Спасти Ангела - Джеймс Паттерсон

— Остановитесь! Прекратите! — кричит Элла. — Вы меня сейчас убьете! Пожалуйста, перестаньте!

Слезы ручьем текут у нее по щекам, она вопит во все горло, бьется в руках у Дилана и Игги, пытаясь ударить их то рукой, то ногой, то головой.

Мне никогда к этому не привыкнуть.

То ли от того, что холодный душ слишком травмировал Игги, то ли от того, что Ангел превзошла себя в понимании того, что нужно именно Элле, а может, просто потому что в пустыне ледяного ручья днем с огнем не найти, мы решили макнуть Эллу в горячий источник. И теперь Дилан и Игги, с красными от напряжения лицами, мокрые с головы до ног, изо всех сил держат ее, готовые окунуть в воду. Я ее сперва сама попробовала, чтоб не дай бог не ошпарить мою сестричку. И сварить ее, как яйцо вкрутую, в наши задачи тоже не входит. Но вода-то изрядно горячая — это я точно знаю.

— Давайте скорей! — торопит Игги. — Она совсем не пушинка. У меня сейчас руки отвалятся.

— Секундочку. Я уже почти готова. — Ангел сосредоточенно хмурит брови и в упор смотрит на Эллу. По всему видно, что она и сама вот-вот упадет от усталости.

Внезапно Элла обмякла и бессильно повисла в руках у мальчишек.

— Вот и наша Элла. — Я не спускаю с нее глаз.

Медленно она поднимает голову, моргает и отряхивается. Я делаю Дилану знак, и они с Игги тащат ее к разведенному нами костру.

— Что вы делаете? Вы что, с ума сошли? — спрашивает Элла. Промокшая до нитки, с прилипшими к спине темными длинными волосами, она недоуменно протирает глаза и ошарашенно на меня смотрит. Мы все не спускаем с нее напряженных взглядов.

Элла моргает и вдруг спрашивает:

— А где мы?

— В пустыне, — говорю я, кусая яблоко.

Она снова непонимающе моргает и вглядывается в наши лица.

— Игги? Может, хоть ты скажешь мне, что происходит.

— Прости, что вода была такая горячая. — Он обнимает ее за плечи и, ласково подтолкнув к костру, выжимает ей волосы. По всему видно, она растеряна, расстроена, но пришла в себя. Теперь это наша нормальная Элла, и можно попробовать рассказать ей, что произошло.

— А где мама? — спрашивает она наконец.

Я тяжело вздыхаю. Мы переглядываемся с Диланом, и он делает шаг вперед и садится перед ней на корточки:

— Пока мы с Макс были в пустыне, мама с Джебом ушли. Они никому не сказали, куда направились, не взяли машину — просто ушли. И найти их мы не смогли.

— Их украли?

— Возможно. Но, скорее всего, на них воздействовали так же, как на тебя и на остальных. — Дилан говорит мягко и медленно, давая Элле время осмыслить его слова. Вот молодец! У меня бы так ни за что не получилось.

— Спасибо тебе, ты настоящий друг, — одними губами беззвучно говорю я ему.

Элла расплакалась. Теперь моя очередь обнимать ее и утешать.

Дилан улыбается мне. Не так, как Клык, чуть кривовато и намеком, а широко и открыто. И сердце у меня екает.

— Элла, Эллочка. — Я глажу ее по спине. — Я знаю, как это трудно. Как трудно не знать, кому верить и на кого положиться. Моя жизнь такая странная, что я всегда все время ко всему готова и от любого человека жду предательства. Но тебе все это, конечно, должно быть и дико, и ужасно больно.

— Я не верю, я не верю, — рыдает Элла.

Игги гладит ее по голове. В тепле костра волосы у нее уже начали подсыхать.

— Послушай, — предлагаю я ей. — Я вот что думаю. Давай мы сперва хорошенько дома отдохнем и выспимся, а завтра доставим тебя к твоей тете. Поживи у нее, пока мы маму разыщем. Я уверена, Тиа Чита не будет против. Обещаю тебе, мы и маму найдем, и Джеба, и обязательно разберемся, что с ними случилось. Может, их спасать надо, может… Короче, я пока ничего сказать не могу.

— Нет! — протестует Элла. — Я с вами. С тобой и с Игги.

Я качаю головой:

— Элла, подумай сама. Я бы не возражала. Но ведь мы полетим. А ты как? Обещаю тебе, мы обязательно к тебе вернемся.

Ей ничего не остается, как согласиться.

Светит луна. Мы сидим у костра и поджариваем прихваченную у друзей Эллы еду. Почти все, кого я люблю, вместе.

За небольшим, но важным исключением.