Обитаемый остров - Борис Стругацкий

Машина ворвалась на плац и затормозила у входа в казарму.Гай выскочил, взбежал по ступенькам. Перед дверью канцелярии он остановился,проверил положение берета, пряжки, быстро оглядел Мака, застегнул ему пуговицуна воротнике – массаракш, вечно она у него расстегнута! – и постучал.«Войдите!» – каркнул знакомый голос. Гай вошел и доложился. Господин ротмистрЧачу в суконной накидке и фуражке сидел за своим столом. Он курил и пил кофе,снарядная гильза перед ним была полна окурками. Сбоку на столе лежали дваавтомата. Господин ротмистр медленно поднялся, тяжело оперся на стол обеимируками и, уставясь на Мака, заговорил:

– Кандидат Сим. Ты проявил себя незаурядным бойцом иверным боевым товарищем. Я ходатайствовал перед командиром бригады о досрочномпроизводстве тебя в достоинство действительного рядового Боевой Гвардии.Экзамен огнем ты выдержал вполне успешно. Остается последний экзамен – экзаменкровью…

У Гая радостно подпрыгнуло сердце. Он не ожидал, что этослучиться так скоро. Молодец, ротмистр! Вот что значит – старый вояка! А я-то,дурак, вообразил, будто он под Мака копает… Гай посмотрел на Мака, и радостьего несколько поубавилась. Лицо Мака было совершенно деревянным, глазавыкачены, все по уставу, но именно сейчас можно было бы не придерживаться такстрого уставных правил.

– Я вручаю тебе приказ, кандидат Сим, – продолжалгосподин ротмистр, протягивая Маку лист бумаги. – Это первый письменный приказ,адресованный тебе лично. Надеюсь, не последний. Прочти и распишись.

Мак взял приказ и пробежал его глазами. У Гая снова екнулосердце, но уже не от радости, а от какого-то тяжелого предчувствия. Лицо Макаоставалось по-прежнему неподвижным, и все было как будто в порядке, но ончуть-чуть помедлил, прежде чем взял перо и расписался. Господин ротмистросмотрел подпись и положил листок в планшет.

– Капрал Гаал, – сказал он, беря со стола запечатанныйконверт. – Ступай в караульное помещение и приведи приговоренных. Возьмиавтомат… нет, вот этот – с краю.

Гай взял конверт, повесил автомат на плечо, повернулсякругом и направился к двери. Он еще услышал, как господин ротмистр сказал Маку:«Ничего, кандидат, не трусь. Это страшно только по первому разу…» Гай бегомнаправился через плац к зданию бригадной тюрьмы, вручил начальнику караулаконверт, расписался, где нужно, сам получил необходимые расписки, и ему вывелиприговоренных. Это были давешние заговорщики – толстый дядька, которому Маквывернул пальцы, и женщина. Массаракш, этого только не хватало! Женщина – этосовсем лишнее… Это не для Мака… Он вывел арестованных на плац и погнал их кказарме. Мужчина плелся нога за ногу и все баюкал свою руку, а женщина шла,прямая, как жердь, засунув руки глубоко в карманы жакетки, и, казалось, ничегоне видела и не слышала. Массаракш, а почему, собственно, не для Мака? Какогодьявола! Эта баба такая же гадина, как и мужик. Почему мы должны давать ейкакие-то льготы? И почему это, массаракш, надо предоставлять какие-то льготыкандидату Симу? Пусть привыкает, массаракш-и-массаракш!…

Господин ротмистр и Мак были уже в машине. Господин ротмистр– за рулем, Мак с автоматом между колен – на заднем сидении. Он открыл дверцу,и приговоренные залезли внутрь. «На пол!» – скомандовал Гай. Они послушно селина железный пол, а Гай – на сидение напротив Мака. Он попытался поймать еговзгляд, но Мак глядел на приговоренных. Нет, он глядел на эту бабу, котораясъежилась на полу, обхватив колени. Господин ротмистр, не оборачиваясь, сказал:«Готовы?», и машина тронулась.

По дороге не разговаривали. Господин ротмистр гнал машину набезумной скорости – видимо, хотел все кончить до сумерек, да и чего медлить…Мак все время глядел на женщину, словно ловил ее взгляд, а Гай все ловил взглядМака. Приговоренные, цепляясь друг за друга, ерзали по полу, толстяк попыталсябыло заговорить с бабой, но Гай прикрикнул на него. Машина выскочила за город,миновала южную заставу и сразу же свернула на заброшенный проселок, знакомый,очень знакомый проселок, ведущий к Розовым Пещерам. Машина подпрыгивала всемичетырьмя колесами, держаться было неудобно, Мак не желал поднимать глаз, а тутеще эти полупокойники все время хватались за колени, спасаясь от немилосерднойтряски. Гай, наконец, не вытерпел и треснул толстого гада сапогом под ребра, ноэто не помогло, – тот все равно продолжал хвататься. Господин ротмистр еще разповернул, резко притормозил, и машина медленно, осторожно съехала в карьер.Господин ротмистр выключил двигатель и скомандовал: «Выходи!»

Было уже около девятнадцати часов, в карьере собиралсялегкий вечерний туман, выветрившиеся каменные стены отсвечивали розовым.Когда-то здесь добывали мрамор, а кому он сейчас нужен, этот мрамор?…

Дело подходило к развязке. Мак по-прежнему держался, какидеальный солдат: ни одного лишнего движения, лицо равнодушно-деревянное, глазав ожидании приказа уставлены на начальство. Толстяк вел себя хорошо, сдостоинством. С ним хлопот, по-видимому, не будет. А вот баба под конецрасклеилась. Она судорожно стискивала кулаки, прижимала их к груди и сноваопускала, и Гай решил, что истерика будет, но волочить ее на руках к местуказни все-таки, кажется, не придется.

Господин ротмистр закурил, посмотрел на небо и сказал Маку:

– Веди их по этой тропинке. Дойдешь до пещер – самувидишь, где их ставить. Когда закончишь, обязательно проверь и принеобходимости добей контрольным выстрелом. Что такое контрольный выстрел –знаешь?

– Так точно, – произнес Мак деревянным голосом.

– Врешь, не знаешь. Это – в голову. Действуй, кандидат.Сюда ты вернешься уже действительным рядовым.

Женщина вдруг сказала:

– Если среди вас есть хоть один человек… сообщите моейматери… Поселок Утки, дом два… это рядом… Ее зовут…

– Не унижайся, – басом произнес грузный.

– Ее зовут Илли Тадер…

– Не унижайся, – повторил грузный, повысив голос, игосподин ротмистр, не размахиваясь, ткнул его кулаком в лицо. Грузный замолчал,схватившись за щеку, и с ненавистью посмотрел на господина ротмистра.

– Действуй, кандидат, – повторил господин ротмистр.

Мак повернулся к приговоренным и сделал движение автоматом.Приговоренные пошли по тропинке. Женщина обернулась и еще раз крикнула:

– Поселок Утки, дом два, Илли Тадер!

Мак, выставив перед собой автомат, медленно шел за ними.Господин ротмистр распахнул дверцу, боком сел за руль, вытянул ноги и сказал:

– Ну вот. Четверть часика подождем.

– Так точно, господин ротмистр, – машинально ответилГай. Он смотрел вслед Маку, смотрел до тех пор, пока вся группа не скрылась зарозоватым выступом. На обратном пути нужно будет купить водки, подумал он.Пусть напьется. Некоторым это помогает.

– Можешь закурить, капрал, – сказал господин ротмистр.