Братья по оружию - Дон Перрин

— Ставлю недельное жалованье!

— Принято!

Ветераны пожали друг другу руки.

Подошла очередь Рейстлина. Он уже видел, что главная цель ветеранов — запугать новичков, всячески оскорбляя и унижая их. Прочитав множество трактатов по военному искусству, маг знал, что зачастую командиры пользовались такими способами, чтобы сломать человека и вылепить из него покорного солдата. Он и помыслить не мог, что подобное может быть применено к нему. «Возможно, это хорошо для обычного ратника, но уж никак не для меня», — думал он презрительно.

Между тем сержант склонился над свитком, пытаясь прочесть имя наглого рекрута и размышляя над тем, не присоединиться ли ему к ставке. Пока он разбирал каракули писца, поворачивая лист и так и эдак перед здоровым глазом, на пергамент упал свободный красный рукав мантии, а рука с золотистой кожей нетерпеливо потянула свиток на себя.

Глухой шёпот раздался со всех сторон, а изумлённый сержант поднял голову и уставился на Рейстлина. Тот улыбнулся ему и мягко сказал:

— Где именно мне подписаться? Я должен быть отмечен как боевой маг.

— Так-так, — проговорил сержант, вытирая вспотевшую шею. — У нас тут что-то новенькое. Вообще-то, мы не нуждаемся в боевых магах, шутник.

— Так где мне подписаться? — уже нетерпеливо спросил Рейстлин.

Пыль и жара делали своё дело — маг задыхался. Он отдёрнул капюшон, мечтая только об одном: не раскашляться перед этими наглыми мордами, не дать им повода для лишних шуточек.

Но ветераны уже разворачивались вовсю.

— Слушай, а где ты получил золотую кожу, мальчик?! Может, твоя мамаша была змеёй?! — с хохотом спросил один.

— Нет, не змеёй, а ящерицей, — засмеялся второй. — И зовут его, наверное. Змеёныш, так, сержант, и напиши в договоре!

— Я думаю, он будет весьма экономным рекрутом, он же питается только мухами! Если он откроет рот, мы все увидим длинный липкий язык!

— Давай покажи свой язык, Змеёныш!

Кашель стремительно охватывал Рейстлина.

— Где подписаться? — слабо проговорил он.

Сержант только сейчас заметил его зрачки в виде песочных часов. Он задумчиво почесал в затылке и махнул своему помощнику:

— Ладно, иди предупреди Хоркина, там посмотрим…

— А где он сейчас?

— Где-где… будто не знаешь — давай бегом!

Солдат опрометью кинулся выполнять приказ. Рейстлин не мог больше сдерживаться и закашлялся. К счастью, судорога была недолгой, и он быстро успокоился. Сержант хмуро посмотрел на него:

— Что с тобой? Ты болен? Весь лагерь мне тут не перезаражаешь?

— Моя болезнь незаразна, — процедил Рейстлин сквозь сжатые зубы. — Так где мне подписать договор?

Сержант ткнул в нужную строчку. Он пока не знал, что делать с этим новичком.

— Встань в строй и жди вместе с остальными.

— Но я приехал, чтобы…

— Я знаю, зачем ты приехал! — заорал сержант, — Встань в строй и жди!

Сгорая от стыда, Рейстлин сделал шаг назад под любопытными взглядами окружающих. Он стоически постарался сделать вид, будто ничего не произошло, надеясь, что хоть с Карамоном всё пройдёт гладко. Если его забракуют, он пропал.

— Напиши имя здесь, — говорил между тем сержант, зевая. — Не умеешь писать — поставь крест…

— С удовольствием, сержант, — откликнулся Карамон, тщательно выводя на пергаменте своё имя.

— Огромный, как вол, — громко заметил один из ветеранов. — И, наверное, такой же тупой.

— Люблю таких парней в первых рядах, — поддержал его второй. — В них всегда столько стрел застревает…

— Спасибо за доверие, — заявил Карамон. — Я не подведу вас. Между прочим, — прибавил он скромно, — я достаточно подготовлен, чтобы пропустить начальную часть…

— О как! Значит, можешь пропустить? — ощерился сержант.

Рейстлин мысленно застонал: «Ради всех Богов, Карамон, заткнись! Заткнись и молча жди». Но Карамон был польщён вниманием к своей персоне.

— Да, я весьма искусен в бою, — говорил он. — Сам Танис учил меня…

— Что, неужели сам Танис? — спросил сержант, доверительно наклоняясь к силачу. Его друзья, растянув рты до ушей, наслаждались представлением. — А кто он такой, не расскажешь ли?

— Танис Полуэльф, — сказал Карамон гордо.

— Значит, эльф. Эльф учил тебя сражаться.

— Именно так. А ещё его друг Флинт. Он гном.

— Я вижу… — Сержант потёр небритый подбородок. — Эльф с гномом учили тебя биться.

— Ну, ещё был мой друг Стурм. Он настоящий Соламнийский Рыцарь!

«Да когда же ты, наконец, заткнёшься?!» — отчаянно думал Рейстлин.

— А ещё Тассельхоф Непоседа, — продолжал Карамон, который не умел читать мысли брата. — Он кендер.

— Ещё и кендер. — Сержант тихо застонал. — Значит, эльф, гном и кендер учили тебя сражаться. — Он повернулся к своим приятелям ветеранам. — Парни, — сказал он проникновенно, — идём писать к барону прошение об отставке.

Ветераны ржали до слёз, не в силах остановиться. Они хлопали друг друга по спине и подвывали.

— Ну, зачем же, — неуверенно произнёс Карамон. — Не так уж я и хорош…

— Значит, хоть меня можно оставить? — спросил сержант, угол его рта нервно дёргался.

— Конечно можно, — щедро разрешил Карамон.

— Я так ценю это, — прохрюкал сержант. — А теперь… Карамон Маджере… — Он сделал паузу. — Я не ошибся, Карамон Маджере, а не сэр Карамон Маджере?

— Нет, рыцарем был Стурм, а не я. — Карамон забеспокоился, как бы не возникла путаница.

— Да, помню, — произнёс сержант. — Встать в строй, Маджере!

— Но я просто хотел сэкономить ваше время на моих тренировках, — сказал Карамон.

Сержант молча посмотрел на него, затем снова наклонился и мягко произнёс:

— Ты знаешь, у меня сейчас мало времени, надо и других олухов просмотреть. Но мы вернёмся к нашему разговору в скором времени. Я тебе это обещаю.

— Договорились, сержант.

— Да, и ещё одна вещь, Маджере, — проговорил сержант, когда Карамон уже встал в строй. — Я тут человек маленький, а вот когда вы попадёте к начальнику обучения, его зовут мастер Квиснелл, ты не стесняйся давать советы ему. Он это оценит.

— Сделаю все в точности, — пробасил Карамон. — Ну и дела, сержант оказался хорошим парнем, — шепнул он Рейстлину.

— Ты самый большой идиот в мире, — измученно прошептал Рейстлин.

— Я? А что я такого сделал? — поразился Карамон. Рейстлин хотел ответить, но замер, поскольку в этот момент группа во главе с сержантом остановилась напротив Крысы. Некоторое время сержант молча разглядывал полукендера.