Игрушка стаи - Джанель Морено

Мужские руки заключили меня в теплые крепкие объятия.

— Просто ветер. Селия, когда убиралась, плохо закрыла окно.

Я устало потерла глаза. Сон не принес полноценного отдыха, должно быть из-за того, что я проснулась очень рано. Проснулась не в своей комнате и… не одна. К счастью, в спальне был лишь Дрейк. Кархан поднялся, чтобы накрепко запереть засов на окне, а затем вернулся в постель.

— Еще поспишь? Для завтрака рановато, но я могу приказать, чтобы подали.

— Посплю.

Но сон возвращался неохотно.

— Ты на меня злишься? — вдруг спросил Дрейк.

— Должна?

— После первой ночи злилась. За Райана.

— Не злюсь.

— Я хочу, чтобы тебе было хорошо.

— Мне хорошо.

— Правда?

Я кивнула, и Дрейк коснулся моих губ осторожным поцелуем.

— Тогда спи, а я на тебя полюбуюсь.

Если бы это был так просто. Потревоженный северным ветром сон никак не желал возвращаться. А вот мысли уже теснились в голове, мешая друг другу и привнося в мою жизнь ставший уже привычным хаос.

— Когда мы с Динаром были в городе, то видели Марию. Она хотела со мной познакомиться.

— Несчастная женщина. Я помню тот пожар, это была настоящая трагедия.

— После разговора с ней мне постоянно снится огонь. Жуткие кошмары. Не знаю, что делать с ними, но чувствую себя вымотанной.

Взгляд Дрейка посерьезнел.

— Вот что, любовь моя, пора браться за твое здоровье. Потеря отца, долгая дорога, совершенно чужой климат — это уже огромная нагрузка на самочувствие. А ты еще и перестраиваешься на наши обычаи, нервничаешь, сомневаешься и переживаешь. Неудивительно, что городская страшилка произвела на тебя такое впечатление. Я позову лекаря и он выпишет успокаивающие зелья.

Он не дал мне возразить, продолжив:

— На некоторое время. До лета, скажем. Там выберемся попутешествовать и станет полегче. На самом деле отсутствие дневного света и чужой дом кого угодно доведут до истощения.

— А можно мне поговорить с Марией? Может, я смогу ей помочь. Дам какую-то работу в школе, которую ты разрешил организовать?

Дрейк колебался. Он отчаянно не хотел допускать меня до Марии, но разумный довод придумать никак не мог.

— Мы съездим в город и обязательно встретимся с Марией. Что до работы для нее, то не думаю, что это хорошая идея. Она, безусловно, несчастная женщина, но слишком уж нестабильная. Она живет в особом мире, верит в то, что ее воспитанница жива. И не слишком любит Торнов. А ты, хоть и отказываешься брать нашу фамилию, все же член нашей семьи. Кто знает, что придет Марии в голову или в ком еще она почувствует погибшую девочку? А теперь, дорогая моя, поспи еще чуть-чуть. Глазки закрываются, бледная. Не хватало мне, чтобы ты заболела. Чтобы оставаться на севере здоровым, нужно хорошо спать и есть. Давай, выполняй первое распоряжение, а за завтраком реализуем второе.

Что ж, когда в голове был план, уснуть стало проще. Я не ждала, что Дрейк согласится дать мне поговорить с Марией. Но теперь в душе поселился червячок сомнения: может, я напрасно сомневалась в карханах? Может, намерения Дрейка были кристально чистыми, а письмо папы было лишь письмом, пустяковым разговором с таинственным давним другом?

С этой мыслью я уснула, а проснулась уже куда более отдохнувшей.

На столике с завтраком лежала записка от Дрейка.

"Дорогая Лилиана. Как бы мне ни хотелось смотреть на тебя бесконечно, дела рода требуют вмешательства. Надеюсь, ты не воспримешь мой уход превратно. Я буду безумно рад прогулке по Нейтвиллу в твоей компании. Заходи после обеда в мой кабинет, и мы придумаем, как разнообразить твои будни. Целую и желаю приятного аппетита. Твой Дрейк".

Улыбнулась. Он умел подобрать нужные слова: настроение немного поднялось. Пока Селия делала прическу, я пила ароматный чай с тостами и маленькими кусочками пряной ветчины. Не хотелось никуда торопиться.

— Какие красивые, — неожиданно подала голос служанка. — Вам очень идет.

Сердце пропустило удар. И тут же щеки залила предательская краска — я вспомнила о сережках, которые вчера ночью надел Динар. Я даже не удосужилась снять их и вообще не чувствовала непривычной тяжести. Как и кулон, который я сняла на ночь и в очередной раз забыла надеть. Хорошо хоть Дрейк забывал этот момент контролировать.

Что ж… толку отрицать очевидное?

В зеркале отражалась другая Лилиана. Я не очень хорошо понимала себя такой. Но совершенно четко понимала, что "как прежде" уже не будет. Эта Лилиана была частью стаи, она занималась любовью с высшими карханами и принимала их подарки. Она была одновременно рядом и бесконечно далека. И я затруднялась сказать, нравилась ли мне эта новая "я".

— Хотите я подберу платье под эти серьги?

Я улыбнулась, подумав, как это поддразнит Дрейка.

— Подбери.

Темно-зеленое атласное платье имело, пожалуй, слишком глубокий вырез, но все равно сидело отлично. Мы убрали волосы на правую сторону, заколов фиолетовой, в цвет к серьгам, заколкой. Необычное сочетание цветов оказалось удачным. Селия аж светилась от радости, что смогла сделать из меня по-настоящему красиво одетую леди. Ее энтузиазм передался и мне. Захотелось вдруг порадовать Дрейка раньше оговоренного обеда, но… я сдержалась.

Все утро провела в собственном кабинете, заканчивая с бумагами отца. Никаких писем или других намеков на личность таинственного собеседника не было. Только заметки, вырезки из газет, договоры и большая кипа моих детских рисунков. Я долго не решалась пересмотреть их. Каждый взгляд на неумелые яркие каракули отдавался болью внутри. Я так любила его. Обожала дарить подарки, и папа каждый раз искренне радовался этим безвкусным корявым рисункам. Он хранил их, столько лет.

Я часто рисовала нас вдвоем. Как мы охотимся или гуляем в парке. Как папа учит меня кормить уток в городском пруду, как вечерами мы читаем книги у небольшой резной свечи. Эти свечи нам дарила соседка, леди Ортон. Имея богатого мужа и давно упорхнувших из родительского гнезда детей, леди Ортон увлекалась свечами и одаривала всех немногочисленных знакомым красивыми пестрыми резными свечками. Мне они нравились, а вот папе — совсем нет.

Рука дрогнула: очередной рисунок совершенно точно изображал кархана. Зверь с витыми рогами и черной шерстью стоял посреди леса. Фантазия? Срисовка из книги о Кандегории? Я была совершенно точно уверена, что до сих пор не видела карханов в звериной ипостаси, но откуда взялся этот рисунок?

Остальные были вполне невинны — какие-то скудные натюрморты и девичьи радости вроде нарядов и украшений.

— Работаете, леди Морено?

Я вздрогнула. Так была погружена в собственные мысли, что даже приход Райана не заметила.