велик мой вес, о котором не некогда было сказано в пренебрежительной форме?.. Лифт спустился всего на один этаж, а открылся на подземной парковке, сильно напомнившей мне таковую в недоброй памяти здании Управления наказаний…

Я вздрогнула и сделала шаг назад.

— Куда, Dearg? — насмешливо спросил дроу. — Хочешь остаться тут?

Сейчас у меня возникло непроизвольное желание спрятаться в относительной безопасности гауптвахты. Я к ней почти привыкла. Я не знаю, что ждет впереди, и эта неопределенность пугает сильнее, чем скорая перспектива смерти.

Палач взял меня за плечо, второй рукой указывая куда-то влево:

— Нам туда.

Футах в двадцати стояли два небольших армейских броневика, а рядом с ними — здоровенный черный внедорожник, «Валькирия», с наглухо тонированными стеклами, детище автомобильной компании «Дартс», которая находится в одной из стран под протекцией Светлых эльфов.

На таких машинах ездят представители эльфийских спецслужб. Как-то Уэсли говорил, что по многим своим характеристикам «Валькирия» не отличается от бронемашин, но имеет более мощный двигатель, а лицемеры Светлые эльфы только на словах недовольны Темными, но спокойно производят для них автотранспорт. Обычными средствами ее не взорвать и не повредить, а то земное оружие, которое могло бы это сделать, давно утилизировано эльфами — еще в последней трети двадцать первого века…

Пискнул невидимый мне брелок сигнализации, Оустилл подошел к «Валькирии» и распахнул переднюю пассажирскую дверь:

— Садись.

— Я… — я набрала в грудь воздуха, перед тем как решилась: — Я … можно узнать, куда мы едем?

Правая бровь полковника приподнялась в недоумении:

— Все вопросы — потом! Ты слушаешься меня и делаешь то, что я говорю. Мои приказы не обсуждаются. Куда едем — увидишь по дороге. Допустим, у меня небольшая самоволка… Садись, я сказал!

Я кое-как подгребла к «Валькирии» в норовящих слететь с ног ботинках. Эльф открыл багажник, вынимая оттуда пистолет и закрепляя его в поясной кобуре на ремне все тех же многофункциональных штанов полевой формы. На плечи надел портупею для такого же пистолета. Что, ожидает нападения?.. В последнее время я вынужденно начала разбираться в моделях эльфийского оружия. Мощная и тяжелая «Оса» — далеко не самый скорострельный пистолет, но нанесенные им раны ужасны, потому что пули имеют смещенный центр тяжести. Там даже в магазине два вида пуль одновременно: тяжелые и легкие, для ближнего и дальнего боя. Ходили слухи, что персональная армейская наномеханика «слушается» одного хозяина, потому что настроена именно под его руку. Не знаю, насколько правдиво это утверждение.

Видя, что я мнусь на месте, эльф вздохнул и сделал следующее: двумя пальцами взял меня за шею, без особого нажима задавая направление и чуть-чуть нагибая голову. А потом с помощью шлепка отправил в салон автомобиля. Будь шлепок сильнее, я бы, наверное, могла пролететь салон насквозь и выпасть с водительского сиденья, если бы там была открыта дверца.

— Пристегнись. — Бросил дроу.

Я только взялась за ремень безопасности, как вдруг услышала это:

— Р-р-р-р-р!

Звук шел откуда-то из-под «Валькирии». Кто там может так рычать?! В гулком пространстве подземной парковки это рычание показалось мне едва ли не самым ужасным звуком, хуже крошащегося над головой камня во время землетрясения.

— Ай!

Я взвизгнула, когда увидела чудище, которое действительно выбралось из-под машины. Господь Вседержитель, кто это?! В полумраке подземного гаража я не сразу поняла, что на меня рычит огромный, поистине гигантских размеров, пес.

Это не собака, это лошадь какая-то! Поджарая, с умеренно широкой грудью, мощной прямой спиной, длинными сильными ногами и широкими лапами, с мускулистой шеей. Привлекали внимание также: крупная голова с несколько удлиненной мордой, на которой шерсть торчала, как проволока, и — внимательные глаза цвета красного янтаря. Общий окрас шерсти — серый со светлыми подпалинами, но на маленьких ушках и морде в целом попадались и тонкие черные волосы. На теле собаки шерсть была не слишком длинной, выглядела шелковистой и очень ухоженной.

Наклонив голову, чудище снова сказало: «Р-р-р-р!», при этом энергично помахивая длинным пушистым хвостом.

— Харт! Sui! Прим. авт., здесь: Сидеть! (ирл.)

Монстр по имени Харт немедленно послушался, пристроившись у ступеньки внедорожника. К слову сказать, в сидячем положении он был не ниже, чем стоя на четырех ногах. Переднюю лапищу он положил на ступеньку и, открыв пасть, свесил розовый язык на сторону.