Зло не дремлет - Антон Вильгоцкий

Борланд же даром времени не терял. Прекрасно зная, что против оборотня его собственный меч бесполезен, и видя, что серебряный улетел далеко в кусты, он спокойно стоял напротив Торна, готовясь произнести заклинание – то самое, которое вычитал в книге Сандора. И когда зверь рыча бросился на него, Борланд выбросил перед собой правую руку с выставленным вперед указательным пальцем и выкрикнул:

– Арген-Гном!

Случилось при этом не совсем то, на что он рассчитывал. Вернее уж сказать, совсем не то. Борланд ожидал, что палец его выстрелит оборотню прямо в лоб смертоносным серебряным снарядом. А вместо этого на тыльной стороне ладони Весельчака начали один за другим возникать и спрыгивать на траву маленькие человечки со светящейся серебристой кожей и в такого же цвета нарядах.

Тем не менее, оборотень все же был повержен. Два гномика сразу запрыгнули ему на морду и закрыли ладошками глаза. Зверь остановился и яростно затряс башкой, пытаясь их сбросить. В это время остальные гномы, числом около двух десятков, окружили оборотня и, ухватив его за лапы и шерсть на боках, с легкостью повалили на землю. Для столь небольшого размера их сила была невероятна. Оборотень забился в тщетных попытках вырваться, но очень скоро понял, что не сможет этого сделать, и заскулил, как побитая собака.

Багбиры восхищенно уставились на Борланда. Они-то не подозревали даже, что он способен на такое.

Впрочем, он и сам об этом не подозревал…

Весельчак довольно быстро смекнул, что произошло. Он всего-навсего неправильно произнес заклинание, которое на деле должно было звучать «Арген-Дорм». И вызвал таким образом «серебряных гномов», о существовании которых раньше даже не слышал. Но, поскольку уж они были серебряными и направлялись волей Борланда, оборотню повезло лишь чуток больше, чем если бы охотник на чудовищ все сделал правильно.

– Багбиры! – сказал Борланд. – Дайте мне серебряный клинок.

Двое «мишек» тотчас притащили ему меч, выпавший из руки Торна. Оружие практически ничем не отличалось от того, с которым Борланд явился в лес. Ну да, мастер ведь был один и тот же.

– Ну что ж, дружище Торн… – Борланд, поигрывая мечом, неторопливо приблизился к перевертышу: – Сейчас мы с тобой поиграем в очень интересную игру. А называется она – «Отруби собаке хвост»!

– Не убивай! – хрипло пролаял монстр, стремительно меняя очертания. Торн превращался обратно в человека. Природа его оборотничества, несомненно, была магической. Об этом свидетельствовал тот факт, что в момент первой трансформации одежда Торна превратилась в волчью шкуру. Сейчас же она, на глазах у Борланда, вновь становилась человеческим платьем.

– Не убивай, – повторил Торн, закончив превращение.

– Что ж, условия прежние, – сказал Борланд. – Если пленники живы, отпусти их, и я уйду. Хотя, конечно, с тобой еще хотят разобраться багбиры.

– Дети живы, – прохрипел Торн. – Они в пещере.

Борланд отправил Гхорка и его команду на поиски артолийских подростков, а сам продолжил разговор с оборотнем. Кое-что в происходящем казалось ему весьма странным. Следовало это прояснить.

– Ты прав, – ухмыльнулся Торн. – Убери отсюда своих медведей, и я все тебе расскажу.

Из норы показались багбиры. Среди них шли трое жавшихся друг к другу перепуганных детей. Два парня и девчонка.

– Эх вы, герои, – пожурил их Весельчак. – Ну неужели вы думали, что сможете его одолеть? Гхорк! Отведите детей в деревню Артолия. Найдите кузнеца Хенгора и скажите ему, что охотник за чудовищами Борланд разрешает отдать вам пятую часть награды.

– А как же перевертыш? – с сомнением произнес Гхорк. – Мы должны отомстить ему за брата.

– С этим я сам разберусь, – ответил Борланд и надавил на жалость: – Идите, ведь детки устали и очень голодны.

Будь на месте багбиров какие-нибудь другие гоблины, они бы палец о палец не ударили ради человеческих отпрысков. Но медведеголовые не только выглядели добродушными, а были такими на самом деле. Взяв детей за руки и что-то успокаивающе напевая, багбиры повели молодых артолийцев прочь от страшного логова.

Когда их шаги и пение стихли вдали, Борланд спрятал меч и пристально посмотрел на Торна:

– Ну и что же ты хочешь мне рассказать, друг леса? – спросил он, усмехнувшись.

– Я не тот, за кого ты меня принимаешь, – сказал оборотень. – Я знаю, кто отправил тебя сюда. Так вот, охотник: тебя подло обманули. Наша с братом история была совсем другой. Мое имя – Зорн!

– Зорн? – Борланд сощурился. – Значит, правда была на твоей стороне? Брат бросил тебя в Диких землях, а сам, назвавшись твоим именем, вернулся в Артолию?

– Нет, – замотал перевертыш головой. – Тот, кто пришел в деревню под видом нищего оборванца, был и остается Торном!

– Давай-ка с самого начала, – остановил его Борланд. – Кто из вас кого оставил умирать в подземелье?

– Этого вовсе не было, – тихо промолвил Зорн. – В подземных коридорах заброшенного замка было много глубоких трещин. Когда мы нашли сокровище и двинулись наверх за мешками, Торн попытался столкнуть меня в одну из них. Я успел увернуться, и брат сам полетел вниз. Мне не хотелось позорить его имя, поэтому, вернувшись в деревню, я рассказал людям именно ту историю, которую знаешь ты…

– Но дух вашей матери уличил в обмане как раз тебя! Ошибки быть не могло.

– То не был дух нашей матери! – воскликнул оборотень. – Во время ритуала вызова был совершен обман. Торн вступил со священником в сговор, пообещав ему часть моих денег. Он ведь пришел в деревню гораздо раньше, чем проявил себя. Тайком бродил ночью по улицам, заглядывая в окна и подслушивая разговоры. Так он узнал, чем живет деревня, чтобы потом подтвердить, что он – это я. Моя семья не стала исключением. Торн узнал все, даже подробности моих отношений с женой…

– Кстати, о жене. – Борланд сильно сомневался в правдивости услышанного: – Ты ведь недавно убил ее, не так ли? Странный поступок для человека, который любил эту женщину.

– Я не тот, что прежде, – произнес Зорн. – Звериная сущность во мне все чаще берет верх над человеческим разумом. Я пришел в деревню лишь для того, чтобы поговорить с Тайриной, попытаться донести до нее правду. Но она не стала слушать меня. Думала, что это предатель Торн пытается отыграться. В конце концов я не выдержал, и… – Оборотень замолчал.

– Значит, тебя подставили? Нелегко, должно быть, было смириться с этим?

– Я, как видишь, и не смирился, – невесело усмехнулся Зорн. – Возвращаться в деревню мне было нельзя. Но жажда мести оказалась сильнее здравого смысла. И я решил, что лучше стану зверем, но отомщу. Нашел учителя черной магии, чтобы…

– Погоди-ка, – вновь перебил его Борланд. – Где это ты сумел разыскать черного учителя?

– В Джейнарде. Колдун открыл мне тайны оборотничества. Это его и погубило…

– Ты и его прикончил?