Рождение империи - Вячеслав Кумин

«Солярисы» не желали умирать так просто и всячески сопротивлялись собственному подрыву какими-то самоделками, задействуя системы электронного подавления систем наведения. Примерно треть твердотопливных ракет и впрямь разлетелась кто куда, завиваясь змейками, точно бракованные ракетницы фейерверков.

Те ракеты, что решили зайти с флангов, «солярисы» подрывали на противоракетных ловушках, окутываясь ими, точно одеялом. Но как бы ни была совершенна система защиты «солярисов», они пропускали к себе противника и гибли один за другим, взбухая огненными шарами. А те же, что избежали участи подрыва на примитивных ракетах, сведя их с ума или отбив все их атаки, попадали под плотный перекрестный пешечный огонь «шмелей». Обычные снаряды отвести или обмануть не представлялось возможным, и ни один «солярис» так и не добрался до своей цели.

Вслед за ракетами комплексов ПКО в космос выскочили пять десятков «протонов». Их на планете базировалось в два раза больше, но остальные наверняка решили подождать противника в атмосфере. И это понятно, «жуки» — как презрительно называли пилотов, базирующихся на планетарных базах, — не очень-то умели воевать в космосе.

— Ригель — всем: по возможности в драку с противником не ввязываться, это работа для «шмелей», — поспешил выйти на связь со своими пилотами Каин Иннокент, увидев, что несколько его «протонов» чуть вырвались вперед, разрушая порядок. — Берегите боеприпасы, они нам очень понадобятся для тех, кто поджидает нас внизу.

Вырвавшиеся вперед пилоты, покачав крыльями своих самолетов, признавая таким образом свою неправоту, отработали маневровыми движками в режиме торможения, уравнивая скорость с остальными, более выдержанными товарищами двух ударных эскадрилий.

Схватка с конфедератами завязалась на самой границе космоса и атмосферы Прерии. Конфедераты начали стрелять еще издалека, что не причинило корсарам никакого вреда. Почти на предельной дистанции стартовало довольно много ракет ближнего боя, и Каин решил еще немного обнадежить своего звеньевого, наверняка вновь начавшего мучиться страхами и сомнениями, увидев численное преимущество противника:

— Видишь, Лягушка, какие они нервные… Были бы настоящими профессионалами, как мы, и хоть с каким-нибудь боевым опытом, а не одним лишь симуляторным, они бы так не дергались и подпустили поближе.

— Вижу, Ригель. Не удивлюсь, если для большинства, а то и для всех без исключения это первый реальный бой.

— Вот и я про это. Разве что командиры эскадрилий имеют какой-то опыт за плечами, — все же немного осадил напарника Каин.

Пираты подпустили противника поближе, прежде чем открыли огонь из своих пушек и пустили ракеты, у кого они, собственного говоря, еще остались после расстрела «солярисов».

В последнем случае сделали это они не столько в надежде кого-то подбить, это просто глупо, ракеты слишком медленные и не дальнобойные, сколько затем, чтобы избавиться от опасного груза. Ведь стоит одному снаряду задеть такое примитивное изделие, как взрывом разворотит пол-истребителя. Нет, пираты предпочитали обходиться одними пушками, полагаясь на скорость, маневр и тактические задумки, в составе звена коих у них наработано немало.

Довольно быстро образовалась свалка. Истребители закладывали крутые виражи, во все стороны летели снаряды, стартовали и взрывались ракеты, и не только на обманках, в огромном количестве отстреливаемых «шмелями». Кто-то, и не только неспособные летать в атмосфере «шмели», уже метеором падал на планету… падали и «протоны», расстрелянные в пух и прах.

Довольно быстро стало ясно, что у тяжелых, лучше вооруженных и защищенных «протонов» конфедератов действительно почти нет никаких шансов против легких, морально и физически устаревших тупорылых пиратских истребителей, пилоты которых успели поучаствовать во множестве боевых схваток и выйти из них победителями.

— И чего их вообще в космос понесло? — удивился Лягушка, наблюдая за тем, какие зачастую глупые потери несут конфедераты, что объяснимо только отсутствием опыта и даже паникой.

— Кто знает… Командиры «жуков» — тоже те еще деятели с наполеоновскими замашками. Только представь, что они сейчас чувствуют, как на себе волосы рвут и ногти обкусывают, вот и отдают глупые приказы.

— Скорее всего, — хохотнул ведомый, хорошо представив себе картину паники в штабе, когда вдруг выяснилось, что они, считая себя в абсолютной безопасности, подверглись столь дерзкому пиратскому нападению.

— Их пожалеть надо, а ты смеешься, — тоже невольно усмехнулся Каин.

Пока шло избиение, шаттлы с десантом без проблем успели нырнуть в атмосферу и стали проваливаться к земле. А следом за ними увязались, не выпустив ни единого снаряда, не говоря уже о ракетах, две эскадрильи камрад-полковника Иннокента.

Самолет затрясло в разряженных верхних слоях атмосферы, потом, когда стала исчезать чернота, обшивку окутало пламенем и наступил самый опасный момент спуска, ибо противник, обладающий комплексами ПВКО, тебя видит как на ладони, а вот ты не видишь ничего — ни визуально, ни на радаре, и даже связи нет.

Иннокент до боли сжал зубы, ожидая в любой момент сильный удар и… небытие. Но нет, пока его тревожит лишь сильная болтанка. Потом подумалось, что он даже и удара не почувствует, смерть заберет его сразу, мгновенно.

«Не сегодня, не меня… — как заклинание повторял про себя Каин. — К тому же у ракетчиков основные цели — шаттлы, мы недостойная внимания мелкота… Так что мне нечего бояться».