Жуткая история Проспера Реддинга - Александра Бракен

Настало время обеда. Нас ждали шесть пицц, прекрасных, истекающих горячим сыром.

Мистер Гупта открывал первые коробки и выставлял их на столы, а я суетился у него за спиной, пытался добыть тарелку и салфетку, и прикидывал, сколько кусков можно съесть, чтобы не выглядеть при этом эгоистом и свиньей.

– Да успокойся, – сказала Нелл. – Ты как будто пиццы никогда не ел.

А я едва не прыгал от восторга.

– Лет пять точно не ел.

– Что?! – Теперь уже мне пришлось шикнуть на нее.

На нас уже глазели. На нас и на очередь из двух человек, которую мы умудрились создать.

– В городе была только одна пиццерия, и бабушка ее закрыла, потому что «это заведение опасно для здоровья», – объяснил я, пока мы шли к парте в углу класса. – А мама готовит только здоровую еду.

– Ну, а в школе?

Я помотал головой.

– Что же ты тогда вообще ел?

– В основном кускус, голубого тунца, мидий и cozze in bianco^[8].

– Ты с кем сейчас разговариваешь? – спросила Нелл и переложила кусок пиццы со своей тарелки на мою, где и так уже было несколько. – Возьми-ка еще один, всю жизнь потом будешь вспоминать.

«А как же я? Где моя еда?» – спросил Аластор. Но я был слишком занят, запихивая пиццу в рот. Наверное, Нелл заметила раздражение на моем лице.

– Что происходит? Он что-то говорит?

– Он голоден, – ответил я с набитым ртом. – Но я думал, что он питается только эмоциями.

«Это неверное предположение».

– Демоны восстанавливают силы, питаясь несчастьями людей, которые находятся рядом, но чтобы наполнить желудок, они едят пауков и летучих мышей.

«Верно!»

– И что мне теперь делать? – спросил я.

– Ничего, – прошептала Нелл. И уже жестче сказала: – Вы вообще-то не друзья, и ты ему не слуга. Тут только палец протяни, он руку откусит. Еще Шекспир сказал: «Можно жить с улыбкой и с улыбкой быть подлецом»!^[9] От демонов добра не жди, просто запомни это. А если он опять начнет выпендриваться, только скажи, и я поставлю его на место.

Ух. Ее голос сделался жестче и злее.

– Это… Ну… Не пойми неправильно, спасибо большое за то вчерашнее заклятье, но… если вы оба такие волшебные… магические существа, почему вы не в одной команде?

Нелл испугалась.

– В чем дело? – спросила она. – Что этот червяк наговорил про меня?

«Червяк?! – Аластор захлебывался ядовитой слюной. – Дерзкая чумазая девка!»

– Он считает, что ты совершенно, м-м… необычная.

Так говорила мама, когда взрослые называли меня словами, которых я не понимал, например, «флегматичный» или «малахольный».

– Ведьмы совсем не похожи на демонов. Демоны – существа Нижнего мира, они лезут в наш мир, чтобы улучшить свой. – Нелл говорила так тихо, что приходилось наклоняться ближе, чтобы расслышать. – Им нужны слуги, но еще больше им нужна магия, которая есть в нашем мире, и они пытаются подчинить ее себе. И чтобы это сделать, они насылают на нас несчастья, или подталкивают к тому, чтобы мы создавали несчастья собственными руками, например, развязывали войны. Они не могут создать достаточно магии у себя внизу. Им приходится красть ее здесь и направлять в свой мир.

Аластор был подозрительно молчалив, пока она объясняла. Это означало, что она, скорее всего, права.

– А ведьмы тогда кто?

– Просто женщины с врожденной способностью чувствовать магию нашего мира, – сказала Нелл. – Одни могут использовать ее, а другие не всегда понимают, что она где-то рядом. Дар передается от матери к дочери, и род должен продолжаться.

Я хотел спросить, почему только девочки, но Нелл не дала мне вставить ни слова.

– Давным-давно… В смысле очень давно, в древности, в Древней Греции или типа того, когда люди наконец поняли, что демоны толкают их на бессмысленные кровопролития, женщины с такими способностями начали объединяться в ковены, чтобы давать отпор нечисти. Ты должен понять: ведьмы и демоны – враги. Наше призвание – делать так, чтобы демоны оставались в своем Нижнем королевстве и не вмешивались в жизнь людей.