Повелитель пауков - Майкл Муркок

Уверен, что где-то в стороне. Придется ее разыскивать.

Я вышел из покоев обратно на лестницу. Очевидно, во дворце было очень мало народа. Кроме нескольких стражников и слуг, все его обитатели ушли с армией. Тот придворный, которого мы встретили, был оставлен наблюдать за порядком.

Я решил заглянуть в тронный зал. Как мне подсказывал инстинкт, Хоргул вполне могла быть там.

Я устало спустился по лестнице на несколько пролетов, пока не оказался на первом этаже, в приемной, которую сразу же узнал.

Я поспешно нырнул в тень, когда увидел у дверей тронного зала стражника на посту. Над его головой светила одна-единственная тусклая синяя лампа. Казалось, он спал.

Мне нужно было как-то отвлечь его внимание, иначе в тронный зал не попадешь.

На моем поясе висел маленький нож, которым я уже пользовался раньше. Я вытащил его и бросил. Он упал у лестницы, расположенной в другом конце приемной. От звука стражник проснулся и стал смотреть в сторону лестницы, потом медленно пошел туда.

Этот шанс нельзя было упускать. Я быстро пересек приемную и оказался у дверей тронного зала. Мои ноги ступали по гладкому полу почти беззвучно. Я чуть приоткрыл дверь, которая, как я уже заметил раньше, открывалась вовнутрь, проскользнул в зал и быстро захлопнул ее за собой.

Итак, я был у цели.

И здесь, на троне Мишим Тепа, сидела эта коварная женщина, эта необузданная темноволосая женщина, такая прекрасная, но такая испорченная. Как сказала Шизала, она казалась временами неискушенной, а временами - нечеловечески мудрой. Настоящее исчадие ада.

Она меня не видела. Она сидела на троне, глядя прямо перед собой и бормоча что-то едва слышно.

У меня было мало времени: я боялся, что она позовет стражу. Если бы она позвала, кто знает, какая толпа слуг кинулась бы на ее зов. Я побежал к трону.

И тут она увидела меня. Не может быть, чтобы она меня узнала - на мне все еще была серебряная маска, - но конечно, она вздрогнула от неожиданности. Все же любопытство - ее характерная черта - победило, и она не стала звать на помощь.

- Ты кто? - спросила она. - На тебе эта странная маска.

Я не ответил, но пошел ей навстречу размеренным неторопливым шагом.

Ее большие невинно-мудрые глаза расширились.

- Что прячется за твоей маской? - сказала она. - Ты так безобразен?

Я продолжал приближаться, пока не оказался у самого помоста, на котором стоял трон.

- Сними маску или я позову стражников и они снимут ее с тебя. Как ты сюда попал?

Я медленно поднял руку к маске.

- Ты в самом деле хочешь, чтобы я ее снял? - спросил я.

- Да. Кто ты такой?

Я скинул маску. Она ахнула. По ее лицу быстрой чередой промелькнули самые разнообразные чувства, но как ни странно, я не заметил среди них и следа той ненависти, которая, казалось, переполняла ее раньше.

- Само Возмездие, наверное, - сказал я.

- Майкл Кейн?! Ты здесь один?

- Более или менее, - ответил я. - Я пришел, чтобы похитить тебя.

- Почему?

- А как ты думаешь?

Казалось, она и в самом деле не знала. Она склонила голову набок, заглянула мне в глаза, пытаясь прочитать в них что-то, а что именно - я и не знал.

Когда я смотрел на нее, мне было трудно поверить, что эта женщина, такая молодая, почти девчонка, сидящая на троне, была способна на ненависть и вовлекла в войну две некогда дружественные нации. На ее совести уже было то, что она использовала аргзунов, чтобы ослабить южные народы, и тем самым уничтожила всю аргзунскую нацию. Сейчас на поле битвы лицом к лицу стояли воины Карналии и Мишим Тепа, а она сидела здесь с невинными глазами и загадочно смотрела мне в лицо.

- Похитить меня… - Казалось, ей эта идея даже понравилась. - Интересно…

- Пошли, - сказал я резко.

Ее глаза расширились, и я отвел взгляд. Я же знал, как могущественен ее дар гипнотизма.

- Но все же я хотела бы знать, почему ты хочешь меня похитить, Майкл Кейн, - сказала она.

Я не знал, что ответить. Я ожидал какой угодно реакции, только не такого спокойствия, почти безразличия.

- Я хочу заставить тебя признаться, что ты солгала брадхи о его сыне, о Шизале, обо мне, и таким образом остановить войну, пока еще не поздно.

- А что ты сделаешь для меня, если я скажу правду? - почти промурлыкала она, закрыв глаза.

- Что ты имеешь в виду? Ты что, хочешь заключить со мной сделку?

- Возможно.

- И какую сделку?

- Ну ты же знаешь, Майкл Кейн! Ведь можно даже сказать, что я устроила все это из-за тебя и для тебя.

Я не понял.

- Что ты предлагаешь? - спросил я. Возможно, сделка с Хоргул была бы самым удачным выходом для нас всех.

- Если я скажу брадхи, что я солгала, я должна взамен получить тебя! - сказала она, обвивая мою шею руками.

Я не мог ей отвечать.

- Я скоро отсюда уйду, - сказала она. - Все, что нужно, я уже сделала. Пойдем со мной, и ты не будешь ни в чем нуждаться.

Стараясь выиграть время, я сказал:

- А куда мы пойдем?

- На запад. На западе есть таинственная мрачная страна, где всегда темно, страна, где можно найти ответы на многие загадки, и это принесет нам безграничную власть - тебе и мне. Мы сможем управлять миром.

- В своих амбициях ты идешь гораздо дальше меня, - сказал я. - И кроме того, я уже был на Западном континенте и по своей воле туда не вернусь.

- Ты там уже был?

Ее глаза вспыхнули. Она сошла с помоста, чтобы заглянуть мне в лицо.

Я все еще не знал, как мне себя вести. Я ожидал криков ненависти, а вместо них - такое странное настроение. Я не мог уследить за движениями ее души и за ее мыслями. Наверное, мне это было не дано.

- Итак, ты был на западе. И что же ты там видел?

- То, что я не хотел бы увидеть снова, - сказал я. Теперь я невольно смотрел ей прямо в глаза. Они приковывали к себе внимание. Я почувствовал, как сильно и тяжело бьется в груди сердце. Она прижалась ко мне всем телом; я не двигался. На губах ее играла манящая, загадочная улыбка. Она начала гладить мои руки. Я почувствовал, что у меня кружится голова. Я словно был в каком-то нереальном мире. Ее голос доносился до меня будто издалека.

- Клянусь, - говорила она, - я выполню свое обещание, если ты выполнишь свое. Будь моим, Майкл Кейн. Твое происхождение так же загадочно, как происхождение богов. Может быть, ты и есть бог - молодой прекрасный бог, и ты дашь мне власть, а не я тебе.

С каждой секундой я все глубже и глубже погружался в эти глаза. Все остальное перестало существовать. Моя плоть растворилась в чем-то, я не мог стоять. Она подняла руки и провела ими по моим волосам.