Магия Крови - Илона Эндрюс

— Ты не так уж продвинулась в этом, — решил Тед, когда я изложила ему суть дела.

— Я взялась за это только тридцать шесть часов назад.

— Тридцать восемь. — Тед наклонился вперед и уставился на меня своим тяжелым взглядом.

Тед питал слабость к одежде в стиле «вестерн». Сегодня на нем были джинсы, сапоги из воловьей кожи и бирюзовая рубашка с черными нашивками на плечах, на каждой нашивке была вышита белая Техасская звезда. Тед Монахан — ковбой на выпускном.

Беда была в том, что рыцарь-заступник весил фунтов на сорок больше, чем следовало бы. Не то чтобы толстый, но необъятный в груди и с зачатками пивного живота, Тед имел телосложение стареющего боксера-тяжеловеса. Он не побежал бы вверх по лестнице ради забавы, но, если бы вы захлопнули дверь перед его носом, он бы пробил ее и вырубил вас с того же удара.

Несмотря на наряд, находиться под этим пристальным взглядом было все равно, что заглядывать в дуло заряженного револьвера 45-го калибра со снятым предохранителем. Интересно, что он сделает, если я закричу или упаду в обморок?

Его голос был низким, почти ленивым:

— Какова основная директива Ордена?

— Обеспечить выживание человеческой расы.

Он молча кивнул.

— Мы сохраняем порядок. Мы позволяем монстрам сосуществовать с нами. Мы обеспечиваем мир. Сорок восемь часов назад этот город функционировал. Пока мы сидим здесь, Племя параноидально зациклилось на идее, что кто-то имеет лучшую нежить, чем у них, и хотят получить свой кусок пирога. Оборотни размышляют о собственной смертности и воображают, что их дети умирают от эпидемии. Наемники бьются в конвульсиях, потому что Гильдии отрубили голову, в прямом и переносном смысле. Биологическая Защита хочет объявить общегородской карантин, а ОПА вытряхивает каждого бездомного в грязном плаще. Город направляется в ад прямым рейсом. Ты знаешь, что происходит, когда монстры, головорезы и полицейские напуганы?

Я поняла, к чему он клонит.

— Они перестают вести себя хорошо.

— Мы должны восстановить порядок. Мы должны любой ценой утихомирить Атланту, иначе она забурлит паникой и хаосом. Если бы у меня была другая женщина-рыцарь, более компетентная, чем ты, с хорошим опытом и более длинным послужным списком, я бы снял тебя с задания и отдал ей.

А Андреа что, пустое место?

— Спасибо за вотум доверия.

— Конечно, о том, чтобы поручить это задание мужчине, не может быть и речи. Мне приходится полагаться на отчисленную из Академии, с отсутствием дисциплины и с большим ртом.

Мне захотелось вскочить на стол и ударить его ногой в челюсть.

— Мое сердце обливается кровью от сочувствия.

Тед не обратил на меня внимания:

— Ты можешь рассчитывать на всю мощь Ордена Атланты. Исправь это безобразие. Что тебе для этого понадобится?

Желание снять удостоверение и вручить ему было настолько сильным, что мне пришлось бороться с собой, чтобы не дотронуться до шнурка на шее со словами: «Вот, разбирайся с этим сам. Попробуй побегать с грузом возможной пандемии на себе, и ответственностью за гибель людей, а я буду сидеть сложа руки и говорить тебе, где ты потерпел неудачу.» Год назад я могла бы поступить так. Передо мной промелькнуло воспоминание о скрюченном теле Ори. Но опять же, может, и не поступила бы.

Я сжала свою гордость в кулак и промолчала. Я достала свинцовый футляр из коробки для улик:

— Это тот самый пергамент, который однажды остановил его. Я хочу узнать, что там было написано. Мне нужно понять, что делает его уязвимым, и кто он такой.

— Тебе нужен эксперт.

Я молча кивнула.

— Я хочу отнести это к Сайману.

— Полиморф. Он отказывается работать с Орденом. — С отвращением произнес Тед.

— Он лучший… — нарциссический извращенец, сексуальный девиант, жадный гедонист — …консультант в городе. У нас нет времени, чтобы вовлекать кого-то еще, и ОПА Саванны исчерпал все стандартные возможности тестирования. При наличии соответствующего финансового стимула, я уверена, Сайман будет работать со мной.

— Насколько уверена?

— Абсолютно уверена. — Он хочет залезть ко мне в трусы, а я выбрасываю его цветы. Он будет вне себя от радости, если я позвоню. — Но он будет стоить не дешево.

Тед что-то записал на бумажке и положил передо мной: «100 000 долларов». Это была непомерная сумма, даже для Саймана.

— Это твой лимит. Звони ему. Сейчас.

Он не выказывал никаких признаков того, что встает со стула, ясно давая понять: он мне не верит.

Я потянулась к телефону. Сайман ответил после второго гудка.

— Кейт, — раздался в трубке знакомый мужской голос. — Я уже думал, что ты меня совсем забыла.

Тьфу.

— Нет, только избегала. — Я включила громкую связь.

— Прямолинейна, как всегда. Может, я сэкономлю нам немного времени? Ты звонишь, потому что внутренности Соломона Реда вывалились из его тела и попытались заразить водоснабжение города.

— Да. — Этого и следовало ожидать. Сайман торговал информацией и хорошо за нее платил, а наемникам всегда не хватало наличных.

— Тебе нужна моя экспертиза? — Его голос мог бы растопить масло.

— Да, Ордену требуется твоя экспертиза.

— О, но я не стану работать на Орден. — Он рассмеялся. — На мой вкус, они слишком законопослушны.

— Тогда приношу свои извинения за беспокойство. Я подумала, что тебе будет это интересно. Но я ошиблась.

— Но я буду работать на тебя. На моих условиях.

А вот и мы.

— На самом деле, я буду очень рад поработать с тобой. Твой звонок оказался как нельзя кстати.

Больно счастливым он звучал. Ох, и дорого мне это обойдется.

— Сначала давай разберемся с самыми элементарными вещами, — заявил Сайман. — Для удобства ведения бухгалтерского учета, вашего и моего, мне потребуется фиксированная плата в размере пятидесяти тысяч долларов за свои услуги.

— Это довольно большое число.

— Я довольно дорогой консультант.

— Тридцать штук.

— О, пожалуйста, Кейт, не нужно торговаться. Тед Монахан, вероятно, разрешил удвоить эту сумму. Я знаю это, потому что он позвонил мне сегодня утром и предложил пятьдесят тысяч за консультацию по этому делу. От чего я, разумеется, отказался, учитывая, что лично он мне не нравится, и я нахожу фанатизм Ордена ограничивающим.