Земля оборотней - Анна Гурова

Несколько дней подряд Ахти втихомолку следил за Асгерд, хотя она вроде бы не подавала к слежке никаких поводов. Но вот однажды ночью Ильмо проснулся от того, что кто-то тряс его за плечо и шипел в ухо:

— Тсс! Просыпайся!

— Что?

— Помнишь, что я тебе говорил про Асгерд?

Ильмо перевернулся на другой бок.

— Отстань, Ахти…

— Проснись, и пошли со мной! Я тебе его покажу.

— Кого — Аке?

— Если бы!

Вскоре они взбирались на скалистый гребень. Небо было светло от звезд, но в ущельях лежали черные тени. В одной из этих теней и затаились друзья.

— А теперь потихоньку высунься и посмотри туда!

— Ну, если только это все твои выдумки…

Ильмо выглянул.

— Ого! — пробормотал он.

Шагах в ста от них, на соседнем гребне, четко виднелись две фигуры, освещенные луной. Обе опознавались легко и безошибочно — Асгерд и Хиттавайнен.

Оборотень так и следовал за ними, хотя его роль проводника вроде как закончилась. Догонял их по ночам, днем где-то отсыпался. Изредка он показывался им, если надо было выбирать дорогу, — но чаще оставлял знаки из сломанных веток или заметных камней. Встречались они нечасто, и это никого не огорчало. Ильмо каждый раз благодарил оборотня за помощь, а сам с некоторой тревогой ждал ближайшего полнолуния. До него оставалось уже недолго.

— Они нас не видят?

— Нет. Хорошо, что ветер в нашу сторону.

— Надо подобраться поближе и послушать…

— Не смеши меня. Волк нас учует…

Оборотень вдруг припал к земле, умоляюще протянул к Асгерд морду. Она не шевельнулась.

— Ты это видишь?

— Ветер меняется, — сказал Ильмо. — Пошли-ка отсюда.

На следующий день, когда отряд растянулся редкой цепочкой, пробираясь через очередную каменную осыпь, Ильмо снова догнал Ахти и заговорил с ним об увиденном ночью:

— Знаешь, я все утро думал и решил — ты был прав. Их в самом деле что-то связывает. Они явно знакомы, принадлежат к одному племени. Возможно, они даже вместе сюда прибыли…

— Волк сам говорил, что он шатается в предгорьях не меньше чем полста лет, — проворчал Ахти. — Асгерд же никак не больше двадцати от роду.

— Откуда ты знаешь, сколько она пробыла в заколдованном льду? Я тебе больше скажу, Ахти. Оборотень привел нас к ней нарочно. Чтобы мы освободили ее из темницы Когтистого Старца.

— Что ему самому мешало это сделать?

— Видно, что-то мешало. Может, он не знал, как вызволить ее из клетки. Но если бы Хиттавайнен не счел нас полезными, наши черепа висели бы сейчас на сосне по ту сторону гор.

— А я то все думаю — и чего он с нами идет? И все равно, я благодарен ему, что он завел нас в пещеры, что бы он при этом ни замышлял — ведь мы нашли Асгерд!

— Вот именно, — кивнул Ильмо. — Что бы ни замышлял.

Он оглянулся по сторонам и тихо сказал:

— Об этом я и хотел с тобой поговорить. Мне, знаешь ли, не нравятся эти тайные встречи по ночам. Асгерд, может, и не желает нам ничего плохого, но Хиттавайнена я что-то начал опасаться. Теперь уже точно ясно, что он ведет свою игру…

— Хотелось бы узнать, какую роль в игре он отвел нам, — кивнул Ахти. — Как бы выведать, о чём они разговаривали! Но как это сделать? У оборотня такое чутье и слух, что он заметит нас за сто шагов…

— Йокахайнен, — почти шепотом ответил Ильмо. — Он нам поможет.

Вечером Ильмо под каким-то предлогом отозвал Йокахайнена и посвятил его в тайну. Саами отнесся к его словам очень серьезно, но без удивления — как будто ожидал услышать нечто подобное.

— Заклинание, которое удерживало девушку во льду, такой силы, что вам даже не представить, — сказал он. — Но ты помнишь, как быстро Асгерд оттаяла и ожила?

— Ничего себе быстро! Почти полтора дня не могла прийти в себя!

— Поверь, это очень быстро. Обычный человек, такой как я или Аке, вообще бы не проснулся. Эта девушка непростая…

— Йо, — сказал Ильмо, — нам надо узнать, что ее связывает с оборотнем. Это может оказаться вопросом жизни и смерти. Нашей.

— Хиттавайнен гнет свою линию, я вам давно сказал, — кивнул нойда. — И постоянно лжет — теперь-то ты не станешь отрицать?

— Всё же он выполнил обещание и провел нас через Врата Похъёлы.

— Еще нет. Мы еще не спустились с гор. Кроме того, приближается полнолуние…

— Да, я об этом не забыл. До полнолуния нам надо непременно все выяснить, — сказал Ильмо. — Но подобраться к оборотню близко, чтобы он не заметил, не так просто…

Йокахайнен сразу смекнул, чего от него хотят.

— Я могу усилить магией слух. Могу заставить свои глаза видеть в темноте — лучше, чем у оборотня. Это первое, чему я научился, общаясь с тунами…

— Но ты не знаешь языка варгов. А скажи, можешь ли ты заколдовать нас с Ахти?

— Хм… Н-никогда такого не делал, — растерялся Йокахайнен. — Впрочем… думаю, получится.

Ночью Ахти разбудил всех, кроме Аке, которому решили пока ничего не говорить.

— Она ушла! — прошептал он, откидывая со лба волосы. — Йо, давай!

Йокахайнен достал заранее приготовленный уголек и нарисовал Ахти и Ильмо на лбу по водяной руне «Поток», что смывает все преграды и пробуждает внутреннее зрение, затем прочитал заклинание.

В тот же миг мир для них обоих словно проснулся, ожил, став ярким, прозрачным, светлым и многоголосым. Ночь шептала вокруг на тысячи ладов; все ее запахи и звуки стали внятными обостренным чувствам Ильмо и Ахти. Запахи талого снега, остывающей золы и еловых семечек в прошлогодних шишках; кислый аромат вороники под тонкой корочкой ночного льда и вонь свалявшейся шерсти оборотня, которой тянуло откуда-то с севера. Неожиданно издалека донеслись голоса Асгерд и оборотня. Они о чем-то жарко спорили.