Последняя осада - Джонатан Страуд

– Нет, все равно не могу поверить, что он тебя избил! – выпалила вдруг Эмили.

– Да дело даже не в этом. Дело в велике… Короче – нет, Саймон, я не буду рассказывать во всех подробностях, не волнуйся, – короче, я весь день лежал и думал о том, что собирался сделать. На следующее утро, когда папа вернулся домой, я был дома, как штык. Приготовил ему завтрак, выдал ему его газету и дождался, когда он заснет. Он принимает таблетки, чтобы вырубиться, так что, если уж он заснул, можно не волноваться.

Остальное было проще пареной репы. Главное – собрать все необходимое. Мне нужна была еда, питье, тепло и, возможно, немножко уюта. Я думал о бароне Хью, о том, как он методично собирал запасы зерна и скота, прежде чем засесть в замке. Да, кстати! У меня есть блестящая идея, как помешать Гаррису войти, если это понадобится!

Он остановился, чтобы отгрызть боковушку у очередного печенья.

– Когда войско находится на вражеской территории, оно разоряет земли противника, – продолжал он. – Так и я поступил с отцом. Для начала я забрал все, что мог, из холодильника и кладовки – но там было не так много, потому что у нас как раз подошли к концу все запасы. В основном несколько консервных банок – и я не забыл открывалку, Саймон, возможно, тебя это порадует. Мне могло бы пригодиться то, что у нас было заготовлено для завтрака: яйца, бекон, помидоры, – но я подумал, черт с ним, потом куплю. Так что я просто выкинул все это в раковину и так и оставил. Еще вывалил сверху банку консервированной фасоли для верности. Потом пошел наверх, в папину комнату, нашел его куртку и вытащил оттуда кошелек. Тебе там удобно, Эм?

– Да. Ты рассказывай, рассказывай.

– Там было двадцать фунтов. Маловато, конечно. Но там была еще дебетовая карточка, а с ней папочка совершил большую ошибку. Он скотина ленивая и как-то на днях погнал меня в банкомат, за деньгами. Так что я знал его пин-код. Таких вещей я не забываю. Я забрал карточку и двадцатку, а мелочь спустил в раковину следом за остальным. И ушел. Рюкзак я взял, а свой старый, убитый спальник оставил. Сходил в город, зашел в банк и накупил кучу всего на рынке и в «Сейфвее»[4]. У меня теперь классный новый фонарик, ребята, с тремя режимами!

– Что, неужели ты и новый велик себе купил? – спросил Саймон.

На Маркуса он смотрел с уважением и некоторой завистью.

– Да нет, денег не хватило, к сожалению. Пришлось ехать на автобусе, да еще с пересадкой. Я добрался сюда к обеду.

– А как же ты внутрь попал?

– Но, Маркус, – перебила Эмили, – ты же не собираешься остаться тут насовсем?

– А почему бы и нет? Обратно я не вернусь, черта с два, без крыши над головой оставаться тоже неприятно. Тут есть все, кроме источника воды, но можно растопить снег. Я привез с собой книжки, печку для обогрева… дрова тоже под рукой. Придется только время от времени наведываться в деревню, чтобы пополнять запасы продуктов, но пока в этом нет необходимости – у меня еще эти не кончились. Главное, чтобы вы двое меня не выдали, только и всего.

– Да ведь ты скоро попадешься, Маркус! – сказала Эмили.

– Да ладно тебе каркать! Тоже мне, пророчица. Мой папочка понятия не имеет, где я; кроме вас, я никому ничего не говорил, а замок закрыт до марта. Гаррису я не попадусь. Я уже знаю, каким маршрутом он ходит.

– Но как ты внутрь-то попал? – не отставал Саймон.

– Легко! – расхохотался Маркус – Меня Гаррис впустил!

– Это как это?

– Ну, короче, мне просто повезло. Я запихал свое барахло под изгородь – ох, как же я был рад, что избавился от него! Я себе чуть спину не надорвал, пока пер все это сюда из деревни. Сходил на разведку и уже думал, что надо бы снова позвонить тебе, Эм…

– Так это ты мне вчера звонил! Чего ж ты не представился? Или перезвонил хотя бы!

Маркус пожал плечами. Куртка упруго зашуршала.

– Даже не знаю, зачем я тебе вообще звонил, на самом деле, – сказал он. – Это было, как раз когда я собирался уходить. Наверно, я был в расстроенных чувствах и не знал, как попаду в цитадель. Я подумывал, что, может, вы с Саймоном опять подвесите веревку… Но потом, когда я не дозвонился, то передумал и решил вместо этого ехать сюда и попробовать что-нибудь придумать на месте. Не хотелось мне вас в это впутывать без особой необходимости.

Саймон взглянул на Эмили с видом «а я тебе что говорил?»

– Короче, – продолжал Маркус, – я как раз снова собирал свои шмотки, а тут смотрю, Гаррис прется через мост. Я не знал, собирается он входить в цитадель или нет, но решил не упускать шанса. Я пролез под изгородью и рванул за ним – на безопасном расстоянии. Когда он дошел до цитадели, я был у караулки. И смотрю – он у меня на глазах отпирает дверь и входит внутрь!

Ну я, понятно, решил рискнуть. Добежал до угла со всех ног и выглянул из-за угловой башни. Дверь была слегка приоткрыта. Выжидать не имело смысла. Я вошел, прикрыл дверь снова, как было, и принялся красться наверх по лестнице. Это было страшнее всего. Я не слышал ни звука – Гаррис вполне мог притаиться где-нибудь наверху. Но ничего не поделаешь, пришлось рискнуть. Я подошел к последней двери, заглянул за нее, обнаружил, что все тихо, и вошел. Не теряя времени, я взбежал по лестнице на башню и закрылся там, на крыше. Это тоже было жутковато. Я думал, что в любой момент…

Но тут Саймон решил, что с него хватит.

– Ладно, основное мы поняли, – перебил он. – Гаррис не появился. И ты благополучно остался внутри со всем своим барахлом.

– Ну, в целом да, – признался Маркус.

Он умолк. Саймон медленно кивнул и потянулся, чтобы взять из пачки еще одно печенье. Эмили ссутулилась на своем стуле, с несчастным видом глядя на Маркуса. Девочка прекрасно понимала, что надо действовать, но прямо сейчас ее слишком тяготила тревога и чувство вины, которое нарастало все время, пока Маркус рассказывал свою историю, и оттого она чувствовала себя несчастной, перепуганной, и в то же время ей было противно. Однако она постаралась сделать все, что было в ее силах.

– Маркус, – твердо сказала она, – это круто, что тебе удалось сюда проникнуть, и ты молодец, что раздобыл все это снаряжение и продукты. И да, конечно, ты сможешь прятаться от Гарриса сколько угодно. Но ведь рано или поздно тебе придется оставить замок и так или иначе разобраться с этим!

Говоря, она пристально наблюдала за Маркусом. Тот осклабился.

– То, что сделал твой папа, – это очень плохо, – торопливо продолжала она, – и ты правильно сделал, что ушел из дома. Но тебе не следует прятаться тут, словно ты сбежавший преступник!

– Я вовсе не сбежал! – перебил ее Маркус. – Я отступил на заранее подготовленные позиции, которые я способен защитить. И у меня не было другого выхода.

– Нет, выход есть! – возразила Эмили. – Обратись в полицию. Родителям не положено избивать своих детей. Это противозаконно.