Игра на вымирание - Андрей Денисенко

– Папа, я хочу вычислительный имплантат. Такой, как у Фредди. Или хотя бы имп-разъем, как у остальных.

– Угу, – отец поднял глаза от тонкой пластины лэптопа. – Остальные – это кто?

– Ну… – Я замялся. – Ребята из нашего класса. Из поселка.

– Понятно. Значит, ты хотел бы имплантировать вычислитель, разъем для внешних модулей и… синтетические мышцы, наверное, тоже?

Я окончательно смутился. Красивые бугры синтетических миоволокон часами рассматривали в рекламных проспектах многие мальчишки из класса, – а я к тому же был худощав и узковат в плечах.

– Пап, но ведь это так здорово…

Мы сидели на восточной веранде дома. В этот послеобеденный час солнце уже перебиралось за высокий скат крыши, и можно было наслаждаться дремотной прохладой океанского бриза. Отец любил посерфить в подборках приколов и забавных новостей, чтобы, как он говорил, «разгрузить мозг». Хорошенько подумав, я счел момент наиболее подходящим, чтобы снова рискнуть заговорить об имплантатах.

– Импы, импы… Несколько хирургических операций – и можно стать умным, сильным, быстрым… – Глядя на меня, отец тихо улыбнулся, – Так, Макси?

– Да, папа… – Я осторожно поерзал на плетеном табурете. – Я же вижу, Фред и вправду… поумнел. Раньше на уроках вообще не соображал, а теперь его даже хвалят. И стоит имп недорого… не слишком дорого. Я тут подумал… если ты займешь мне денег, в следующие каникулы я пойду работать и все верну…

– О, да, твоему Фреду повезло, – отец окончательно отложил лэптоп и повернулся ко мне. – Лет сто назад быть бы ему рыбаком или разносчиком пиццы. Но теперь – имп поможет ему думать, имп поможет ему чувствовать, имп увеличит его силу и ловкость. Перед Фредди откроются безграничные возможности. Когда-нибудь он сможет даже стать ученым… Но что ты скажешь, если узнаешь один секрет: все эти импы у тебя уже есть?

– Что? Ты шутишь, па?

– Ничуть. Фреду повезло, но тебе повезло еще больше. Ты и многие дети здесь, на острове ФАТАР, совершеннее всех ранее живших людей. Умнее. Быстрее. Лучше. Возможности, о которых мы говорим, ты получил от рождения. В тебе есть особые клеточные структуры, своего рода биологические импы. Куда лучше тех, что сможет себе вживить Фред… вообще когда-либо. Теперь именно ты – венец природы, Макси. Ты и твои друзья. Это не просто слова. Через несколько лет ты превзойдешь возможности любых импов, сынок.

– Ты… ты… зачем ты лжешь, папа?! Просто скажи «нет», и все!

Всхлипнув, я убежал с веранды.

5

Объединенная Америка, Сан-Антонио, городские улицы 09.34, 31 августа 2034 г.

– Внимание, срочная информация.

– На связи, Лойд.

– Нашлась блондинка. Четыре минуты назад прошла в общей криминальной сводке, представляешь?! Ох и тронутая девчонка!

– Ты говнюк, Лойд. Не тяни, выкладывай!

– «09.28. Банковский терминал № 28392525, сектор Б-6. Попытка взлома, успешно. Противозаконные действия: изъятие наличных – 18 долларов, несанкционированные электронные платежи – 872 доллара.

Автоматическая блокировка терминала: 09.29». Камеры зафиксировали однозначно наш объект. Картинка чистая, качественная. Ошибки быть не может.

Я закрыл глаза и откинулся на спинку высокого ложемента. Новый комп давил на виски и вообще висел на затылке непривычной железякой. Машинка была армейская, без особых наворотов, интерфейс тоже здорово отличался, но я привыкал с трудом.

Так, надо сосредоточиться… От Б-6 Элен, конечно, уже далеко. Но меньше двух минут, чтобы выпотрошить платежный терминал! Наверное, рекорд.

– Нарыл что-нибудь?

Лойд вздохнул – даже сквозь спикеры я услышал отчетливо.

– Только в общих чертах, Макс. Терминал почти не охранялся, больше нескольких сотен в нем сроду не бывало. Владельцы считали, никто не пойдет на ограбление из-за двух-трех бумажек. Но она выбрала именно его. Вскрыла почти сразу. Чем-то вышибла крышку, через пять секунд врубила генератор кода, через десять секунд вскрыла сейф и получила доступ к платежам.

– Все для того, чтобы выгрести восемнадцать баксов?

– И оплатить электронный билет на трансатлантический рейс. На предъявителя, в одну сторону.

Я дернулся, едва не врезавшись лбом в верхнюю консоль.

– Куда?! Куда, Лойд?!

Спикер тихо шипел пустой волной. Лойд помолчал, повозился.

– Мы не расшифровали, Макс. У нее… у нее в импе что-то новое. Какие-то мощные кодеры. В отделе бьются над расшифровкой уже полчаса, а результатов – ноль. Ни номера взлетного терминала, ни даты, ни рейса – ничего. По стоимости тоже не определиться – сумма зарезервирована на кассовый счет аэропорта и перекрывает стоимость большинства билетов.

– Понял. Мы выдвигаемся к терминалам, – я показал пилоту большой палец. Тяжелый коптер опергруппы надсадно взвыл и пошел на взлет, – Долго сидеть в порту она не станет, время работает против нее. Это наверняка какой-то ближайший рейс. Сколько самолетов вылетают в пределах трех часов?

– Пять, я направил тебе подборку. «Трансоушен» на Европу, два транзитных сверхзвуковика в Эмираты и местная мелочь.

Уставившись сквозь блистер кабины, я задумался. Мимо проплывали высотные башни сектора ноль. Федеральный центр, хрустальный шпиль мэрии, окруженные фонтанами кубики банков… красиво…

Для Элен самый простой вариант – Эмираты. Биокоды на таможне выкатят интеровский допуск, и контролеры дальше не полезут. Вещей у нее минимум – никаких ограничений на въезд. А дальше – куда глаза глядят. Корпораций в Эмиратах нет, только вотчины шейхов, а значит – никакого централизированного контроля. Из любого крупного города – в любой уголок земли. Дело только за деньгами, но с таким мощным импом взлом – не проблема… Очень заманчиво. Даже сладко.

– Лойд, подробности по европейскому рейсу. В Эмираты она не полетит.

Он давно привык к моим заморочкам, но в этот раз поперхнулся.

– Макс, Эмираты – это…

– Знаю. Поэтому она выберет неочевидный путь. Она профи, Лойд.

– Рейс 140–428 АЕ, «Люфтганза». Терминал 17, вылет в 11.15, окончание регистрации в 10.55. По зарегистрированным билетам среди пассажиров ее нет. На терминале пока тоже не появлялась. Я задействовал камеры наблюдения, задержка картинки не больше пары секунд. Лоренс рядом, отслеживает текущую регистрацию билетов.

– Мы скоро будем, – я перешел на «прим»-канал. – Полковник Блейк, здесь Ковальски. Прошу санкции для превентивного развертывания на территории аэротерминала-17.

Шеф, наверное, слушал только нас. Спикер ожил мгновенно.

– Развертывание разрешаю исключительно в режиме «тень». Браннеру – обеспечить взаимодействие с техническими службами аэропорта. Ковальски – старший тактической группы. И чтобы никакой стрельбы, ясно? Тихо пришли, тихо ушли. Ковальски, к тебе это относится в первую очередь.