Кузнец душ - Рин Чупеко

– Леди Тия, – на этот раз к ней обратилась принцесса Яншео. – Я не знаю, почему вы так неуважительно относитесь к моему родственнику, но умоляю вас. Какие бы у вас с ним разногласия ни были, он по-прежнему правит этим королевством, он мой государь, пусть и был недобр ко мне. Даанорис не заслуживает такого наказания.

На ее слова аша только покачала головой.

– Принцесса, короли и императоры нуждаются в людях гораздо больше, чем сам народ нуждается в них. Королями становятся лишь потому, что чей-то предок смог быстрее надеть корону себе на голову. А вот смелость и отвага по наследству не передаются. Им не нужны доблесть или добрые дела, только повиновение.

– Но у нас больше некому править, миледи.

– В Одалии считается, что все мужчины созданы по образу и подобию Парящего Клинка, а женщины – Танцующего Ветра. Так кто сказал, будто он достоин занять престол больше, чем вы, принцесса?

11

Следующие два дня в спальню принца тянулся нескончаемый поток обеспокоенных врачей, и каждый выходил из нее с противоречивым диагнозом. Король Телемайн дежурил возле его постели, но внутрь не пускал ни леди Микаэлу, ни даже принцессу Инессу.

Я все это время либо с тревогой ждала в коридоре, либо сидела в своей комнате и отчаянно пыталась отыскать в фолианте Аены хоть что-нибудь, что могло помочь принцу.

– Какой от тебя толк? – разрыдалась я и в приступе ярости отшвырнула книгу. Зачем все эти руны Предсказания, Марионетки, если они не могли спасти принца?

Кален воспринял произошедшее еще хуже меня. Он только и делал, что расхаживал у комнаты Канса, отказываясь от еды и отдыха.

– Я не могу в такое время думать о еде, Тия. – Он выглядел так, будто с того самого вечера вообще не спал.

– Если будешь голодать, заболеешь, как его высочество. – Я сунула ему в руки хлеб. – Они уже выяснили, что случилось с принцем Кансом?

Сдавшись под моим натиском, Кален взял у меня кусок.

– Еще нет.

– Почему бы не попросить помощи у Альти? Она ведь лучшая целительница среди аш.

– Это все политика, – вздохнул Искатель смерти. – Леди Альтисия – кионская аша, а просить помощи у соседнего, пусть и дружественного тебе, королевства считается проявлением слабости.

– Но не ценой же жизни принца! – не унималась я.

– Я бы не ставил жизнь своего сына выше нужд королевства. – Даже несмотря на всю свою грузность, король Телемайн при желании мог передвигаться бесшумно. Кален тут же вытянулся по стойке смирно. – Его осмотрела леди Микаэла, но даже она в недоумении.

– А мы можем что-нибудь сделать? – взмолилась я.

Он добродушно улыбнулся мне, хотя в его глазах читалась усталость.

– Мне приятно, что у Канса есть друзья, которым можно доверять. Но мы не в силах понять причину его болезни. Врачи не обнаружили ничего странного, кроме одного – его сердце приобрело необычный серый оттенок. И он все время спит.

Меня сковал ужас.

– Серым? И он не просыпается?

– Так они говорят. Лучшие врачи королевства не могут разобраться. Леди Тия?

Я теперь пятилась назад.

– Простите, ваше высочество. Мне надо идти. – С этими словами я развернулась и с гулко колотящимся сердцем рванула по коридору. Сонная болезнь. Где я о ней слышала?

Кален без труда нагнал меня у ворот. Фокс, уловив мои эмоции, уже ждал меня верхом на Вожде. Мой конь-фамильяр нетерпеливо бил копытом по земле.

– Тия, куда ты? – окликнул меня Кален.

– Повидаться с Халадом! – Я вскочила на лошадь, которой также удалось почувствовать мое настроение. Вскоре мы, оставив Искателя смерти позади, уже въезжали в город.

Халад как раз работал над одним из своих творений, когда мы влетели в комнату. Он вздрогнул, но ловко поймал изящный стеклянный кулон прежде, чем тот упал.

– В следующий раз, леди Тия, пожалуйста, стучись, – сурово произнес он. – В этом новом сердце заключено очень редкое воспоминание. Не каждый день встретишь столетнего…

– Халад, принц Канс болен, – выдохнула я. – Говорят, у него сонная болезнь!

Глаза Халада округлились, на лице вдруг отразилась боль.

– Канс болен?

– Уже два дня! Его сердце стало серым прямо у меня на глазах! Разве не таков симптом той самой сонной болезни, которую изучает старый кузнец?

Парень вспыхнул.

– Но это невозможно! Учитель был уверен, что в Одалии подобных случаев не будет.

– А на деле болезнь ведет себя по-другому, – возразил Фокс.

Халад порылся в стопке книг, сваленной в углу комнаты, и вернулся с несколькими рукописями.

– Учитель провел тщательное расследование, – объяснял он, разворачивая пергамент. – На сегодняшний день известно о четырех случаях. Барон Сиран из Истеры, двадцати трех лет. Однажды он лег спать, а наутро не проснулся. – Халад взял следующий свиток. – Эрл из Мансера, Архен-Кошо, тридцати восьми лет. Во время охоты на кабана он внезапно свалился с лошади. Вот еще: принцесса из Дома Вейсюй, Даанорис, шестнадцати лет. Она упала без сознания в самый разгар бала.

Халад быстро развернул последний пергамент.

– Маркиз из Тхана, одного из небольших городов-государств Ядоши. Ему было шестьдесят семь лет, при этом он отличался хорошим здоровьем. Он уснул во время того, как произносил речь. Никто из них так и не проснулся, а их сердца стали мутно-серыми.

– Все разного возраста, благородных кровей. Физически здоровы, – проговорила я, изучая отчеты. – Но между ними нет ничего общего.

– Их объединяет одно, – мрачно произнес Халад. – По словам учителя, они все – потомки Пяти Великих Героев.

– Так это… – Я открыла было рот, но, вспомнив, тут же захлопнула. Тому, кто лишился стеклянного сердца и ищет путь Парящего Клинка: возьмите то, что в давние времена произошло от Пяти Великих Геров, и поместите в серебристое сердце, дабы оно засверкало вновь.

– Митра Защитник, – начал загибать пальцы Фокс. – Аши Стремительная. Анахита Могущественная. Рашну Справедливый. И Сраоша Покорный. Но почему Кузнец душ так в этом уверен?

– Потому что он видит их происхождение в сердцах. – Халад коснулся своего кулона. – Как и я. Сделать это непросто, но возможно. Учитель долгое время подозревал, что кто-то охотится за их потомками, только не знал почему. Лишь одного наследника Великих Героев – Анахиты Могущественной – болезнь не затронула. – Халад вздохнул. – Однако мой отец, король Телемайн, не считается ее прямым потомком. Как Ванор или Ланс, герцог из Хольсрата.

– В отличие от принца Канса! – вспомнила я. – И тебя!

Халад моргнул.

– Учитель не просто так когда-то исследовал сердца Ванора и Телемайна. Они…