Шайя - Юлия Меллер

Тая свернулась в калачик, потом тщательно замоталась в те тряпки, что служили одеялом, но холод всё равно пробрался внутрь её тела, заставляя дрожать. Плюнув на всё, девочка выскочила из тряпичного кокона, стуча зубами, всунула голые ноги в шлёпанцы, похожие на те, что она в прошлой жизни брала с собой в баню, и выскочила во двор. Местное солнце было похоже на земное, но ярче, и ещё только поднималось из-за гор, а птицы устроили жуткий гвалт, наперебой готовясь к торжественной встрече светила.

Попрыгав на месте для разогрева, Тая вернулась в тёмную комнатку и, сложив вместе несколько отрезов тканей, накинула их на себя, но холод продолжал терзать её, проникая через ноги.

— Да как же они тут живут?! — возмутилась она, оббегая домик, ища кого-нибудь из местных.

— Ты проснулась! — в саду появился вчерашний парень и был он всё так же бос.

— Угу, — сжимаясь от холода и поджимая пальцы ног, буркнула Таисия.

— Мёрзнешь? — удивился гость.

— Угу, — вновь буркнула она и с надеждой посмотрела на него. Быть может, есть выход из этого положения?

— А чего жаровню не растопишь? — бодро спросил он.

— Жаровню?

— Ну да, я тебе вчера толстых веток принёс, чтобы ты завтрак себе разогрела!

Гость улыбался так искренне, что неловко было подозревать его в издевательстве.

— Я?

— Ну, так Шарисса ушла.

— Э-э, моя мать?

— Она же теперь не связана с тобою? — тихо и вроде как испытывая неловкость, спросил парень.

— Да, не связана, — подтвердила Таисия, — но мне всего семь лет и…

— Не волнуйся, мы все тебе будем помогать! Меня, кстати, зовут Цер! Я здесь самый молодой, и старейшина попросил побыть с тобой рядом первое время.

— Но тебе самому лет шестнадцать-семнадцать?

— Угу, шестнадцать!

— А других детей здесь нет? — Таисия подумала, что неплохо было бы сначала пожить в качестве подружки в какой-нибудь семье.

— Ты единственная. Нас мало. Молодые уходят в город. Здесь, сама видишь, жизни нет!

— Но Шайя говорила, что вы занимаетесь духовными практиками?

— Красиво звучит, — хмыкнул Цер.

— Так занимаетесь или нет?

— Выйди на улицу и увидишь, как наши сидят, встречают рассвет! Потом все разбредаются, чтобы медитировать и постигать высший смысл. К вечеру будут проводы звезды, дающей свет и энергию.

Тая стояла и хлопала глазами, а парень обошёл её домик и показал на небольшую самодельную печь. Та стояла во дворе за разросшимися кустами.

— Тащи сюда ящик и садись. Я сейчас разведу огонь, и ты погреешься, — предложил он, хотя не преминул всем своим видом показать, что на улице вовсе не холодно. Ночная температура уже более недели не опускалась ниже десяти градусов, и Цер не понимал — чего тут дрожать?

— А поесть есть что-нибудь?

Парень театрально хлопнул себя по лбу.

— Я же тебе два мешка всякой всячины притащил! При входе оставил. Не хотел шуметь банками и прочими упаковками, думал, что ты ещё спишь.

Таисия ожила и побежала по тропинке за мешками.

— Не туда свернула! — услышала она вдогонку.

Через минуту Тая тащила по земле один из них. Цер подскочил к ней и с лёгкостью поднял его.

— Какая ты нетерпеливая, — усмехнулся он.

— Голодная, — ревниво поглядывая на мешок, оказавшийся в чужих руках, Таисия заволновалась, не исчезнет ли оставшийся.

Может, и правда, что они все тут солнечной энергией питаются, но её глазоньки видят, что мать девочки вынесла из дому всё, что смогла!

В комнате, где она проснулась, стояла только здоровенная кровать, видимо, из гуманитарки столетней давности, несколько страшных самодельных полок и с десяток пустых потёртых жестяных банок, возможно, с помойки, так как когда-то в них лежал явно дорогой чай и вряд ли его привозили сюда в качестве подарка.

Огонь в жаровне разгорелся, но толстые глиняные стены ещё были холодными. Тая обернулась, чтобы посмотреть на свой дом со стороны. Она придирчиво разглядывала заросшую мхом крышу, с облегчением замечая, что та была покрыта явно каким-то более-менее современным материалом, чем тот, из которого были сделаны обшарпанные стены, осыпающиеся по углам. Сам домик состоял всего из двух комнат, и сложно пока было сказать, радует эта скромность или огорчает.

Таисия одобрительно проследила за Цером, который притащил второй мешок, и отправилась смотреть, что собою представляет вторая тёмная комната.

— А где включается свет? — крикнула она от порога, опасаясь ступать дальше, считая, что там могли прятаться змеи или какие-либо опасные насекомые.

— Света у нас нет! — крикнул Цер, ломая толстые ветки и подкидывая их в огонь.

Глядя на его усилия, Тая подумала, что парню не пришло в голову, как она своими тонкими детскими ручками смогла бы справиться с ними. Сразу видно, что Цер никогда ни о ком не заботился.

— Когда энергию подводили ко всем уголкам планеты, — с силой ударив ногой по не желающей ломаться ветке, он победоносно улыбнулся и продолжил: — то наши предки отказались от этого. У нас тут у каждого своя внутренняя энергия ключом била. Живая! А на искусственную жители плохо реагировали. Сильны были деды! А сейчас только старейшина может похвастать настоящей силой и ещё пара-тройка человек, остальные по мелочи чудеса творят, — подмигнул Цер, видя приоткрытый рот девчонки.

— Чудеса? — она подалась к нему. — Всамделишные?

— Ну, это я так, ради красного словца! Но со своим телом на энергетическом уровне работать даже я могу.

— Что-то я не понимаю, — нахмурилась Таисия.

— Ну, я могу подпитать своё тело энергией звезды и обходиться без еды недельку-другую. Ещё я время от времени налаживаю себе правильную циркуляцию жизненно важных потоков в теле. Это всё позволяет быть быстрее и сильнее других. Во всяком случае, пока они не поставили себе соответствующие импланты.