Изумруд Люцифера - Анатолий Дроздов

– Я всегда хотел иметь много денег, – задумчиво сказал Кузьма, – и мечтал о том, чтобы у меня их было много. Я тебе рассказывал вчера, как я жил в молодости, лишний раз сходить в кино себе позволить не мог. Деньги дают независимость и свободу, а это очень важно для человека. Лет пять назад я бы, пожалуй, не сомневался. А сейчас не могу. Хочу, чтобы все мои деньги были честными. Старый стал, наверное.

– Какой ты старый! – возмутилась она.

– Потому что не могу взять эту резаную бумагу, из-за которой уже убили двоих и одного ранили. Это кровавые деньги, Маргарита, они никому не принесли радости, и не принесут. Понятно?..

– Понятно! – кивнула она и замолчала.

…В городе Кузьма остановил машину на окраинной улице и достал мобильный телефон. Рита молча смотрела, как он набирает номер, подносит к уху трубку. Так замечательно начавшийся день заканчивался и заканчивался удачно, но ей почему-то было нерадостно.

– Добрый вечер, это я, – услышала она голос Кузьмы. – Все нормально, я их нашел… В багажнике лежат… Зачем? Они семь лет без охраны пролежали, подождут еще полчаса. Возьму такси. Диктуй адрес и номер…

Закончив разговор, он повернулся к ней.

– Дальше я на такси, Рита. Не надо, чтобы ребята из Службы видели нас вместе.

– Ну как же?.. – она не нашлась.

– Дело сделано, договор выполнен. Или я что-то забыл?

Она медленно покачала головой.

– Но что ты вся нахохлилась, как воробышек? Даже волосы на голове поднялись! – он осторожно погладил ее по голове и засмеялся. – Ты действительно не голубь, а воробышек. Жалко расставаться?

Она кивнула.

– И мне тоже. Столько всего было за эти день и ночь… Спасибо тебе за стол и кров, за… – он помедлил, – за внимание, с которым ты меня слушала. Я уже давно ни с кем так не говорил. И знаешь? – он, улыбаясь, крутанул головой. – Если бы кто-либо сказал мне вчера, что я столько расскажу о себе, да еще кому?

– Можешь не волноваться! – хрипло отозвалась Рита. – Я не собираюсь об этом писать.

– Да хоть бы и собиралась! – пожал плечами Кузьма. – Что с того? Я не о том. Вот думаешь о человеке плохо, ругаешь его, а потом случайно поговоришь по душам… Извини за это меня.

– Это ты меня извини!

Рита осторожно обняла его за шею и коснулась губами его губ. Он ответил, но не так, как прошлой ночью, а вежливо и мягко.

– Я тебя хочу попросить…

– Пожалуйста! – торопливо отозвалась она.

– Не публикуй мою фотографию. Там, где лицо. И имя тоже не надо.

– Почему? – удивилась она. – Ты же вернул государству такие деньги!

– Поэтому и не надо. Не хочу, чтобы на меня показывали пальцем.

– Как скажешь.

– И еще. Служба не знает, что я ездил с тобой, поэтому лучше, если материал выйдет, когда все закончится.

– Что закончится? – не поняла она.

– Вся эта история. Эти двое ведь еще где-то бродят…

– Хорошо! – торопливо согласилась она, только сейчас осознав смысл его слов. – А как я узнаю, что все в порядке? – она специально не повторила его "кончится".

– Я позвоню.

– Обещаешь?

– Чтоб мне сгореть! – воскликнул Кузьма.

– Тьфу на тебя! – возмутилась Рита.

– Значит, все будет в порядке, – засмеялся Кузьма, взялся за ручку дверцы и вдруг, передумав, неожиданно обнял ее.

– Знаешь? – хотя в машине были только они одни, он почему-то шептал ей на ухо: – Это была обалденная ночь. Я до сих пор не могу поверить, что это действительно было со мной. Ты просто чудо, воробышек!

Очумев от неожиданности, Рита не заметила, как он выбрался из машины и вытащил из багажника тяжелую сумку. Она пришла в себя, когда он уже волок ее по тротуару, махая рукой проезжавшим машинам. Одна из них со светящимся на крыше фонарем с цифрами телефонного номера, притормозила, и выскочивший из нее водитель помог Кузьме уложить сумку в багажник.

Рита рванулась ехать следом, но тут же поникла. Ехать было нельзя. И незачем…