Эквилибрист. Путь долга - Михаил Катюричев

– Она хотела обрезать мне крылья! – возмущается девушка.

– И правильно хотела, как я понял. – Вообще-то я в курсе ситуации, Софья вчера приходила жаловаться. – Тин, в раны попала какая-то зараза. Они не восстанавливаются, они гниют заживо. Еще немного – и яд проникнет в организм. Я понимаю, что жалко, мне твои крылья тоже нравятся, но иначе ты умрешь!

– Да ничего ты не понимаешь! – обижается Тиана. – Для рахудени лишиться крыльев – это… это как Софье косу обрезать! Сказать: я больше не девушка… в смысле, женщина! Такое… бывает очень редко, чаще в наказание. Это может сделать только мать, в крайнем случае отец.

– Или муж. – Кое-что из наших вечерних разговоров о традициях детей Раху я запомнил. – Он, конечно, будет абсолютным подонком, но формально имеет право.

– Угу, конечно, – буркнула Тин. – Сейчас срочно побегу мужа искать.

Молча подставляю левое запястье под укус. Некоторое время демонесса смотрит на него непонимающе, а потом вскакивает на ноги, разворачиваясь ко мне лицом:

– Ты надо мной издеваешься?! – Глаза полыхают гневом, еще немного – и воздух вокруг вспыхнет. – Это низко с твоей стороны – так шутить! Низко!

– Да я и не шутил, – пожимаю плечами вслед схлопнувшемуся порталу и снова беру риттону.

На несколько дней я просто выпадаю из реальности. То есть с виду я просто сплю и иногда ем, двигаясь, словно зомби, на остатках энергии. Зомби, конечно, можно сделать и самоподпитывающимся людоедом, но сейчас не об этом речь. На самом же деле я тренируюсь. Очень активно, до полного изнеможения. Просто время на полях пепла течет иначе. К сожалению, найти учителя не представляется возможным, поэтому процесс идет очень медленно, методом проб и ошибок. Хотя какое-то инстинктивное понимание той реальности в меня вложено – я просто чувствую, что некоторые вещи нельзя делать. Вплоть до полного отказа тела подчиняться извращенной фантазии мозга. Сколько проходит времени – не знаю. Если покопаться в памяти, можно, наверное, прикинуть по количеству обедов и ужинов, но на самом деле в таком состоянии исследовательского задора я могу дня на три забыть о еде вовсе. Есть у меня такая черта.

В один не очень прекрасный день Элеандор разбудил меня, аккуратно потыкав издалека позаимствованным у кого-то копьем. Предусмотрительный, зараза. Нет, я понимаю, что другого шанса поймать меня в этой реальности у него нет, но, когда тебя будят через полтайса после того, как ты вырубился, – это в любом случае неприятно. Хотя я объяснил Элу, что происходит, так что по пустякам он меня будить не стал бы.

Выпив большую кружку горького, но основательно прочищающего мозги отвара, я наконец осознал причину такого жестокого обращения. Вчера в долину Кермонта все-таки прибыло подкрепление, и теперь господа Большие Командиры желают видеть нашу команду в Киане, возле которого, похоже, и развернется генеральное сражение. Паршиво. В принципе приказывать нам не имеют права, но это не та просьба, которую можно проигнорировать. А уж то, что отличившуюся команду героев (чисто случайно включающую в себя мага разрушения) вызывают в действующую армию не вино дегустировать, и ежику понятно.

Конечно, все может быть не так уж и ужасно, но на всякий случай прошу у Эла поискать информацию о тех самых Больших Командирах. Подобную ситуацию мы обсуждали еще до вступления в вооруженные силы литийского королевства, так что основное направление поисков парень себе представляет. С минуту размышляю, подключать к поискам сэра шпиона или нет, а потом замечаю, что он и так все это время находился рядом. Что ж, задачу он слышал. Захочет – поможет, нет так нет.

Уверив порученца в бесконечном уважении к славному королю Карлу и его бравым генералам, а также выразив желание мчаться на их зов со всей возможной скоростью (Эл полчаса плел кружева изящнейших формулировок на высоком даркаане), на самом деле мы спешить не стали. Попрощались с Васкаром, подполковником и другими знакомыми, обстоятельно собрали и упаковали вещи, устроили прощальный ужин и все такое. Именно на ужине Олаф сделал-таки Софье официальное предложение. Точнее, по местным традициям, он просил ее руки у Матеуша как у старшего мужчины в семье. Парень явно собирался заорать что-то вроде: «Ну наконец-то! Забирай!» – но Софья первой успела бросить на него «безмолвие». После чего уверила Олафа в своих самых теплых чувствах, но предложила подождать до окончания войны. Мало ли что. Уже позже успокоившийся Мэт выразил мэтру Роллену полное одобрение и поддержку.

Группа бойцов во главе с Эриком вручают Рэйчел пояс из серебряных бляшек, украшенных гравировкой. Как оказалось, пока я мерялся клинками с боевым конструктом, девочка успела подраться. Отряд эранийцев, что атаковали со стороны Кермонта, прорвался до самого госпиталя. А там как раз отбывала наказание Рэйчел. Раненые и калеки при поддержке одного недомага смогли продержаться до подхода подкрепления. Хотя это у меня запоздалый страх. По словам Эрика, ученица сражалась вполне достойно. То есть он-то превозносил таланты Рэйчел до небес, но я сделал скидку на взрывной характер «Кота». Сам парень выглядел живописно – половина лица изуродована страшным ожогом, голова выбрита наголо, а из-под накинутой на голое тело безрукавки белеют многочисленные повязки. Но сам парень не унывает, все так же весел и даже напоследок зовет Рэйчел в отряд «Котов», обещая лично добыть ей мех на жилетку.

Еще день мы проводим в Кермонте по просьбе сэра шпиона. Он покупает смирную лошадку для своей рабыни (или служанки? А может быть – сиделки?), палатку и еще какие-то дорожные припасы. Подозреваю, еще и встречается с коллегами по «Паутине». Уже после Сайвара дорогу нам преграждает толпа людей, суетящаяся вокруг сломанной повозки. Эрцель направляет команду в обход, через не слишком густой лес.

– Может быть, стоит помочь? – интересуется Мэт.

– Сами справятся, – отмахивается рыцарь. – Там и так народу больше чем нужно.

– Что это за балаган? – Тин из-под капюшона покосилась в сторону дороги, откуда доносились бодрые ругательства.

– Если я правильно прочитал герб, – повернулся к ней Эрцель, – то кто-то из баронов Лэнга. Видно, как и мы, направляется к Киану по вызову сеньора.

– И тащит с собой три телеги всякого хлама? – иронично приподнял бровь Мэт. Этому жесту он у лучника научился. – Мне показалось или обозников там больше, чем воинов?

– Странно, что он вообще откликнулся, – усмехнулся Эл. – Я слышал, местные землевладельцы не слишком рвутся исполнять вассальный долг. На войне, знаете ли, и убить могут.

– Лет пять назад примерно так и было, – пояснил тай-Дорум. – Во время мятежа в Киане на зов короля откликнулась хорошо если четверть вассалов. Его величество сделал выводы. С тех пор владетельные сеньоры стали более обязательными – никому не хочется увидеть Мунго у ворот своего замка.

– Мунго? – уточнил я.

Вообще-то мунго – зверек вроде куницы или, скорее, мангуста. Причем, в отличие от земных мангустов, которые на самом деле со змеями без крайней необходимости предпочитают не связываться, охотится на местных гадов целенаправленно.