Сталь и пепел. Русский прорыв - Вадим Львов

В Тусоне все произошло банальней и от этого гораздо страшней.

Наэлектризованные событиями в Колумбусе, местные стражи порядка, заручившись поддержкой DPS штата Аризона и отделения ФБР, решили удвоить и даже утроить бдительность и служебное рвение. В итоге сорвали спецоперацию DEA, направленную против дилеров картеля Тихуаны.

Патрульным офицерам Гилберту и Морен приспичило проверить документы у группы подозрительных мексиканцев, трущихся на старых пикапах возле закусочной на Соут-Хоутон-роуд. Мексиканцы, недолго думая, обнажили стволы – восемь чиканос принадлежали к тихуанским боевикам, четверо работали на DEA и были вынуждены вступиться за патрульных из городского департамента. В итоге перестрелки погибло два специальных агента, патрульный офицер Морено и трое наркодилеров. Уцелевшие боевики сорвались по шоссе в сторону центра и забаррикадировались в баптистской церкви на пересечении с Голф-Линкс-роуд в районе Гаррисон.

В церкви в этот момент проходила свадьба. Сочетались две белые пары, друзья детства. Представляете, что там происходило?

Когда Пирс на вертолете прибыл в Тусон, город был на грани вооруженного восстания. Юг – это Юг, сколько белому обывателю про политкорректность по телевизору ни рассказывай, минимум пара пистолетов есть в каждой семье. На всякий случай. Аризона вам не Калифорния…

Под стать населению Аризоны и губернатор штата Селена Брюстер – одна из немногих женщин, прорвавшихся в число региональных политиков США. Несмотря на свои «широкие» убеждения, «Леди Аризона № 1» проводила жесткую политику, направленную на обуздание волны преступности, буквально захлестнувшей штат. В данном случае фраза «обуздание волны преступности» означала обуздание потока мигрантов, хлещущих в штат как через государственную, так и через административные границы.

Предыдущий губернатор Аризоны, миссис Джанет Торино, нынешний министр внутренней безопасности и непосредственный начальник Роберта, перейдя на работу в Вашингтон, родной штат не забывала и полностью поддерживала Брюстер во всех ее благих начинаниях. Из федерального центра потекли деньги на обустройство границы, борьбу с нелегалами и преступниками. Но этого оказалось недостаточно. Криминогенная ситуация осложнялась с каждым месяцем, и власти Аризоны решились на чрезвычайный шаг: обратиться к президенту и Сенату с просьбой ввести на территорию Аризоны регулярные войска США – с целью усиления пограничников и местной полиции. Или позволить мобилизовать национальную гвардию штата[67].

Ричард Обайя раздумывал недолго и принял, как обычно, половинчатое решение: федеральных войск не дал, но позволил мобилизовать 450 национальных гвардейцев. Четыреста пятьдесят… На весь штат… Понятно, что ситуацию это нисколько не улучшило.

Вскоре на помощь полиции и пограничникам стали приходить отряды самообороны, так называемые «минитмены» – белые парни с большими винтовками. Представляете, какой вой подняла либеральная пресса?

Губернатор Брюстер, уставшая от этих завываний, посовещалась с юристами и предложила закон, дающий полиции штата невиданные доселе полномочия по отлову и депортации нелегалов. Закон SB1070 вызвал оглушительный скандал, но, несмотря на это, был подписан и вступил в действие. Либералам не помогло ни вмешательство Сената, ни даже экономический бойкот Аризоны со стороны ряда американских штатов.

На место захвата церкви немедленно выдвинулся SWAT городского Департамента полиции, затем подтянулись агенты ФБР и спецназ из Феникса. Благодаря усилиям шефа Департамента общественной безопасности, престарелого Эвана Белло, штат обладал весьма развитой инфраструктурой и сильными правоохранительными органами. На место захвата заложников вместе с Белло прибыла сама губернатор.

Дождавшись прибытия федералов, миссис Брюстер отдала приказ на операцию по освобождению заложников. На это ее подвинуло жалкое состояние «спасателей» HRT, срочно прилетевшей из Нью-Мексико, и задерганный вид директора ФБР Молсона.

Роберт пытался вмешаться и остановить начинающийся штурм, используя полномочия федерального чиновника, но губернатор была непреклонна.

– Не хочу повторения бойни в Колумбусе, мистер Пирс! – заявила она. – Я больше тридцати лет живу в Аризоне, это мой штат и мои земляки. Ваш вашингтонский спецназ жидко обделался в Нью-Мексико, устал, деморализован, посмотрите на своих парней, Пирс!

– Не морочьте мне голову, миссис Брюстер, вы готовы ради будущих выборов пожертвовать заложниками? А в случае неудачи, мол, за все ответит Белло?

Селена вспыхнула, высоко подняла голову, аристократически выпятив подбородок:

– Столичные политиканы! Вы, Пирс, трудитесь в МВБ? Заместитель министра? Тогда объясните жителям Аризоны, Нью-Мексико и других штатов, куда идут их налоги, выбиваемые Вашингтоном на нужды национальной безопасности? Почему через открытые границы в страну лезут тысячи вооруженных боевиков наркомафии, а Вашингтон молчит? Зато как что-то случается, сюда прилетают полсотни чиновников и начинают меня стращать!

– Миссис Брюстер, освобождение заложников – это федеральная юрисдикция. К тому же мои люди обучены спасению заложников и разрешению подобных ситуаций.

– Расскажите об этом в Колумбусе…

Ситуация становилась сюрреалистической. Директор ФБР и заместитель министра безопасности уговаривали губернатора штата доверить федералам операцию по освобождению заложников. Она же настаивала на применении SWAT полиции штата…

Спор решил семидесятивосьмилетний Эван Белло. Он работал в полиции штата с 1955 года и последние четверть века возглавлял ADPS[68], благополучно пережив на этой должности четырех губернаторов. Терять ему действительно было нечего, поэтому старина Эван, вздохнув и покряхтев, сказал спорящим до хрипа чиновникам: