Знакомство с Ниеной - Эрвин Агаян

— Хорошо, это был я, — Арси не было смысла упираться. — Успокойся, ты сейчас мне майку порвешь. Почему ты так яростно ее защищаешь?

— Прежде чем задавать вопросы, придется сперва ответить на мои. Насчет майки не беспокойся, я тебе другую куплю. Так почему закрыл дверь?

Арси понял, что ему уже не отвертеться. Лучше всего сейчас будет сказать правду. Он подумал еще немного и наконец ответил со вздохом:

— Я организовал там серьезный турнир по блингу и вложил туда очень большие деньги. Я специально выбрал эту отдаленную часть Агастана в качестве места проведения турнира, чтобы Парелия мне не помешала. Но она, как назло, тоже пришла! Это еще полбеды, ведь я и раньше принимал ставки в ее присутствии. Но на этот раз она почему-то решила не играть, а наблюдать за игрой. Более того, она все время ходила по комнате, и люди боялись подходить ко мне, чтобы сделать ставку. Это было полное фиаско! Я понял, что если что-нибудь не придумаю, то стану нищим! В тот момент мне и пришла в голову эта глупая идея, — по искреннему взгляду Арси Парелия поняла, что он очень сожалеет о своем поступке.

Принцесса не знала, смеяться ей или злиться. Наконец Парелия все же улыбнулась и махнула рукой:

— Ну ладно, главное, что она не замерзла там из-за тебя. Но ты за это ответишь! Я потом придумаю для тебя наказание.

Она вновь присела на бревно. Наступила зловещая тишина, которую Арси поспешил прервать неожиданным признанием:

— Ну хорошо, признаюсь: я иногда тоже смотрю на закаты. Как-то раз я пошел на ограбление и забрался на крышу. Пришлось ждать наступления темноты. Я сидел там и умолял, чтобы солнце садилось быстрее, — заметив недовольный взгляд принцессы, Арси тут же добавил: — Не смотри на меня так. Я уже сказал, что изменюсь ради тебя. Я стану совсем другим человеком, которым ты будешь гордиться.

— Может, начнешь писать стихи обо мне? — кокетливо предложила Парелия.

— Нет, я далек от поэзии.

— Около двух лет назад у меня был поклонник — поэт, который посвящал мне свои стихи. Когда мы встречались, он начинал выразительно читать их. Читал, стоя на коленях, положив одну руку на сердце, а вторую отведя в сторону, — Парелия улыбнулась, вспомнив тот момент.

— И тебе это нравилось? — с сомнением спросил Арси.

— В первый раз — да, но потом начало подташнивать, — засмеялась Парелия. — Я не знаю, может, другим девушкам нравится, когда им посвящают стихи и читают их с чувством и выражением. А вот мне хотелось убежать. Я продержалась до конца свидания только из вежливости, но в конце, вместо того чтобы прекратить весь этот кошмар, я договорилась о следующей встрече.

— И как ты в итоге избавилась от него? — поинтересовался Арси.

— С помощью Эрании, — хихикнула Парелия. — Она была высокого мнения об этом парне, и я использовала этот факт в угоду себе. Я сказала поэту-поклоннику, что он очень понравился моей подруге и, так как для меня ее счастье важнее моего собственного, я больше не могу с ним встречаться. Я думала, что они с Эранией найдут общий язык и станут прекрасной парой, но у них тоже не сложилось. Как-то Эрания пришла ко мне и говорит: «Арпи, давай что-нибудь придумаем, чтобы избавиться от него». Я целый час смеялась, а потом мы решили сплавить этого парня Эльмунии.

— Получилось? — спросил Арси, заведомо зная ответ.

— Нет, услышав имя Эльмунии, он сбежал. После этого случая мы больше года его не видели, — снова засмеялась Парелия.

— Сейчас даже мамы пугают детей Эльмунией, чтобы не шалили, — пошутил Арси.

— Ты уже преувеличиваешь, — нахмурилась принцесса. — Не такая уж она и ведьма.

— Ты от всех своих поклонников таким способом избавляешься? — перевел тему Арси.

— Нет. Лучше горькая правда, чем сладкая ложь, — сказала она с каким-то сожалением в голосе. — Лучше сказать человеку в лицо, что он тебе не нравится, чем инсценировать что-то, лишь бы избавиться от него. Знаю, это жестоко, но правильно. Правда, иногда не сразу получается сказать правду: жалко бывает парней.

— И они смиряются с этим? Не борются?

— Нет, так как второго шанса я им не предоставляю, — отрезала Парелия.

— Слабохарактерные! — бросил Арси с откровенным презрением.

— Прекрати, ты тоже смирился бы.

— Сильно ошибаешься. Я бы боролся до конца своих дней, — решительно заявил Арси и добавил: — Значит, никто из них не любил по-настоящему.

— Возможно.

Парелия почувствовала, что Арси перестал плести косу:

— Закончил? — она начала осторожно щупать пальцами волосы.

— Да, но вышло не очень… Но ничего, я сейчас украшу цветами.

— Ой, только не это! — воскликнула девушка, вскакивая на ноги. — Мне так не нравится. Иногда Эльмуния плетет мне косу и украшает ее цветами. Другие, конечно же, остаются в восторге от этого, но мне самой не нравится. Я могу идти? Ах, прости, я неправильно сказала, — Парелия театрально прижала руки к груди, напустила на себя жалобный вид и наигранно взмолилась: — Мой господин, ваш слуга хочет узнать, может ли он отлучиться?

— Хорошо, разрешаю, — заявил Арси с торжественной улыбкой.

— Спасибо! — Парелия сделала несколько шагов, но затем обернулась. — А ты?

— Я останусь писать стихи, — услышала она в ответ.

— Серьезно? — она развернулась к нему полностью, словно не расслышала.

— Нет, — улыбнулся Арси и добавил с серьезным видом: — Эрания уже успела рассказать все Эрику. Он, наверное, зол на меня, так что мне лучше не попадаться ему на глаза.

Парелия молча кивнула, еще немного постояла, глядя на него, и вдруг улыбнулась:

— Но ты все же поработай над стихами. Кто знает, может, когда-нибудь из тебя выйдет известный поэт?

— Арпи, не хочешь быть моим партнером по блингу? — вдруг спросил Арси.

Этот неожиданный вопрос застал ее врасплох, но она тут же покачала головой:

— Нет, я играю в паре с Эранией.

— Да, но она несильна в этой игре, — скривил губы Арси и победно добавил: — Вдвоем мы всех обыграем.

— А ты хорошо играешь? — с сомнением спросила Парелия.

— Не очень, зато я умело жульничаю.

— Хочешь жульничеством победить? — воскликнула девушка.

— Почему же только жульничеством, можем придумать свою собственную систему подмигиваний, — и Арси подмигнул ей, словно уже начал.

— Боже мой, какие же мы разные, прямо противоположные полюса! — воскликнула Парелия. — Ты даже не представляешь, как высоко я ценю благородных людей — честных и искренних. А все твои мысли только о мошенничестве, фальши и обмане.

— Это всего лишь игра, — пожал плечами Арси. — Нигде не написано, что нельзя жульничать.

— Да, но существуют неписаные законы, о которых такие, как ты, даже и не слышали, — надменно процедила сквозь зубы принцесса.