Опальная жена генерала драконов. Жестокое пари - Нина Новак

Мы, кажется, в замке.

Какого черта мне снятся замки? И... властные, мрачные мужики...

— Отпустите... вы что...

Бран склоняется ко мне. Одной рукой он поддерживает меня за талию, чтобы не полетела в пропасть, а другой прихватывает за подбородок.

— Пустите, — еле получается пропищать.

Но слишком сильно трепыхаться я опасаюсь, кто его знает, на что способен сумасшедший генерал? Вдруг вытолкнет в окно?

— Разве ты в состоянии родить дракону ребенка, Валери? — жарко шепчет он мне в губы.

— Не знаю, — стараюсь поддержать разговор, а сердце чуть ли не выпрыгивает из груди.

Я ни на минуту не забываю, что за спиной обрыв и до земли я буду лететь очень долго.

— Не понимаю, почему божественный голубь указал на тебя, — цедит он.

Я тоже ничего не понимаю, но решаю держать язык за зубами — вдруг муженек одумается и отпустит меня. Или он разозлился, что я зашла в его спальню?

— Развод с Марисой был глупостью, — выдыхает он. — Я не должен был слушать жрецов.

Боже мой, он держит в одном доме и новую жену, и старую.

Зачем?!

— Может быть, вы уже спустите меня на пол? — интересуюсь нейтрально.

— Раз ты все-таки пришла... Попробуем еще раз, — усмехается он, даже не пытаясь прислушаться к моим словам. — Вдруг случится чудо?

Рывком стаскивает меня с подоконника и заглядывает в глаза.

— Тебе не пробудить магию, Валери. Ты слишком тупа, слаба и никчемна... — в его глазах на секунду мелькает надежда, а затем он прижимается к моим губам своими.

Поцелуй получается... откровенным, генерал явно знает толк. По телу растекается предательская нега, но я так устроена, что не могу млеть в руках человека, назвавшего меня тупой и слабой.

Наступаю розовой туфелькой ему на носок сапога, пинаю в голень, но все напрасно. Генерал словно высечен из куска гранита и у меня очень мало шансов справиться с ним.

Уже задыхаюсь от поцелуя, ставшего грубым и напористым. Поры пропитывает его запахом, а на языке оседает вкус чего-то горького и пряного одновременно.

Нет, нет — сны такими реальными не бывают!

Муж между тем подхватывает меня на руки и несет к постели. Время замедляется и в вязком мареве оглушительно бьется сердце.

Сон зашел слишком далеко! А, может быть, я правда попала? В чужое тело попала, в чужой мир!

Меня бросают на кровать и я падаю животом на покрывало.

Это нужно остановить!

Паника сверлит мозг, но что я могу поделать в такой ситуации? Расслабиться и получить удовольствие? Ну уж нет!

Муж мнет юбки, задирая их повыше, а я обшариваю глазами кровать и пространство вокруг. Неудобное положение, безусловно, мешает, но женщина в беде способна на очень многое.

Бран зубами стягивает с моего плеча платье, а я выкидываю вперед руку и хватаю с прикроватной тумбочки флакон. Это какие-то духи, которые нужно распылять. Запах знакомый, приторный...

Видимо, Мариса все-таки навещает покои бывшего супруга, — думаю со злой иронией, пока этот самый супруг, чтоб его, грубо подхватывает меня под живот, а потом разворачивает.

Ну, привет, милый. Жмурюсь и вытягиваю руку с флаконом, целясь ему в лицо.

Генерал замирает, удивленный моим сопротивлением. Нависает надо мной, а у меня лишь одно оружие — эта проклятая склянка.

Теперь идея прыснуть ему в лицо духами не кажется такой хорошей и я прерывисто дышу, кусая губы.

Бран опускает глаза ниже — на мою грудь.

— Что это, — тянет недовольно.

А что там? Ёрзаю, а он двумя пальцами извлекает из моего декольте карту с рунами.

Вертит ее в пальцах и в темных глазах расцветает недовольство.

— Валери, я сделаю вид, что не видел этого.

Бран приближает ко мне лицо и я облизываю губы от ужаса. Попалась.

— Очень жаль, что Мариса была права, — его чеканные черты на секунду искажает досада.

— Это не то, что вы подумали, — слова с трудом вырываются из осипшего горла, но в этот момент я мечтаю только об одном — проснуться в своей квартире.

— Если попадешься, отправишься в монастырь. Ты ведь знаешь, что там делают с опальными женами.

— Что делают? — я смотрю на мужа, нависающего надо мной, и флакон выпадает из ослабевших пальцев.

— Лишают зрения и голоса. Грешные жены проводят дни в темноте и молчании, вымаливая у богов прощение.

Глава 4

Грешные жены?!

Слова случайного мужа выводят меня из себя. Не знаю, что представляла из себя эта Валери, тем не менее вряд ли она грешна, чего не скажешь о самом генерале.

Доказательств его неверности у меня нет, — если только чужие духи в спальне — но в его преданность жене плохо верится.

Хватаю флакон и кидаю им в генерала, но он уклоняется и склянка попадает в стену, разбивается вдребезги.

— Из-за тебя комната провоняет духами Марисы, — генерал Бран щурится и оставляет меня, наконец, в покое.

Я еще некоторое время лежу со вздернутыми юбками и тяжело дышу. Нет, это ни в какие ворота не лезет!

Поправляю одежду и соскальзываю с постели, а Бран остановился в центре спальни и косится на меня. Наверное, я веду себя необычно, но как изображать Валери? Понятия не имею.

Впрочем, мое поведение не смущает его, значит, я попадаю в образ. Снова потираю голову, пытаясь понять, как эта странная девица навернулась и почему ее душа при этом вылетела из тела.

Куда она делась, кстати?

— Иди к себе, Валери, — тянет Бран. — И я хочу видеть тебя за обедом, — он поднимает руку с чертовой картой и та вспыхивает объятая пламенем.

— Ваша жена...

— Моя бывшая жена. Она руководит домом, не мной. Но если ты снова повторишь попытку незаконного ритуала, последствия будут печальными.

Бран смотрит на меня тяжелым взглядом, как на какую-то проблему. Весь его вид дает понять, что он раздумывает, прикидывает... А я никак не соображу, почему пустышкам запрещают вызывать магию. Что в этом такого?

Прохожу мимо генерала и быстро выскакиваю в коридор.

«Валери», — зову мысленно, но призрачная девица то ли исчезла, то ли затаилась. А мне необходимо с ней поговорить, чтобы понять ситуацию. Что она сделала? Почему ее ритуал считается преступлением?

Кажется, хитрая лиса меня подставила.

Чисто интуитивно двигаюсь вперед, плутаю в коридорах и залах, иногда застреваю среди изысканной роскоши, чтобы поглазеть на статуи или витражи.

Все больше укореняюсь в мысли, что угодила в другой мир... причем магический.

Теперь угрозы Марисы не кажутся пустой болтовней. Судя по ее диалогу со служанкой,