Полураспад - Александр Зорич

Скармливаешь автомату монетку, становишься на ящик из-под помидоров, прижимаешь свою мордашку к перископу из низкосортной резины и давай давить на гашетку с целью изничтожения вражеских линкоров, крейсеров и транспортов, с вызывающей вальяжностью проползающих по горизонту…

А здесь у нас что? «Футбол»!

Ряды красно-синих футболистов, нанизанных на никелированные вертящиеся штыри. С гладкими розовыми ногами и ничего не выражающими, какими-то итальянскими рожами.

А это? Это «Охота»!

Как жаль, что винтовка, из которой положено бить по жестяным зверям, вырвана с мясом каким-то анонимным идиотом. Поймал бы — голову отвинтил!

Мои затянувшиеся ностальгические восторги едва не стоили мне жизни.

На пару мгновений я запоздал с идентификацией демосталкера на фоне всего этого великолепия. Впрочем. оно и неудивительно, ведь данный экземпляр в отличие от предыдущего не походил на человека совершенно.

В это трудно поверить, но туловищем демосталкеру служил сгусток чего-то, более всего походившего на крепко спрессованное пшено. Да-да, пшено, я не сошел с ума, друзья! А роль конечностей, в которых некроорганизм сжимал АК-74, выполняли туго скрученные куски грязной засаленной парусины. Лишь ладонь и пальцы с розовыми пластинами сравнительно ухоженных ногтей были у него вполне человеческими.

Кошмар наяву, честное слово…

Так вот: этот многосоставной кошмар неким образом обнаружил мое присутствие и, резко развернувшись, вскинул автомат, изготовившись стрелять.

Меня спасло то, что «пшенный человек» был всё-таки достаточно неуклюж. И, вскидывая ствол, задел переключателем видов огня окованный железом угол игрального автомата «Баскетбол».

В итоге переключатель видов огня встал в положение «на предохранитель». Спусковой крючок щелкнул впустую. Драгоценная секунда была потеряна, и щелчок «пробки» в моей сигнальной ракетнице положил конец существованию этого мерзостного монстра…

Покинув зал игровых автоматов, я вступил в холл.

Ну или как оно называлось в СССР, понятия не имею.

Это было достаточно просторное помещение с высокими окнами (разумеется, по большей части разбитыми) и мягкими, обитыми велюром диванчиками (по большей части выпотрошенными, с пружинными внутренностями наружу), каждый из которых должен был наглядно демонстрировать преимущества колхозного строя перед мелкособственническими фермерскими хозяйствами.

Холл был густо увешан портретами передовиков колхозного производства. Доярками с изрядными формами, обветренными механизаторами в кепках и опрятными управленцами: парторгом, главным агрономом, зоотехником и, конечно, председателем — Прокопенко Гаврилой Тарасовичем.

Но на этот раз, помня свой промах в зале игровых автоматов, я не дал себе расслабиться и засмотреться на выцветший красный нос Гаврилы Тарасовича.

Я сразу же атаковал.

Поразив выстрелом в спину левого демосталкера — их было двое в этом холле и обоих я даже не успел толком рассмотреть, — я прыжком ушел назад, в зал игровых автоматов.

И очень вовремя.

Второй демосталкер уже поливал свинцом то место, где я был секунду назад.

В висках бешено стучала кровь. Я выбивал импровизированным шомполом из каленой проволоки предыдущую «пробку» из ствола сигнальной ракетницы и сразу же нащупывал следующую в кармашках разгрузки.

И какой же у меня в голове расцвел, извините за выражение, когнитивный диссонанс, когда я обнаружил, что «пробок» у меня больше нет!

— Брат, а у тебя патроны вообще остались?! — громко крикнул я, обращаясь к демосталкеру.

Не спрашивайте, на что я рассчитывал. Ответом мне послужила длинная, не по-человечески расточительная очередь из «Калашникова», которая завершилась характерным сухим щелчком досылателя над пустым магазином.

Тут же я сорвал с плеча свой бессменный «а-ка сорок седьмой» и, отважно ворвавшись в холл, обрушил на исчадие ада густой поток раскаченного свинца.

Для понимания моих действий принципиально важно знать, что: — каждая четвертая пуля в магазине была зажигательной; — демосталкер на восемьдесят процентов состоял из соломы.

Да-да, по сути, это было соломенное чучелко! Развоплотившееся, охреневшее, никчемное и одержимое внушенной ему Хозяевами Зоны жаждой разрушения.

И оно запылало! Гигантским огненным факелом!

Не успел я воссоединиться с Тигрёнком — да я вообще ничего не успел, только выйти из клуба, — как вновь услышал щелчок затвора. Музыка Зоны, так ее за ногу.

— Оружие на землю, руки за голову, говори, как зовут, — произнес бесцветный голос за моей спиной.

«Не демосталкер. Те так складно чесать не умеют. На счастье всем нам».

Я положил рядком пистолет системы Голосовкера и автомат, поднял руки и назвался.

— Комбат, значит? Тот самый, который принцессу немецкую… того… спас? — В голосе послышались нотки теплоты.

— Я, да. — Я усмехнулся. Местной знаменитостью мне давали побыть редко — у сталкеров плохая память.

— Это точно Комбат. Мы его вчера с Водокачки видели, — добавил другой голос, пониже и поавторитетней. — Одного взять в толк не могу. С ним же какой-то малец вроде вертелся навроде отмычки… Где твой отмычка, Комбат?

Я быстро прокачивал ситуацию.

«Дела так себе. Если они меня вчера видели с Водокачки, значит, это «каперы». А про «каперов» нам известно что? Что больно жадны они до ценного хабара. А ценный хабар у нас где? Правильно, в рюкзаке у Тигрёнка, которого они приняли за моего отмычку. Только бы Тигрёнку хватило сообразительности посидеть там в скверике еще хотя бы десять минут! Пока я не закрою вопрос с этими хищными кентами!». Думая так, я отвечал:

— Это не мой отмычка был. Да и вообще он не отмычка. Турист. Недоумок такой… опривеченный. Я его вчера из петли Мёбиуса вытащил. — Я всегда имел в виду, что самая лучшая ложь делается из правды, поэтому врал по минимуму. — Довел до границы Дюн… И сдал военсталкерам с Янтарного.

— А здесь ты чего делаешь?

— Да вот тут наводочку дали одну. Старовата, но шансы есть. Проверю наводочку и на хату потопаю.

— А можно вопрос не по теме? — спросил третий голос.

— Можно. Только разрешите я к вам повернусь и руки опущу. Глупо как-то говорим, не по-людски.

— Валяй.

Я повернулся. Действительно, «каперы». Действительно, трое. Атос, Портос и Арамис… Мушкетеры, твою дивизию.

У одного из «каперов» рюкзак был необычного для Зоны типа «карандаш», а в нем явно находилось что-то очень высокое, габаритное.

«Капер» с загадочной ношей выглядел наиболее компетентным, серьезным. Так сказать, Атосом.

Двое других были обычными «середнячками». Ни особых успехов, ни особых провалов… Сколько таких по Зоне лазит — мама не горюй!