Спасти Ангела - Джеймс Паттерсон

Если, конечно, «интересная» трактуется как неловкая, раздражающая, действующая на нервы, кошмарная и невыносимая. Тогда конечно.

Я холодно смотрю на нее:

— Я отчетливо помню, что Я тебя убивать не собиралась.

Это невозможно. Я так убивалась по нему, плакала в ванной, рыдала на деревьях, не спала, худела. Стая даже меня к маме отправила за утешением. А он взял да в одночасье меня заменил, всем нам замену нашел, подстригся, приоделся и ходит гоголем. Я сжала под столом кулаки.

— Ладно. Лучше меню мне дайте.

Следующие полчаса Клык рассказывает нам все, что они выяснили про Группу Конца Света, про митинг, про Бет и про Единый Свет. А мы рассказали им, как быстро чума ГКС распространяется по Аризоне. Про заведение в пустыне, про паукоглазых и про спятившего чувака, нашего старого знакомого из Нью-Йорка.

— Получается, они говорят про массовое уничтожение и уже модифицировали черт знает сколько народу, — Дилан кивает в сторону Клыковцев, — и миллионам мозги замутить успели. Но откуда они взялись, это кто-нибудь понимает?

— Сказано же, неизвестно, — односложно отвечает Клык, не глядя на Дилана.

Вижу, как у него на скулах перекатываются желваки.

— Я прослушал. Слишком много было ненужных подробностей.

Эй, что это они за разборку начали. И вообще, что Дилан-то в наши с Клыком дела лезет.

— Ты нас на помощь позвал? — продолжает Дилан. — Вот и давай, излагай. Какой у тебя план? Какие у вас задачи и какие у нас?

Глаза у Клыка горят. Если бы он мог, он бы Дилана точно испепелил. Но красавчик тоже в долгу не остается. Между ними искрит так, что сосиска точно поджарится. Вечно эти самцы выясняют, кто круче.

— Я согласна, — встревает Макс-2, и у меня возникает подозрение, что и она не в свое дело лезет. — Пора обсудить, как мы объединим усилия.

— Конечно, Макс, как мы только без тебя не догадались, — не удержалась я от подколки. — Два счастливых дружественных семейства действуют сообща, пока над их головами не взовьется победоносный салют.

Она искоса глянула на меня:

— Меня зовут не Макс, а Майя.

— Майя? Это с каких пор, интересно знать. — Я не говорю, что я не язва. Потому что на самом деле я, конечно, язва и есть. Но обычно я все-таки не слишком задираюсь. По крайней мере, если передо мной не белохалатники или не зарвавшиеся и жадные до власти взрослые.

Макс/Майя краснеет до ушей. Зуб даю, что костяшки пальцев под столом у нее побелели.

— Заткнись! — срывается она. — Кто тебя просит…

Я вскочила так резко, что мой стул качнулся и упал. Вторая Макс — я имею в виду Майя — тоже уже на ногах. И я готова ей как следует врезать.

— Бабья драка подобна стихии! — хмыкнул тот, что в очках. Злобная блондинка саданула ему локтем под ребро, но сама захихикала.

Не сводя с нас глаз, Дилан с грохотом отодвинул свой стул. Газзи застыл, не донеся до рта вилку, будто сидит и соображает, сколько раз он еще сможет укусить, прежде чем разразится побоище.

— Макс! — решительно говорит Клык. — Не гоношись! Выяснять отношения не время и не место.

Дилан вскочил:

— Не смей командовать! Тем более что все это из-за тебя.

Клык смотрит на Дилана с тем же выражением лица, с каким я смотрю на Майю.

— Макс. — Клык бросает салфетку на стол. — Если кому разбираться, так нам с тобой. Пошли выйдем, поговорим.

— Пошли, — я стремительно направляюсь к двери. — Давно пора!