Страсть к вещам небезопасна - Франциска Вудворт

— Кир, вы-ы-ключи-и-и! — в голос застонала я, давясь от смеха. Что-то нервы уже не выдерживали, и это стало последней каплей.

— Нет уж, я послушаю. Замечательная композиция!

— Кир-р-р!

— Ух, как грозно, — зубоскалил он.

Я потянулась сама переключить, но Кирилл отводил мою руку, пресекая попытки. Еще, гад, начал вслух подпевать и в строчках: «Я хочу дарить любовь свою тебе, я могу забыть, что я сейчас на сцене» — нагло переиначил последнюю:

— Я могу забыть, что я сейчас в машине…

— Ну, держись!

Мое терпение лопнуло, и, оставив в покое радио, стала щекотать поганца и награждать тычками по корпусу.

Не самое умное решение во время движения, но, несмотря на отвлекающий фактор и попытки отбиться от меня, машина шла ровно. А еще стала увеличивать скорость.

— Ты сумасшедший! — Я откинулась на спинку сиденья, когда взгляд на спидометр воззвал к чувству самосохранения.

— И это говорит та, которая на скорости отвлекает водителя? — насмешливо отозвался Кирилл.

— Ты камикадзе!

— Признайся, что ты от меня без ума, — самоуверенно потребовал он.

— Смотри за дорогой, а то врежемся и точно будем без мозгов, — фыркнула в ответ.

* * *

Поговорив с подругой, Александра повертела в руках телефон. Она надеялась, что Крис сможет вырваться пораньше и побудет с ней. Ведь знает, как ей тяжело. Могла бы и отменить свои уроки, когда тут такое случилось! Но эту предательскую мысль Сашка отогнала, прекрасно понимая, что репетиторством подруга зарабатывает на жизнь.

У самой Алекс преподавательского таланта не было, и она училась ради диплома, чтобы потом выйти из-под опеки бабушки и уехать к родителям. И вот бабушка в больнице, дом ограблен, а у нее самой такое чувство, как будто вся жизнь рушится. Еще и врачи толком ничего не говорят, все, что остается, — это ждать.

Бабушка была стержнем семьи. Сильной, несгибаемой, властной. Саша даже мысли не допускала, что с ней может что-то случиться, и теперь ощущала себя беспомощной. Родной дом опустел. Находиться в квартире стало неуютно, несмотря на то, что все убрали и навели чистоту, Хлюпающая носом Тамара лишь нагнетала обстановку, хотя и ее понять можно. Она много лет работает у них и уже давно стала членом семьи.

Александра боролась с желанием позвонить Богдану. Не хотела быть навязчивой. И так испытывала к нему благодарность за все, что он для нее делал. Пришлось придумывать себе разные дела и терпеливо ждать, когда он освободится. Скорее бы уже родители приехали! Она и ждала их, и в то же время понимала, что с их приездом не сможет уже оставаться у Богдана. Отношения у них неопределенные. Как надолго новый знакомый задержится здесь?! Неизвестно. Хоть он и ухаживал за ней, но в то же время мог в любой момент исчезнуть, а Саша не хотела его терять.

Впервые встретила мужчину своей мечты и собиралась за него бороться. Сегодня был самый удобный момент, чтобы их отношения перешли на новый уровень. Она хотела стать его девушкой, а не просто знакомой. Проходя мимо зеркала и бросив на себя случайный взгляд, замерла. Лицо бледное, в глазах беспокойство, волосы в беспорядке… Нет, так дело не пойдет! Вряд ли Богдана привлечет это пугало. Следовало использовать время с толком и заняться собой…

— Мне завтра приходить как обычно? — спросила Тамара.

— Да, — Александра утвердительно кивнула в ответ. Она отпустила домработницу пораньше, как только приехал Богдан, и из подъезда они вышли вместе.

— Твой знакомый? — не сдержала любопытства женщина, оценив представительного кавалера. — Ты его хорошо знаешь?

После случившегося все новые люди ей казались подозрительными. А ведь перед ограблением к Лебедевым приходили для проверки утечки газа, но Тамара не пустила в квартиру. Звонок в управляющую компанию лишь подтвердил, что в их дом никого не посылали.

— Да. Он и бабушке очень помог. Оплатил все счета. Не знаю, что бы я без него делала. Такая растерянная была.

— Он ее знал?

— Нет, я не успела их познакомить. Тамара, я пойду.

— Александра, не оставайся дома одна. Если хочешь, можешь у меня сегодня переночевать.

— Спасибо, но мне есть где, — тепло улыбнулась Саша и попрощалась, направившись к ожидавшему авто.

Было приятно, что Богдан вышел из машины, как только увидел ее, и предупредительно открыл дверь.

— Привет! Извини, что доставила хлопот. — Алекс потянулась к нему, поцеловав в щеку и обдав легким ароматом духов.

— Что ты такое говоришь! — галантно возмутился Богдан, забирая у нее сумку с вещами.

На передней панели перед пассажирским сиденьем валялись кожаные перчатки. Явно женские.

— Кстати, это не ты перчатки забыла? — спросил Богдан, усаживаясь. И, видя, как с неприязнью посмотрела на них Саша, предположил: — Мне сегодня секретарша документы передавала, партнеров подвозил. Могли и они…

Александра уже более внимательно присмотрелась к перчаткам и облегченно выдохнула:

— Это Кристины!

— Ты уверена? — удивился Богдан.

— Да. Это точно ее. Мы их вместе покупали. Давай я передам.

Но Богдан быстро убрал перчатки в бардачок.

— Если ты не против, я Кристофу отдам. Он ищет повод с ней встретиться. Хочет извиниться и поговорить. Кстати, ты не знаешь, где она?

— Занятия с учеником. Наверное, еще не закончила, иначе бы позвонила.

— Она вечером будет дома? — как бы невзначай поинтересовался Богдан, заводя машину и выезжая.

— Наверное. Куда еще ей идти?

К удивлению Саши, они уехали недалеко, остановившись возле подъезда Кристины.

— Посидишь? Кристоф ждет ее на лестнице, я предупрежу его, что Кристины не будет до вечера.

— Богдан!

— Что? — оглянулся он, уже выходя.

— Перчатки забыл. Ты же хотел отдать их Кристофу.

— Действительно, — улыбнулся Богдан, доставая перчатки. — Спасибо. Я быстро.

* * *

Перчатки буквально жгли руки, как подозрения — душу. Неужели девочка вступила в игру?! Зачем она ездила на дачу? Возможно, старушка успела ей все же что-то сказать. Или сообщила, где искать вещь.

Богдан готов был поставить что угодно на кон, что никаких учеников сегодня у Кристины не было. Тогда кто ей звонил? С кем она встречалась? Девушка ему нравилась, и не хотелось, чтобы она попала под влияние скверны. Если успеет натворить бед, тогда им придется разговаривать совсем по-другому.